|
|
Пишет dm_kalashnikov (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} dm_kalashnikov)@ 2007-11-11 12:32:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
ГРУДЫ ЧЕРЕПОВ
ПОЗИЦИЯ: Наши потери во много раз превышают немецкие. Бездарные русские военные заваливали немцев трупами своих солдат, поэтому и выиграли войну. А потом всех, побывавших в плену, объявили предателями и отправили в лагеря.
Это один из самых живучих мифов — о чудовищных советских потерях.
Какие только цифры не оглашали, как только «стало можно»… Например, знаменитый нобелевский врун Солженицын говорил в своем интервью: «Эта война велась, не считаясь с дивизиями, с корпусами, с миллионами людей. … мы потеряли во Второй мировой войне от пренебрежительного и неряшливого ее ведения 44 миллиона человек!» (Комсомольская правда. 4 июня 1991. №125).
Назывались и большие цифры. Нередко приходится слышать про соотношение потерь 1: 10 и тому подобные странные заявления.
Жонглирование цифирьками делается по простой схеме: в потери от войны с русской стороны смело записывается гражданское население, погибшее в оккупации. Кроме того, куда, как вы думаете, записываются потери из той группы граждан СССР, которые перешли на сторону захватчика? Да-да, вы угадали.
Причем в таком случае баланс умножается на два: прибавляется к нашим потерям и вычитается из вражеских. С немецкой же стороны стеснительно не замечают потери солдат, не являющихся немцами. Воевали же с немцами? Вот только их считать и будем…
Такие мелочи, как учет потерь немцев только до 9-го мая, хотя, скажем, пражская группировка (860 тысяч, между прочим) сражалась до 11-го числа, даже не стоит упоминать.
Конечно, точный подсчет практически невозможен. Тем не менее реальные потери очень далеко отстоят от пропагандистских величин. Разбирать подробно выкладки историков в этой работе смысла нет, поэтому приведу сразу конечные результаты.
Вадим Кожинов в книге «Великая Война России» пишет: «враг потерял в боях с нами 3,7 млн военнослужащих — это не считая 0,6 млн. умерших в нашем плену, а наша армия (без погибших в плену) — 6,5 млн». Автор отмечает, что к этим же результатам независимо пришел американский демограф С. Максудов (Гарвард), который, не обладая доступом к архивам, проводил расследование, основываясь на демографических данных. Получаем соотношение 1: 1,76, которое, конечно, не в нашу пользу, но никак не похоже на 1:10.
А вот данные из книги генерал-полковника Г. Ф. Кривошеева «Россия и СССР в войнах ХХ века» (М., ОЛМА-ПРЕСС, 2001):
«Немецкие безвозвратные потери на советско-германском фронте за период с 22. 06. 41 по 09. 05. 45 составили 7181, 1 тыс., а вместе с их союзниками — 8649, 2 тыс. чел. Из них пленных — 4376, 3 тыс. чел. Советские потери и потери наших союзников на советско-германском фронте составили 11520, 2 тыс. чел. Из них пленных — 4559 тыс. чел».
То есть, если учитывать пленных (война — это же не сплошная перестрелка!), то соотношение боевых потерь составляет 1: 1.3, что уже вполне можно считать сражением на равных. Особенно если учесть гигантские потери СССР в первый год войны, а также то, что нападал Гитлер на СССР уже не одной Германией, а практически всей Европой.
Что касается тезиса «все военнопленные были отправлены в лагеря», то для начала надо выключить правозащитную истерику и включить логику. Естественно, надо было провести проверку — немецкие спецслужбы активно занимались вербовкой, да и власовцы и проч. могли вполне маскироваться в общей массе. Вот статистика:
«Данные о бывших военнопленных, содержавшихся в спецлагерях в период с октября 1941 г. по март 1944 г. Всего поступило 317594 … В штурмовые батальоны 8255 (2,6%) Арестовано 11283 (3,5%) Продолжают проходить проверку 61394 (19,3%)». (А. В. Меженько. Военнопленные возвращались в строй … // Военно-исторический журнал. 1997, №5. стр. 32).
В. Н. Земсков писал («Репатриация советских граждан и их дальнейшая судьба», Социологические исследования. 1995. №5. стр. 6):
«Такое проявление гуманизма явилось для пособников фашистов полной неожиданностью. Вот характерный эпизод. 6 ноября 1944 года в Мурманск прибыли два английских корабля, на борту которых находилось 9907 бывших советских военнослужащих, сражавшихся в рядах немецкой армии против англо-американских войск и взятых ими в плен. По статье 193 тогдашнего Уголовного кодекса РСФСР за переход военнослужащих на сторону противника в военное время предусматривалось только одно наказание — смертная казнь с конфискацией имущества. Поэтому многие «пассажиры» ожидали, что их расстреляют сразу же на мурманской пристани. Однако официальные советские представители объяснили, что Советское правительство их простило, и что они не только не будут расстреляны, но и вообще освобождаются от привлечения к уголовной ответственности за измену Родине. Больше года эти люди проходили проверку в спецлагере НКВД, а затем были направлены на 6-летнее спецпоселение. В 1952 г. большинство из них было освобождено, причем в их анкетах не значилось никакой судимости, а время работы на спецпоселении было зачтено в трудовой стаж».
Автор: Василий Живов
ПОЗИЦИЯ: Наши потери во много раз превышают немецкие. Бездарные русские военные заваливали немцев трупами своих солдат, поэтому и выиграли войну. А потом всех, побывавших в плену, объявили предателями и отправили в лагеря.
Это один из самых живучих мифов — о чудовищных советских потерях.
Какие только цифры не оглашали, как только «стало можно»… Например, знаменитый нобелевский врун Солженицын говорил в своем интервью: «Эта война велась, не считаясь с дивизиями, с корпусами, с миллионами людей. … мы потеряли во Второй мировой войне от пренебрежительного и неряшливого ее ведения 44 миллиона человек!» (Комсомольская правда. 4 июня 1991. №125).
Назывались и большие цифры. Нередко приходится слышать про соотношение потерь 1: 10 и тому подобные странные заявления.
Жонглирование цифирьками делается по простой схеме: в потери от войны с русской стороны смело записывается гражданское население, погибшее в оккупации. Кроме того, куда, как вы думаете, записываются потери из той группы граждан СССР, которые перешли на сторону захватчика? Да-да, вы угадали.
Причем в таком случае баланс умножается на два: прибавляется к нашим потерям и вычитается из вражеских. С немецкой же стороны стеснительно не замечают потери солдат, не являющихся немцами. Воевали же с немцами? Вот только их считать и будем…
Такие мелочи, как учет потерь немцев только до 9-го мая, хотя, скажем, пражская группировка (860 тысяч, между прочим) сражалась до 11-го числа, даже не стоит упоминать.
Конечно, точный подсчет практически невозможен. Тем не менее реальные потери очень далеко отстоят от пропагандистских величин. Разбирать подробно выкладки историков в этой работе смысла нет, поэтому приведу сразу конечные результаты.
Вадим Кожинов в книге «Великая Война России» пишет: «враг потерял в боях с нами 3,7 млн военнослужащих — это не считая 0,6 млн. умерших в нашем плену, а наша армия (без погибших в плену) — 6,5 млн». Автор отмечает, что к этим же результатам независимо пришел американский демограф С. Максудов (Гарвард), который, не обладая доступом к архивам, проводил расследование, основываясь на демографических данных. Получаем соотношение 1: 1,76, которое, конечно, не в нашу пользу, но никак не похоже на 1:10.
А вот данные из книги генерал-полковника Г. Ф. Кривошеева «Россия и СССР в войнах ХХ века» (М., ОЛМА-ПРЕСС, 2001):
«Немецкие безвозвратные потери на советско-германском фронте за период с 22. 06. 41 по 09. 05. 45 составили 7181, 1 тыс., а вместе с их союзниками — 8649, 2 тыс. чел. Из них пленных — 4376, 3 тыс. чел. Советские потери и потери наших союзников на советско-германском фронте составили 11520, 2 тыс. чел. Из них пленных — 4559 тыс. чел».
То есть, если учитывать пленных (война — это же не сплошная перестрелка!), то соотношение боевых потерь составляет 1: 1.3, что уже вполне можно считать сражением на равных. Особенно если учесть гигантские потери СССР в первый год войны, а также то, что нападал Гитлер на СССР уже не одной Германией, а практически всей Европой.
Что касается тезиса «все военнопленные были отправлены в лагеря», то для начала надо выключить правозащитную истерику и включить логику. Естественно, надо было провести проверку — немецкие спецслужбы активно занимались вербовкой, да и власовцы и проч. могли вполне маскироваться в общей массе. Вот статистика:
«Данные о бывших военнопленных, содержавшихся в спецлагерях в период с октября 1941 г. по март 1944 г. Всего поступило 317594 … В штурмовые батальоны 8255 (2,6%) Арестовано 11283 (3,5%) Продолжают проходить проверку 61394 (19,3%)». (А. В. Меженько. Военнопленные возвращались в строй … // Военно-исторический журнал. 1997, №5. стр. 32).
В. Н. Земсков писал («Репатриация советских граждан и их дальнейшая судьба», Социологические исследования. 1995. №5. стр. 6):
«Такое проявление гуманизма явилось для пособников фашистов полной неожиданностью. Вот характерный эпизод. 6 ноября 1944 года в Мурманск прибыли два английских корабля, на борту которых находилось 9907 бывших советских военнослужащих, сражавшихся в рядах немецкой армии против англо-американских войск и взятых ими в плен. По статье 193 тогдашнего Уголовного кодекса РСФСР за переход военнослужащих на сторону противника в военное время предусматривалось только одно наказание — смертная казнь с конфискацией имущества. Поэтому многие «пассажиры» ожидали, что их расстреляют сразу же на мурманской пристани. Однако официальные советские представители объяснили, что Советское правительство их простило, и что они не только не будут расстреляны, но и вообще освобождаются от привлечения к уголовной ответственности за измену Родине. Больше года эти люди проходили проверку в спецлагере НКВД, а затем были направлены на 6-летнее спецпоселение. В 1952 г. большинство из них было освобождено, причем в их анкетах не значилось никакой судимости, а время работы на спецпоселении было зачтено в трудовой стаж».
Автор: Василий Живов
Добавить комментарий:
