Трубы горят?
Из блога Граней.

Что делать сегодня с пострадавшими от наводнения районами и их жителями, понятно. Правительству (в первую очередь), ну и всем людям Доброй воли - помогать им, кормить, поить, отстраивать дома, хоронить мертвых. Что и делают, слава Богу, как умеют.

Непонятно, что завтра делать с Обществом. Которое в первые дни трагедии львиную долю своих интеллектуальных и физических сил отдало поиску виноватых, пересказу слухов и произнесению взаимных "речей ненависти". Сперва мишенью была власть. Затем наступит второй акт: начнут мочить друг друга за "пиар на крови".

И вроде бы справедливо мочить будут. Вот комиссар Мищенко героически преодолевает стремительные реки "по грудь в холодной воде" в своем твиттере. Вот знатные оппозиционеры репостят прежде всего про "открытые шлюзы", а уж затем - текущую инфу о ситуации. Неприлично как-то.

Но вот что делать с простым кубанским парнем, ведущим с крыши своего дома видеорепортаж и матюгами поливающим власти, спасателей, милицию и всех "официальных лиц"? Это оппозиция говорит в камеру Сурену Газаряну то же самое? Нет, простые жители. Они не верят никому - ни власти, ни оппозиции. Даже если власть или оппозиция скажут правду - все равно не поверят.

Кстати, вот Газарян знает, что делать ему как истинному общественному наблюдателю: смотреть и описывать, что видишь. Вроде недавно он сам пострадал от Ткачева и властной прорвы, чуть в тюрьму не сел. И вдруг первым пишет: "Я посмотрел, непохоже, чтобы водохранилище спускали". Но его никто не слышит.

Более того - не видит! Он оказался на месте почти сразу, он - очевидец, ведет горячий репортаж. Но ролики в его видеоблоге имеют от 500 до 1000 просмотров! Тысячами перепощиваем мы собственные слова, версии, эмоции, смотрим художественные компиляции и дундящих телеведущих. Но посмотреть очевидца - зачем?
Зато начинает гулять по сетям потрясающая фотография спасающихся от воды людей. Только сделана она в Техасе, но зачем проверять?

Мы живем в виртуальном мире и боремся с виртуальным врагом. Мы не верим никому, и нам никто не верит. Вода течет, земля сотрясается, леса горят где-то там, за его пределами. У нас - свой пожар "таинственной русской души". Или это просто и привычно "трубы горят"?