и.н.

глубокий смысл питья на брудершафт
грибами синими топорщится ландшафт
коричневеет город александров
октябрьская разъедает грязь
поля. в них путешествуют смеясь
на корточках стада иерофантов

мы в старом парке. осень велика.
на небе умирают облака
и водка светится сквозь синие окошки
за скрюченной рекой изогнут луг
улыбкой грустной. и склонился друг
чтобы с земли поднять рассыпанные крошки

он что-то поднимает и кладёт
рассматривает, чертит, узнаёт
и возвращает тотчас же обратно
листва блестит как оловянный лом
ворона села на горбатый дом
и каркает оттуда неприятно

- вы муравьи. я - грозный царь Иван.
в сей слободе я буду слободан
и буду вас казнить без всякой меры.
- нет-нет, тебе почудилось, постой!
что муравьи... сквозь сумрак непростой
вот-вот придут к нам милиционеры.

- здесь дикие места. ты что, забыл?
нас закопать здесь могут прямо в ил.
оставь труху, пойдём на электричку!
но, капюшон надвинув как клобук
и палку в руки взяв, поднялся друг
похожий на взъерошенную птичку.

- грибы во мне потешно говорят... -
вдруг рассмеялся: - вот бесовский яд!
от них в царя несложно превратиться
заозирался вдруг: какая темь...
вокруг меня крылами машет тень
и злые мне показывает лица

потом мы ехали на тройке лошадей
к нам приставал беззубый челубей
чтоб высосать остатки водки нашей
по стенам прыгали зеленые огни
казались проносившиеся пни
за окнами огнями экипажей

в мытищах я упал, в подлипках - встал
до болшева дополз и не устал,
и вскоре был уже в своих пенатах
за чаем я пытался рассказать
то, что словами в общем описать
не то, чтобы нельзя, но рановато

я - царь Иван, никшните, мелюзга!
ворона, ты получишь батога!
а ты, избушка, сильно ли здорова?
здесь всюду вход! кто эти пришлецы?
я жив, пока белеют изразцы
в дымящихся кустах болиголова

малюта (это псу) - ты постарел
пошли, я покажу тебе предел
селянин, где здесь выпить можно квасу?
иди ко мне, тебя благословлю.
что, мальчик, плачешь, оботри соплю,
прислушиваясь к царскому указу

мне шесть билетов. или шестьдесят?
извозчик, увези моих ребят
на реку, к проруби, где лёдные прорехи.
морковный сок - разбавьте им вино.
докучливое вьет веретено
в наушниках мне радиопомехи

сквозь сон я слышал палки острой стук
меня тревожил этот слабый звук
хотя я знал его первопричину:
за окнами блуждают до зари
умноженные осенью цари
меняя грозных лиц живую глину

и где-то среди них, огнём горя,
все золото лесного октября
к груди прижав, открытыми глазами
пространство втягивая, впитывает гарь
единственный и настоящий царь
таинственными полон голосами.