Вагон сильно накренился, серые столбы за окном скрестились как пиратские кости. Дверь, открывшаяся ненамеренно позволила мне увидеть следующее: в глубине крашеной бежевой ниши стояла спиной к нам мужская фигура, втыкая отточенную стамеску в мороженный ком слипшихся птичьих ног.
- Айрат - позвала ещё раз женщина, и повар почти уже повернулся в нашу сторону, как вдруг вагон вновь принял нормальное положение, прищёлкнув колёсами где-то под нами - забытая бутылка заказанного пойла упала на бок и скатерть медленно пропитывалась, темнела как простыня наброшенная на самоубийцу.
- Мальчики, шли бы вы. - тихо сказала официантка - Не будите лиха. Не о чем вам с поваром нашим говорить. Это ведь твой товарищ задирал его давеча? - она посмотрела на Джамиля.
- Позовите кулинара - медленно проговорил послушник.
Но тут уже дверь отворилась не по своей воле: из-за спины женщины в коридор протискивался грузный мужчина лет сорока. По плечам его громоздились татуировки и на груди закруглялись купола синеющих храмов. В одной руке мужчина сжимал белый влажный халат, а второй вертел в пальцах связку металлических блестящих ключей.
- В чём дело? - спросил он, рассматривая нас из-за спины подавальщицы. - Что надо?