|
|
Пишет cleofide (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} cleofide)@ 2009-10-16 20:29:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Боголюбово: монастырь
Продолжаю рассказ о поездке во Владимир.
Конечно же, традиционный экскурсионный маршрут не обошёл скандально известного Боголюбовского монастыря, откуда летом или в начале осени смогла-таки сбежать девочка-воспитанница, поведавшая миру подробности, достойные пера Дени Дидро ("Монахиня") и лиры Анри Бертона (опера "Ужасы монастыря"). Честно говоря, не думала, что в начале 21 века эти старинные произведения, обличающие изуверство, мракобесие и насилие над юным душами, вновь обретут актуальность.
Мне самой в монастырь заходить совершенно не хотелось, даже в качестве туриста - я терпеть не могу этих заведений с их мнимо благостным духом, в чём полностью разделяю позицию французских просветителей.
Но куда ж было деваться? Тем более, что на территории монастыря находятся остатки самого старого памятника гражданской (дворцовой) архитектуры Руси - палат князя Андрея Боголюбского.
Монахинь фотографировать вообще-то не рекомендуется, да я и не собиралась этого делать, но они упорно стояли у архитектурного памятника и вели душеспасительную (или искусительную) беседу с юным созданием лет 14, в лиловом платочке. О чём говорили, я не слышала - я хотела снять здание, а вовсе не их! Но за девочку было несколько тревожно. Охмурят ведь - и всё, она даже не поймёт, куда её уведут и что с нею сделают...
Однажды (несколько лет назад) я ехала в электричке. Скамью напротив меня делили две соседки - вероятно, внучка и бабушка. Внучке было лет 16, и она всю дорогу твердила бабушке, что непременно уйдёт в монастырь. А бабушка с печалью, болью и едва ли не отчаянием пыталась её отговаривать - но та замкнулась, ожесточилась и ничего не желала слушать.
Разумеется, вмешиваться в их беседу я никак не могла, но наблюдать это даже со стороны было невыносимо тягостно.
Монастырь, по моему глубокому убеждению - не место для молодых девушек. Ни в каком качестве.
Палаты же Андрея Боголюбского пришлось снять в другом ракурсе, с отрезанным низом. Та часть, где камень белый - поздняя пристройка. Вообще остатки древнего здения - это не совсем палаты, а часть башни и переход в собор Рождества Богородицы (именно в этом переходе князя и убили). Но это всё, что сохранилось от нецерковного созчества 12 века.
Архитектурное решение, как нетрудно убедиться, "рифмуется" с аркатурным поясом Дмитриевского собора и церкви Покрова на Нерли, но тут декор либо не уцелел, либо был скромнее.
Между башней и храмом - арка, куда доступ закрыт. Сняла вид на внутренний портал сбоку, поверх заборчика.
Некоторые наши спутники (в основном, спутницы) пошли в главный собор монастыря - на мой взгляд, слишком помпезный и самодовольный, чтобы внушать благоговение, хотя на фоне яркого неба он смотрелся неплохо.
Слева находится колокольня, к которой близко подойти нельзя (это внутренняя территория монастыря).
На колокольне виден кусок росписи - вероятно, старинной. Сняла с зумом.
Когда мы там находились, как раз звонили к вечерней службе - звонили долго и довольно хорошо.
Единственное существо, которому, похоже, в монастыре живётся как у Христа за пазухой - рыжий котёнок.
Но лично я вздохнула с облегчением, когда мы покинули эту обитель духовного рабства. Аура там нехорошая, а я такие вещи чувствую.
Ну, и два вида на монастырь на закате - совсем не идиллические по настроению.
Продолжаю рассказ о поездке во Владимир.
Конечно же, традиционный экскурсионный маршрут не обошёл скандально известного Боголюбовского монастыря, откуда летом или в начале осени смогла-таки сбежать девочка-воспитанница, поведавшая миру подробности, достойные пера Дени Дидро ("Монахиня") и лиры Анри Бертона (опера "Ужасы монастыря"). Честно говоря, не думала, что в начале 21 века эти старинные произведения, обличающие изуверство, мракобесие и насилие над юным душами, вновь обретут актуальность.
Мне самой в монастырь заходить совершенно не хотелось, даже в качестве туриста - я терпеть не могу этих заведений с их мнимо благостным духом, в чём полностью разделяю позицию французских просветителей.
Но куда ж было деваться? Тем более, что на территории монастыря находятся остатки самого старого памятника гражданской (дворцовой) архитектуры Руси - палат князя Андрея Боголюбского.
Монахинь фотографировать вообще-то не рекомендуется, да я и не собиралась этого делать, но они упорно стояли у архитектурного памятника и вели душеспасительную (или искусительную) беседу с юным созданием лет 14, в лиловом платочке. О чём говорили, я не слышала - я хотела снять здание, а вовсе не их! Но за девочку было несколько тревожно. Охмурят ведь - и всё, она даже не поймёт, куда её уведут и что с нею сделают...
Однажды (несколько лет назад) я ехала в электричке. Скамью напротив меня делили две соседки - вероятно, внучка и бабушка. Внучке было лет 16, и она всю дорогу твердила бабушке, что непременно уйдёт в монастырь. А бабушка с печалью, болью и едва ли не отчаянием пыталась её отговаривать - но та замкнулась, ожесточилась и ничего не желала слушать.
Разумеется, вмешиваться в их беседу я никак не могла, но наблюдать это даже со стороны было невыносимо тягостно.
Монастырь, по моему глубокому убеждению - не место для молодых девушек. Ни в каком качестве.
Палаты же Андрея Боголюбского пришлось снять в другом ракурсе, с отрезанным низом. Та часть, где камень белый - поздняя пристройка. Вообще остатки древнего здения - это не совсем палаты, а часть башни и переход в собор Рождества Богородицы (именно в этом переходе князя и убили). Но это всё, что сохранилось от нецерковного созчества 12 века.
Архитектурное решение, как нетрудно убедиться, "рифмуется" с аркатурным поясом Дмитриевского собора и церкви Покрова на Нерли, но тут декор либо не уцелел, либо был скромнее.
Между башней и храмом - арка, куда доступ закрыт. Сняла вид на внутренний портал сбоку, поверх заборчика.
Некоторые наши спутники (в основном, спутницы) пошли в главный собор монастыря - на мой взгляд, слишком помпезный и самодовольный, чтобы внушать благоговение, хотя на фоне яркого неба он смотрелся неплохо.
Слева находится колокольня, к которой близко подойти нельзя (это внутренняя территория монастыря).
На колокольне виден кусок росписи - вероятно, старинной. Сняла с зумом.
Когда мы там находились, как раз звонили к вечерней службе - звонили долго и довольно хорошо.
Единственное существо, которому, похоже, в монастыре живётся как у Христа за пазухой - рыжий котёнок.
Но лично я вздохнула с облегчением, когда мы покинули эту обитель духовного рабства. Аура там нехорошая, а я такие вещи чувствую.
Ну, и два вида на монастырь на закате - совсем не идиллические по настроению.
