Феодосия. Храмы в крепости.
Внутри феодосийской крепости находится прекрасный ансамбль маленьких армянских храмов примерно 14 века.

Самый большой - храм Иоанна Предтечи (ныне действующий православный храм Иверской иконы Божьей Матери, каковым он стал в 1998 году).

Реставрация, к счастью, не сильно испортила его архаический облик. Я-то помню этот храм ещё пребывавший в торжественном запустении. На куполе росло чахлое деревце и пробивалась трава; креста, естественно, не было, и из-за этого навершие походило на шапку какого-то тюркского воина (тёмные узкие окна усиливали ощущение настороженности)...
Некоторая суровость присутствует в характере храма и сейчас, особенно в сумерках.



Издалека и вовсе не скажешь, что храм стоит в обитаемом месте...



Но молящиеся, в отличие от меня, по бурьянам не шастают. Для прихожан у храма разбит цветничок и положен бордюрчик, а напротив находится дом священника, охраняемой башней папы Климента VI. С религиозным согласием тут всё в порядке: башня генуэзская, храм армянский, службу ведут на русском и на украинском...

            

Вот как выглядит храм Иоанна Предтечи со стороны соседнего храма, название которого я боюсь перепутать - то ли св. Димитрия, то ли Георгия.



Этот соседний храм теперь наглухо закрыт от посягательств местных и пришлых вандалов. Власти соорудили массивную железную дверь, запирающую доступ во внутренний двор и в в само здание.
В конце 1980-х я там была. 
Времена стояли глухие и дикие. В алтаре лежали кучи отбросов и экскрементов, пол был усеян битыми осколками бутылок и объедками воблы, стены исчерканы идиотскими каракулями вроде "тут был Пуся" (а на стенах, между прочим, кое-где еще сохранились остатки средневековых фресок!). 
Правильно сделали, что поставили дверь.
Но такого снимка, какой я сделала в 1989 году, теперь уже не сделаешь: вид на храм Иоанна Предтечи изнутри соседнего храма. 
Качество изображения неважное - это слайд, который я, за неимением сканера, просто перефотографировала с экрана на цифровик. 

          

Один храм смотрит на другой - и безмолвно шлёт ему благословение...

Но, даже запертый и поневоле нелюдимый, этот второй храм поставлен так, что, обходя его, постоянно находишь неповторимые виды. Это похоже на какую-то бесконечную мелодию вроде знаменного распева, где нет ни повторов, ни стиховой симметрии, а есть лишь бесконечно длящееся состояние покоя и серьёзной благости, необходимой для совершения тихой душевной работы.



Башня Криско выглядывает между двумя зданиями (является ли второе, то, что слева, тоже храмом, я уже не помню).





И вновь любуемся силуэтом храма Иоанна Предтечи...





А обойдя стену слева, посмотрим на изящную нишу. Ничего особенного, но гармония линий удивительная.

      

Ещё в конце прошлого тысячелетия (эх, чего уж мелочиться!) между храмами не только росли бурьяны и валялись какие-то ржавые бочки, но и паслись коровы.
Сейчас свалку слегка расчистили; коровы, видимо, вымерли, а вместо полянки с бурьянами в середине внутреннего пространства цитадели появился памятник Афанасию Никитину, сработанный местным скульптором.

 Честно говоря, не понравилась мне эта композиция. Конечно, церетелиевские и клыковские монстры в Москве ещё хуже, но всё равно как-то топорно и официозно. Главное достоинство этого памятника, что он не торчит посреди Карантина. И если не знать, что он там есть, можно проскочить мимо, не заметив его в легендарных бурьянах выше человеческого роста.

А затея была красивой.
Ведь именно через Феодосию-Кафу легендарный тверской купец добирался в  родную Тверь из своего "хождения за три моря". И, якобы, именно в храме Иоанна Предтечи впервые после многолетнего перерыва отстоял христианскую службу. 
Предполагают даже, что, сидючи на карантине, как всякий приезжий, и дожидаясь каравана, чтобы проследовать на Русь, Никитин и написал свою легендарную книгу. А когда же, дескать, ещё? Все опасности были позади, времени появилось много, а до Твери купец так и не доехал - умер на Смоленщине...

Хорошо, что Афанасия в Феодосии вспомнили.
Но почему-то никто не придумал поставить тут памятник Феофану Греку, который тоже ехал "из грек в варяги" (аж в Новгород Великий) через генуэзскую Кафу. И тоже наверняка посетил здешние храмы.

Вот храм, стоящий в стороне, ближе к морю, на возвышении. Рядом - дома и гаражи местных жителей, но сразу видно, где - хозпостройки, а где - храм Божий (ныне - церковный музей, почти всегда закрытый, ибо нет средств держать постоянного смотрителя).



Почему-то возде этого храма мне всегда попадались на глаза какие-то животные - кошки, куры, или, как на сей раз, коза Малашка и рыжий пёс...

   

Совсем последний храм цитадели стоит за этим холмом с домишками, гаражами, курятниками и сарайчиками. Он похож на отшельника в глухой пустыне. Его строгие очертания дополняет старинный фонтан - не работающий, хотя родник исправно поит скупой влагой разросшуюся тут буйную зелень (в то время как все окрестные холмы давно выгорели). То же аскетическое решение, только в еще более камерных размерах, я видела в Крыму лишь в малюсеньком храмике над автобусной остановке в селе Солнечная Долина (Коз) под Судаком.



Казалось бы, и что в этих храмах такого? Ничего. Голый камень и чистая геометрия.
Но именно это мне в них и дорого. Они словно бы сами растут из этой почвы, выражая её тайное устремление от материального к небесному. В них нет (на первый взгляд) никакого искусства, как нет его в ласточкином гнезде, муравейнике, паутине, раковине...
Зато они так же истинны и неподдельны, как всё живое.