О народной дипломатии.
Я ведь сейчас дома. В родных стенах, куда меня некогда привезли из роддома; с книжных полок хлипкой восточногерманской "стенки" на меня смотрят потрёпанные корешки книжек с которыми я вырос (мною потрёпанные, чего уж там... как мне за это влетало тогда...); наверху стоят незатейливые советские вазочки, стоявшие там уже 20 или 30 лет назад; в углу тихо гудит любовно собранный мною 10 лет назад компьютер на PentiumII Slot 1, с подвыгоревшим уже 14" экраном, приведший меня некогда в Сеть; уютно светятся огоньки модема Zyxel...

А можно поперебирать скромный, но увлекательный семейный архив, покоящийся в ящиках тех самых ГДР-овских мебелей. Благодарности командования личному составу 82 отдельного батальона связи за бои и взятие каких-то безвестных немецких местечек, диплом токаря-фрезеровщика от 1935 года на имя Резниковой Ф. Ф. (моя бабуля по отцу), дивный карандашный портрет решительной тётки в железнодорожной форме с петлицами и лихо заломленном берете (бабуля по матери)... письма отца к матери из Киева в Москву... письма от отца к матери из Вьетнама... мои письма дедам в Мичуринск... письма бабули-железнодорожницы из Мичуринска ко мне в Киев... поздравительные открытки родителям со свадьбой... конверт, в котором бабуля (разумеется, она уже давно Мещерякова Ф. Ф.) подарила моим родителям чудовищные 700 рублей на чудесный цветной телевизор в начале 80-х (а потом этот поганый ламповый Электрон-716 всего через год-два как начал пытаться гореть, так и не работал больше)... сотни таких мелких артефактиков, за каждым из которых какая-то маленькая история.

А вот скромнейшая коллекция марок, собранная в основном моей матушкой в конце школы, то есть в районе конца 1950-х - начала 1960-х годов. О ней расскажу поподробней.



Дело в том, что в те годы моя матушка и другие девицы из её класса находились в переписке с некоторым количеством школьников из стран тогдашнего социалистического лагеря. Слали друг другу коротенькие письма, открытки, значки, фотографии. Вот, про них даже написали тогда в газете "Мичуринская Правда":



Моя матушка на фото слева :)





Там в статье кокетливо пишут, что никто не помнит, с чего началась эта дивная переписка. Разумеется, моя матушка помнит всё, кто кому чьи адреса давал, а кто нет; как облизывались на пищущих те, кто не смог достать заветного адресочка :) Какие-то адреса иностранных школьников привезла из "Артека" её одноклассница, раздавшая их своим подружкам, другие адреса привёз кто-то прямо из "стран народной демократии" из отпуска и так далее. Но факты таковы - имел место быть такой контакт миров, в 80-х годах, в моё школьное время, уже совершенно трудновообразимый.

Писали в основном по-русски. В соцстранах его тогда учили в школах, и, судя по содержимому открыток, учили вовсе неплохо. Если с немцами - то по-немецки; в мичуринской школе учили именно дойч. На связи со школьницами рабочего городка на Тамбовщине были грады и веси Чехословакии, ГДР, Венгрии, Румынии и Болгарии; была корреспондентка даже из Китая!



На фотках там, слева направа - румынка, немка, чех и ещё немец. С красавцем-чехом перекидывались открыточками и фотками сразу три русские девицы :) Но открыток от румынской и немецкой девиц у матушки не меньше, чем из чешского города Либерец. Переписка моей матушки с чехом Володей также продлилась дольше всего и оборвалась аж в 1968 году, с оккупацией Чехословакии советскими войсками.

Остаётся только пожалеть, что Советская Россия так опрометчиво политически и культурно отмежёвывалась, отрезала себя от Европы и мира, и вначале довольно тёплые отношения превратились в нынешнюю плохо скрываемую взаимную неприязнь...