Хуй-4.1, или хуй новый год expanded
   Первым делом конечно я наклюкался с Витей и сотоварищами в кабаке «Политбюро». Перед этим я год не употреблял водку, и конечно был в жопу. Сохранившиеся перед отключкой воспоминания: разговор о Чубайсе, затем минут восемь беседуют об Ольшанском и записывают на бумажке друг другу правильное написание users/olshansky. Следующее просветление уже у Вити с Ирой дома, где я бил Витю ненаряженной елкой, а он меня в ответ поливал из душа холодной водой. У меня даже кредитная карточка промокла нахуй. Это было 30го.
    Утром 31го я проснулся на кухне в мокрых джинсах и без футболки и примерно полчаса находился в состоянии счастливого похмелья, когда преобладают травяной оптимизм и розовые тона. Но это быстро кончилось, и с 10 утра до 9 вечера я каждые несколько минут бегал в ванную выпить из крана литр воды, чтобы выблевать его назад (а иначе нечем рыгать). Так я провел 31е декабря – непрерывно работая латунной фонтанной рыбой.
    Ближе к Новому Году я смог выпить чаю и съесть ложку салата, не вернув это канализации.
   Затем наступил Новый Год. Трезвый новыйгод – это преимущество в том смысле, что можно ездить с помощью автомобиля. Что я и делал от Славы до грибканала и обратно. Ментов было отсутствие полное.
    1 января я лежал на ковре спиной вниз, а животом вверх, и рассматривал присутствующих, слушая то, что они говорят, и это было довольно интересно. Периодически я перемещался в кухню, съедал там немного ириной еды и там курил сигареты, продолжая слушать разговоры.
    Это было хорошее первое января.
    Было много мыслей на тему «я теперь живу не в Питере а в Маскве» и это были софистические мысли, кажется; решил приезжать ежемесячно в качестве временного решения.
    Очень поэтично было везти Витю с той же Славы на Просвещения. Это довольно длинная поездка, и по дороге ввиду первого января встречаются только снег, желтые светофоры и темная Нева.
    В шесть утра второго января, растолкав бухого Зинченко, я посадил его в автомобиль и поехал в Москву. На выезде остановил скорбного вида милиционер, прочитал документы и спросил: «Спиртного не пил ничего?». Нет, ответил я, был трезвый ибо за рулем. «Ну и дурак», сделал выражение лица милиционер и отпустил не нюхая. Больше остановок не было. Были сгоревший предохранитель, спустившее колесо, выталкивание из ямы с помощью Зинченко и Никиты Подвального, а потом была роковая скания с финскими номерами и приземление в сугроб. Я вышел потрогать ногой колею и увидел там четыре сантиметра чистого прозрачного льда, что возможно объясняет. Плелись в общей сложности тринадцать часов с кофепитиями и выхождениями поссать в лесок.
    А вообще мне очень понравился новый год.