Реакционная часть российского общества может быть удовлетворена. Два года в тюрьме за песню "Богородица, Путина прогони", спетую в храме Христа Спасителя. Как сказал один из комментаторов, "Происходит противопоставление образованной части общества, которая однозначно осуждает процесс над Pussy Riot, и населения, которому промывают мозги. Все это может привести к превращению России в православный Иран". 

Благодаря этому приговору (именно приговору, а не "панк-молебну") три девушки Pussy Riot войдут в историю России. Лет через сто, изучая историю начала XXI века, дети в школах будут отвечать на вопрос "ошибки путинского режима": "Приговор участницам группы Pussy Riot выявил тенденцию сращивания церкви с государством и стал еще одним примером использования судов в целях подавления инакомыслия". 

При этом они даже не будут понимать, в чем была вина Pussy Riot. 

Честно говоря, я думал, что приговор будет по три года двум девушкам и два с половиной третьей. Но разницы, в общем, нет: два года колонии -- наказание слишком жестокое. 

Практика резонансных дел в постсоветских государствах показывает: в аналогичных случаях власти понимают, что совершили ошибку. Но признать этого не могут -- им кажется, что, признав ошибку, они ослабеют. Я уверен, что признание ошибок в действительности делает их сильнее, но понимаю, что тут я в меньшинстве. 

Поняв, что ошибка была совершена, они упорствуют. И люди, чья провинность либо невелика, либо ее вообще нет как таковой, отправляются в тюрьму. Правда, потом, спустя некоторое время, их выпускают. Мне кажется, так будет и с Pussy Riot. У меня ощущение, что их выпустят к Пасхе следующего года. Хотя...  

Ох, эти проблемы, обременяющие русского царя, – пишет в лондонской Independent Руперт Корнуолл, – Надо управлять делами страны, раскинувшейся по девяти часовым поясам. Надо вести политику на мировой арене. И потом, если вы Владимир Путин, вам нужно будет определить приговор трем участницам женской панк-группы, которые плохо вели себя в церкви. Казалось бы, простая задача, но ее решение может пошатнуть основы вашей власти".

"В России, -- пишет в Times известный музыкант Питер Гэбриел, -- снова есть лишь две возможности выбора, две рубашки, на одной из которых написано "иностранный агент", а на другой - "агент государства".