Заливай ее жидким бетоном -
пусть вязкая жижа
ее хрупкое белое тело решится забрать.
Вот она шевелится -
но тише, и тише, и тише.
И уже нет движений, колышащих месива гладь.
Суждена не тебе - так навеки, твоею невестой,
пусть сполна ощутит твоей мести отточенный нож.
Ты лишь с горечью сплюнешь на мокрое серое тесто
и, отбросив окурок, в стенающий август уйдешь.