realcorwin@lj:
Историки культуры давно признали, что даже в античных, библейских и мифологических сюжетах европейские художники отражали реалии окружавшей их жизни. И эти реалии ужасают. Посмотрите на гравюры Дюрера и Кранаха. Вы увидите, что гильотина существовала за два века(!) до Французской революции. Вы увидите, как в глаз связанной жертве вкручивают какой-то коловорот, как вытягивают кишки, навивая их на особый вал, как распяленного вверх ногами человека распиливают пилой от промежности к голове, как с людей заживо сдирают кожу. Сдирание кожи заживо — достаточно частый сюжет не только графики, но и живописи Западной Европы, причем тщательность и точность написанных маслом картин свидетельствует, во-первых, что художники были знакомы с предметом не понаслышке, а во-вторых, о неподдельном интересе к теме. Достаточно вспомнить голландского живописца конца XV — начала XVI вв. Герарда Давида.

Я категорически не согласен с тем, что живопись всегда изображала и изображает реально существовавшие практики казни. Классический пример - распятия, в Европе не практиковавшиеся уже в четвертом веке и изображаемые до сих пор! Давид изображал описанный Геродотом сюжет. Более того, казнь воспринималась как чужая и чудовищная (сцена происходит в Персии; картина Давида - классический пример exemplum iustitiae, призванном напомнить судьям об их долге). Более того, в шестнадцатом веке северяне, под итальянским влиянием, интересуются человеческой анатомией: что будет если залезть внутрь будильника?

Самый факт подобных изображений не может свидетельствовать о распространенности или нераспространенности формы наказаний. Да, сдирание кожи практиковалось (см. того же Фуко), но, насколько я понимаю, в отличии от повешения, нанесения увечий или усечения головы, распространено не было. Известные мне примеры (убийца Ричарда I Английского, Нельская башня) применения сдирания кожи на практике связаны с lèse majesté, оскорблением величества.

В качестве примера обратного: изученная Мербеком практика колесования, или точнее, разбивания костей колесом, почти не встречается в живописи, хотя и была достаточно распространена. Вот, к примеру, описанная Мербеком сцена казни отцеубийцы Франца Сойболда (1589):


Лукас Майер, Германцкий национальный музей, Нюренберг.



Более того, вытягивание кишок и наматывание их на особый коловорот скорее всего описывает мученичество св. Эразма, к примеру так как его изобразил Дирк Боутс. Св. Эразм, чье почитание восходит как минимум к шестому веку, был епископом и мучеником. Среди прочего, о нем рассказывают, что он усмирил бурю на море. Св. Эразм - тот самый св. Эльм, чьи огни иногда появляются на мачтах. Будучи покровителем мореплавателей св. Эразм получил в качестве одного из аттрибутов ворот, позднее переосмысленный как инструмент мученичества. Иными словами, изображенная Боутсом сцена не только не была частью ежедневной практики, но и вообще является результатом переосмысления аттрибута.

Распиливание пилой также связано со сценой мученичества - на этот раз это св. апостол Симон, чье житие было составлено из более ранних фрагментов св. Исидором Севильским...

Точно так же, костюмы святых на картинах периода не являются воспроизведением моды того времени: иногда используются элементы более ранней моды или же моды вообще не сущетсвовавшей (сивиллы, к примеру, могут быть одеты "экзотически").

О преступности с тринадцатого по шестнадцатый век можно почитать в книге Тревора Дина.