Шариковая ручка
Как-то из ностальгических чувств и заодно посмотреть, насколько изменился ландшафт, зашёл в свой бывший институт. Походил по всяким подземельям, зашёл в кафе, поизучал факультетские стенды возле приёмной комиссии, прошёлся по этажам.
Потом я зашёл в аудиторию на пятом, 535, одну из двух (зеркальная с ней (505?) была огорожена некрасивым заборчиком (что там будет после ремонта?)), посидел в ней, пустой. Ломоносов всё такой же, сидит расставив ноги. Окна с теми же, видно, ещё с 30-х годов, стёклами. Доска старомодная, чёрная, во всю стену. В общем, аудитория была почти равна моим воспоминаниям о ней. Как и институт в целом. Только как будто пыль везде, такая, которую не видишь.
Но что-то и поменялось. Так я обратил внимание, что надписи на партах теперь совсем другие. Не в смысле "сообщения" – с этим по-прежнему всё более-менее так же – а в смысле, как бы это сказать… исполнительском. Теперь надписи делаются белым "штрихом", отчего они выглядят неприятно, броско и крайне однообразно. Как будто один человек писал. Причём с очень плохим зрением.
А сколько оттенков было раньше у шариковых ручек? Да миллион, бесконечность! Сильнее придави, проведи не одну, а две линии рядом – даже это влияло. А ещё можно было выколупать шарик из стержня, оттереть от чернил и увидеть, что он очень маленький. А ещё можно было годами "расписывать" засохшую ручку, чтобы в последний момент, прямо перед отправкой её в ведро, она бы вдруг чудесным образом воскресла.
А вот эти, которые штрихом – кто их пишет, для кого, зачем...
Один слоган из 505-й аудитории – ещё из тех питекантропских времён – намертво въелся в память, уж больно он был смешной, и смысл его был мне глубоко понятен, и мною разделяем.
Слоган был такой:
ПОРАДУЙ МАМУ – УБЕЙ ЛЮБЕРА.
Любера таки убили, а заодно и шариковую ручку.
Дети, верните её мне. И выбросьте "штрих".
Пожалуйста.