Девять граммов в щитовидку.
Сегодня у многих большой праздник - 20 лет назад ночью шумно лопнул реактор 4 блока Чернобыльской АЭС и на головы народов СССР и всего мира высыпались 5-10 тонн реакторного топлива и сырья для оружейного плутония - с пылу с жару.

Взрыв реактора был большим сюрпризом не только для простого народа, тогда еще очень далекого от нейтронов, рентгенов и радионуклидов, но и для маститых ученых, которые с самого 1942 года уверяли, что реакторы не взрываются. Они может и не взрываются по-настоящему, однако радиоактивности от одного лопнувшего реактора вышло в мировом масштабе почти столько же, сколько от всех наземных испытаний ядерного оружия в начале 60-х гг. вместе взятых.



Пока в тогда еще зелёном Киеве все рассказывали друг другу о каком-то взрыве и аварии на атомной станции, из вертолетов в Припяти вылезали озадаченные академики и генералы, а солдаты войск химзащиты крутили ручки на запылившихся дозиметрах с севшими батарейками, и вспоминали что такое рентген и кюри. В районной больнице обалдевшие врачи бегали вокруг вдребезги заболевших пожарных, всю ночь самоотверженно пытавшихся унять ярко-малинового демона.

Вопреки ползающим за каждым углом слухам, мы с отцом пошли в 1 мая гулять после демонстрации. Любил я это дело - флажки, музыка, ходить по проезжей части Крещатика можно. А тут радиация какая-то непонятная. День был такой солнечный, и я хочу до сих пор верить, что малиновое облачко тогда еще не побывало у нас в гостях.

В начале мая с надеждой слушал разговоры о закрытии школ. Не закрыли. Сказали только детей на улицу по возможности не выпускать. Хожу в школу до 18 мая. На балкон своей квартиры в спальном районе города выходит знакомый военный с дозиметром, и намеривает - примерно пол-миллирентгена в час. Жить можно.

Под тополями в городе появилась загадочная синеватая пыль. Все опасливо обходят пыльные круги и рассказывают друг другу, что тополя так реагируют на радиацию. По улице каждые несколько часов ездят поливальные машины. По пути в школу за считанные дни что-то раскапывают, потом закапывают, огораживают проволочным забором. Виден железный люк и какая-то труба. Наверное артезианская скважина.

Листья на липе величиной с блюдце. Загадочные, непонятно откуда исходящие советы пить красное вино и есть орехи. Однако большинство сходится на том, что лучше всего от радиации помогают железнодорожные билеты. Лето наступает, я сижу дома как Ной в ковчеге. 18 мая приезжает бабушка и увозит меня в далекий Мичуринск, который, как все тогда полагали, дальнее расстояние защитило от малинового зарева. Уточнил я вопрос защищенности только году эдак в 1992, когда в Киеве радиометр показывал 18-20 мкР/ч, а в Мичуринске - 14-15 (норма вроде бы шесть). "Норму" я намерил только раз, на станции киевского метро "Золотые Ворота" - там под землей вскоре после открытия было 2-3 мкР/ч. Сейчас в Киеве мой старый радиометр намеривает 10-12 мкР/ч (зависит от района). Почти нормально.

В далекой Германии заменяют песок в детских песочницах и изучают карту радиоактивного загрязнения Баварского Леса. Там кое-где и сегодня грибочки и зверюшки фонят выше нормы.

"Фонят" сегодня выше нормы и телевизоры. Который день не утихает на немецком телевидении кровожадная дискуссия, сколько же людей стащил на тот свет малиновый черт. МАГАТЭ говорит о нескольких тысячах, ВОЗ говорит о десятке тысяч, самая же щедрая душа у "Гринписа", уверяющего о сотнях тысяч погибших по всему миру. Того и гляди кинутся подписывать какой-нибудь еще "киотский протокол".

А черт спит в неряшливом бетонном саркофаге. Как Белоснежка, похороненная семью гномами, ждет своего возлюбленного.





Хорошая публикация "Мифы Чернобыля" в двух частях 1 2 на tribuna.com.ua.
Воспоминания академика Легасова "Об аварии на Чернобыльской АЭС" на fictionbook.ru.

UPD.
И вот еще на форуме it-ru.de интересное. Выходит, 1 мая Киев был уже вовсю заражен до 2-3мР/ч:
Да уж 20 лет прошло....
Мой отец когда-то радиологией занимался. В 86-м тоже был связан с радиологией, хоть и не очень тесно. Дома у нас ещё с 82-го года был немецкий радиометр - так на всякий случай. Ну и "случай", к сожалению, настал
По иронии судьбы за пару месяцев до аварии в Украине начали ликвидировать медицинскую радиологию "за ненадобностью". Ликвидировали должность главного радиолога и т.д. Увольняли, точнее переводили на другие тематики даже профессоров

Когда стало известно, что рванул Чернобыль то тут же мы дома и у отца на работе начали делать постоянные замеры - всё было в норме. Отец и его коллеги постоянно слушали радиоголоса и знали, что в Скандинавии и в Западной Европе повышенный уровень радиации. У Киева было 4(!!!) дня, чтобы подготовиться к радиации, но было категорически запрещено об этом даже говорить. 29 апреля высокоточные приборы у отца на работе зафиксировали радиацию у всех сотрудников в волосах на голове и на обуви. 29-го вечером голоса сообщили, что направление ветра меняется и в Киеве ожидается повышение радиации. 30-го утром у отца на работе пришлось выключить высокоточные измирительные приборы, т.к. они просто могли сгореть. А наш домашний счётчик гейгера впервые показал себя в деле В тот же день были сделаны анализы радиоактивных элементов. Короткоживущие элементы представляли опастность максимум до 3 мая. Ещё был какой-то элемент с продолжительностью жизни (8 периодов полураспада) где-то до 9 мая. Самым опастным был йод, хотя тогда даже специалисты предстваить себе не могли насколько йод был опастным Йода было много разных вариантов с разной длиной полураспада. Соответственно продолжительность жизни у йода была до конца мая, июля и весны 88-го.

Под вечер 30 апреля уровень радиации в 30-50 раз превышал обычный уровень. В квартире с закрытыми окнами в железобетонном доме уровень радиации был всего в 1,5-3 раза выше обычного уровня, что собственно тоже норма. На улице особо высокий уровень был у земли, поэтому больно было смотреть на детей, играющих в песочнике. Так получилось, что нам нужно было много ездить на машине по Киеву в тот день и я всё время мерял радиацию. До Чернобыля в Киеве было от 20 до 50 микроренген в зависимости от района. Самый высокий был всегда на Крещатике (50 микроренген). В тот день и вечер уровень был везде различным. В Вышнёвом уровень был порядка 500-600 микроренген, на Борщаговке 1100-1200. В Дарнице порядка 2000-2500 микроренген. На Бессарабке где-то 2200-2300. Уровень радиации постоянно рос.

1 мая мы вместо демонстрации уехали из Киева - это была очень большая глупость К нашему разочарованию уровень радиации и за 200 и за 400 км от Киева особо не отличался. В Умани было 2500-3000 мкр. В Николаевской области было порядка 800-1000 мкр. 4 мая мы вернулсь, получив, естественно свою дозу в дороге. В Киеве так и было где-то 1000-1500 мкр. В квартире было 50-80 мкр. Поэтому самый разумный способ избежать радиации был бы сидеть дома и смотреть телевизор
Как и предпологалось, через неделю уровень несколько упал. А в июне уже было всего 250-300 мкр, что уже не критично. В начале июля было уже до 200-х.
Я ушёл в армию... Помню первым вопросом в армии после знакомства у всех был: "ну как, стоит у мужиков в Киеве?"
Через 2 года уровень радиации в Киеве был уже 30-90 мкр, что в общем-то норма, хотя и до сих пор уровень чуточку выше, чем до Чернобыля, но это ни на что абсолютно не влияет.

О жертвах Чернобыля написано за эти годы очень много. К сожалению абсолютно у всех Киевлян есть изменения в щитовидной железе. У меня изменения появились всего лет 5-10 назад. Но эти изменения, слава Богу, назначительные. Кстати врачи в Киеве до сих пишут, что щетовидка в норме, если изменения в щитовидке ни на что не влияют.

UPDATE 2.

Заботливые когти советской Родины.


via drugoi@lj