С утра - холод собачий, ветер, временами моросит дождь. Центр пуст - только мамаши, вроде меня, тащат заспанных детишек с букетами в школу. У школы - милицейские наряды (к счастью, довольно благодушные - чадо можно проводить до дверей). Идти на работу не хочется - делать мне там сегодня нечего, и вряд ли какой оголтелый студент забредёт ко мне на огонек в 8-15 утра. А куда? Думаю, дойду до метро, куплю газетку, погуляю и посижу в Александровском саду... 
Как же! Очередной милицейский кордон. На сей раз суровый: "Женщина, вы куда?"... Объясняю невинность своих намерений. "Не положено!"... Разворачиваюсь и ухожу.
Почему безобидная и явно невооруженная москвичка не имеет права рано утром в День города просто погулять в Александровском саду? Русь, дай ответ! - Не даёт ответа. 
Иду по пустынной Большой Никитской. Милиция останавливает и разворачивает машины (тут я ехидно злорадствую - вот вам! Наконец-то и на нашей, пешеходной улице, праздник! Хоть раз в году не парковаться вам на наших тротуарах и "зебрах", не мчаться этаким шумахером под "кирпич", не загромождать вашими джипарями крохотные переулки!). 
День города, праздник души, именины сердца... 
Вдруг -- взвод милиции в серых плащах.
Ощущение, будто это не праздничная Москва, а какое-нибудь Чили времен раннего Пиночета. Мрачные дяденьки устремляются вперед, на Кремль...
Может, хоть им удастся прорваться в Александровский садик?...
У театра Маяковского - очередной кордон. Становится страшновато: а вдруг не пустят к школу за ребёнком? Нет, дядя милиционер здесь добрый, он впускает... пока ещё?... Надо поскорее просочиться, тихонечко так, бочком, незаметно - и юрк в переулок! Кто их знает, какие у НИХ ещё праздничные планы!
Уф. Удалось. Беру детёныша и веду в метро. У Арбатской-Филёвской красуется автобус с ОМОНом. Тоже готовятся пррраздновать. В метро на каждой станции - патрули с каменными лицами. 
Наверное, вечером действительно состоятся какие-то песни-пляски-речи-гуляния.
Но, пожалуйста, без меня.
Ибо, как говорил старик Станиславский - "не верю!"