высоко парит славный китеж-град.
виноградарь здесь, зелен виноград.
фонари стоят, а на них висят
тот, кто не согласен,

тот, кто не проспал, тот, кто не продал,
и святой висит, и висит вандал.
и икар сгорел, и погиб дедал.
хайле мёртв селассие.

и висят они не часы, не дни,
но недели - некому хоронить.
есть такой декрет, и горят огни,
но всё больше - в бочках.

закрома пусты, вскрыты погреба.
хорошо тому, чья слепа судьба.
плох хозяин, выросший из раба,
что копил заочно

то ли злобу, то ли дурную кровь.
если выбит глаз, ни к чему и бровь,
ни к чему очаг, раз разграблен кров,
и не лгут газеты -

ни газет, ни прочих чудесных средств,
раструбивших про пресловутый крест.
счастлив тот, кто умер, на край - нетрезв,
да и тот - с кастетом.

пена дней - как кровь на чужих губах.
позабыт и бог, позабыт и бах,
и когда ещё пропоёт труба -
гроздьям зреть и падать

на брусчатку, в тень, на сырой асфальт.
где любовь мертва, ни к чему слова.
расцветает белым немой январь
в первом круге ада.

01-12-11