Кто такие боги
Ответ на этот вопрос , вероятно, можно дать только через отношение – отношение, задаваемое самим человеком. Итак, человек наблюдает, что существует множество детерминант его жизни, которые, как ему представляется, заданы и неизменны: солнце всходит и заходит, луна убывает и прибывает, на море случаются штормы и бури, и тп и тд. То есть – существуют «высшие силы», определяющие путь развития – или судьбу. Человек видится себе существом адаптирующимся, подчиненным набору обстоятельств.
Те, кто способен бросить вызов своему существованию, называются героями. Боги же есть те, кто изменяет или задает сами условия.
Бог – пусть творец, пусть сила – выступает в роли определителя судьбы. Верховного бога называют «гончаром» - он вылепливает человеческие фигурки, он придает форму всему, что окружает людей.
Божественность для человечества есть поиск божественного внутри человека.
Правителю монархического толка дается статус живого божества – он определяет способы и условия жизни тысяч и миллионов своих подданных. В Египте или Вавилоне мы видим «младшего сына» главы пантеона (по сути, равного многим из средних и младших богов), в более позднее время в Европе короли и цари являются помазанниками, т.е. верховное божество делится статусом, распространяет частичку своей божественности на представителя благородной семьи. Это не дает власть, это является отражением, подтверждением факта власти.
Далее, более существенно. Главное и фундаментальное ограничение человека – его телесность. Именно поэтому, преодолевая человеческую телесность, боги обладают нечеловеческими телами, множеством тел, либо вообще лишены тела. Основная манифестация тела – его временная конечность, смертность. Поэтому бессмертные в теле автоматически становится богами, через победу над смертью преодолевая свое наиболее значимое ограничение.
Равным образом, узнавшие добро и зло в райском саду стали «равны богам», поскольку приобрели новое качество, качество, недоступное им, пока они вели жизнь неведающую, жизнь невинную, дарованную простым сожительством со своим телом (простите, свое бытие просто телом)
И любой творец, не удовлетворяющийся старым и существующим, созидающий, вводящий в мир новые формы и их наполнения – так же уподобляется богам, приобретает их свойства неподчинения границам. Он становится тем самым сверхчеловеком, ницшианским übermensch. Он растет над стадом «просто людей», как прекрасный цветок вырастает из навозной кучи – жесткая метафора, но как бы иначе описать столь любимый современными учеными всех родов и мастей emergence of qualities.
Как следствие – я не вижу ни одной причины, почему человек не может обрести божественности. Кроме страха преступить самого себя. Преступить - равно отказу от всех своих иллюзорных масок, от всего наполнения своей внутренней клетки обезьянами и крокодилами. Равно столкновению с сырой необработанной реальностью – столкновению, в котором ему суждено либо умереть, либо предстоит выйти победителем.



Но не надейтесь, что все ограничится яблоком.