Пять историй
Хорхе Луис Борхес написал однажды –
Есть всего четыре истории,
скользящих сквозь бездну времени:
Первая – о городе, погибающем от вражды и жажды,
Вторая – о возвращении странника в родные селения,
Третья о поиске – руна или же Грааля,
Четвертая – о самоубийстве бога.
Отчасти Борхес прав, но едва ли
Стоило говорить так строго,
Что их всегда четыре и тех же.
История – это внутренняя мифозадача.
История – ножом хирурга режет
И зашивает по-новому тех, кто ей назначен.
Забравшиеся в сердцевину духа
Тройной спиралью, историй полосы -
Геном ощущений (вкуса, слуха,
Зрения) – наполненных смыслом образов.
Моих историй пять. Вот их порядок.
Сначала идет история об искушениях:
Христа Сатаной, самоубийцы – ядом,
Сократа – жизнью, Зенона – движением,
Архимеда – точкой опоры.
Затем – истории разных странствий:
Мессия идет по земле Синая,
Викинги ищут земного рая,
Ньютоново тело движется через пространство,
Космические корабли бороздят просторы.
Третья история о преданных любимых:
Иуда целует щеку Спасителя,
Брут вонзает кинжал в правителя
Вечного и священного Рима,
Революционеры предают в дни Термидора.
Четвертая история о схождении в Ад:
Орфей идет за своей возлюбленной
И теряет ее, оборотившись назад;
Христос освобождает всех искупленных;
Дон Жуан проваливается в объятия Командора.
Пятая – об обретениях бессмертий:
Моцарт, слышащий божество в переплете нот,
Атлант, поднимающий небо над твердью,
Гомер, шепчущий слова за плеском вод,
Агасфер, пялящийся в экран простора.
Моих историй пять – а кому-то двадцать
Было бы мало – но это их
Личные трудности. Можно пытаться –
Биться, молиться, ругаться, взрываться, -
Каждому круг предназначен своих
Вечных историй – и по новому разу
Сказанных фраз и прочтенных сонетов
Длинные полосы – цепляют к скелету
Этих нескольких изначальных рассказов.