Гавна телега и всенародный похуй (пазитивная скаска наночь)
Кароч, дело было так: жыли-были стариг са старухой. И жыли-были они оченна бедна и нефдастатке. А ещо фтом месте, где они жыли-были, жыл-был сцуко невъебенный тсарь. И жыл он оченна фдастатке и всё сибе мок пазволить. Даже чОрную икру бес хлеба. А старик са старухай дажэ хлеп сибе пазволить нимагли. Ивот аднажды лажацца старик са старухай спать, на начь глядя, и молюца, значит, перет сном, штобы у них фсё фдастатке было и могли они себе дахуя чо пазволить перет смертью. А тут мима тсарь на самобеглой калеснице хуярид. И видит, што молюца старик са старухай аба фсём наипесдатом. И стало тсарю стрёмна, што ктота хочед песдатее евоного жыть. И раздавил нахуй дряхлую хату вместе са стариком и старухой, на своей калеснитсе. И перестале старик са старухой жыть-быть. Они вапще сразу фсё перестале. И дальше давольный тсарь пахуярел. И было ему ахуенна классна. А патом он въехол фстолп и разбилсо нахуй. И стал пахож на кровавое гавно фтелеге. И фсем на ниво похуй было. И стале фсе дальше жыть-пажывать. И умерли нахуй тоже. Ацтарости. Так похуй победил и дабро и зло, и фсе счастлево умерли, как обычна и бываед...