Виргиния Министрова и китайские бани
- Раз уж забросила судьба на край земли, - думала Виргиния Министрова, - значит надо смириться и жить по-людски. Очистить душу и тело.
Душа у Виргини и так была чистая - каждое утро Виргиния мыла ее специальным порошком с кальцием, днем занималась с ней - учила, кормила и т.д., а вечером - рассказывала сказки и укладывала спать.
Такая привычка у нее выработалась с детства.
Оставалось только тело.
- Мыть, так мыть, - воскликнула Виргиния и пошла в китайскую баню.


Подходя к большому, белому, трехэтажному зданию - увенчаному радостными флажками, освещенному яркой иллюминацией, с услужливыми людьми в одинаковой одежде и статуей Александру Македонскому - она засомневалась.
- Может это казино какое, или еще хуже - дом терпимости...
Смело войдя внутрь, она засомневалась еще больше - внутри все напоминало гостиницу, только не простую какую, а волшебную.
Ее тут же подхватили под руки, усадили в кресла, сняли с нее обувь, надев взамен мягкие тапочки и нацепили на руку номер.
Не успела Виргиния подумать зачем ее пронумеровали, как она увидела, что выносили троих не державшихся на ногах людей - их так же посадили в кресла и сняв тапочки, надели обувь и отпустили.
- Точно, пытать будут, - думала она, спускаясь по лестнице вниз, но полная решимости вымыть тело для новой жизни во что бы то не стало.
Внизу ее окружили девушки и сняли всю одежду, уложив все в ящик под таким же номером, как дали наверху.
- Ага, понимаю - это, что бы знать какую одежду на мое тело потом надевать после пыток, - уже безэмоционально думала Виргиния.
...
- Хорошо... - думала она, спустя 15 минут, сидя на деревяной лавочке в комнате полной пара и ананасового аромата...
...
- Хорошо... - думала она, спустя час и лежа на кушетке...
Вокруг нее ходила некая тетенька, которая намотав на руку что-то, яростно набросилась на тело Виргинии.
Она терла его, терла сильно и без остановки, казалось ее единственная мечта в жизни было стереть всю кожу на чьем-то теле.
От головы до пят, периодически окатывая водой, эта женщина пытала тело Виргинии.
Потом, она, видимо решив, что этого не достаточно, она решила "посыпать раны солью".
Смешав молоко с медом, она стала наносить его на растертое и пылающее тело Виргинии.
- Хорошо то как, - думала Виргиния, - лежишь себе в бане и не паришься.
...
Пошатывающуюся, с блуждающим взором, ее одели в какую-то одежду и повели на третий этаж.
Там стояли кровати.
Через пол часа ее разбудил какой-то звук.
Виргиния пошла на него и увидала некую залу, которая была заставлена блюдами с такими явствами, о которых Виргиния даже и не слышала. Она стала их пробовать, запивая янтарным, пенистым напитком, думая только об одном - вот она новая жизнь и начинается - с чистым телом.
...
Уже уходя, сидя в кресле и надевая свою обувь, понимание мира, пространства и времени вернулось к ней.
Виргиния заметила рядом в кресле девушку, с которой снимали обувь, а она испуганно смотрела на Виргинию.
Виргиния, для которой теперь краски стали ярче, воздух чище, улыбнулась еще ничего не понимающей девушке и подмигнула.