Как я был кракером
Примерно 12 лет назад была у меня подработка в одной фирме.
Вся фирма - компьютер и два молодых парня, работающих посменно. Они торговали запчастями по каталогам. Каталоги им присылались на CD-дисках, в основном. Ещё у них шкаф был, с толстыми томами. Всё это хозяйство было заполнено таблицами с буквами и цифрами.

Суть их бизнеса сводилась к следующему: приходил человек,
говорил, что ему надо. По каталогам находилась запчасть.
Затем её заказывали у поставщиков по электронной почте,
заключался договор, брались деньги. Через некоторое время
заказ приходил, его отдавали заказчику. Всё.

Фирм таких было несколько, особой прибыли они не приносили,
но коптили потихоньку, на всем экономили. Например, на обновлениях каталогов. Все эти буржуйские каталоги постоянно требовали обновления. За каждое надо было платить немалые деньги, заново устанавливая программы с дисков. В программы встраивали функцию сравнения системной даты с неким пороговым значением, по достижении которого она переставала работать.

Снять такое сравнение трудности не представляет.
Зависит от того, на каком языке изначально была написана программа и от наличия удобного декомпилятора.
В большинстве случаев хватало hiew - просмотрщика в кодах - дизассемблера. Я искал прерывание 21 и системную функцию времени. Смотрел, что дальше делается с полученными значениями, менял. Делал патч и программа работала до бесконечности.
Были и 32-разрядные программы для Windows, с вызовами других функций. Для них использовал другие декомпиляторы и дизассемблеры.
Были и в псевдокодах и в оп-кодах. Успех зависел от наличия инструментов - дизассемблеров.

В общем это то, что делают всякие пиратские группы, ломая программы. Которые затем расходятся по всему миру.
И которыми все пользуются бесплатно.
Популярные и дорогие программы.

И хотя у нас вышел закон, и вроде с пиратством борются.
Тут всё, как обычно - например, как с пивом получилось.
Когда появился закон о запрете пить пиво открыто,
милиция лютовала, но недолго. Галочку поставили, что
борьба ведётся, закон блюдётся, и всё стало по прежнему.