Жить пока интересно
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in docent's LiveJournal:

    [ << Previous 20 ]
    Tuesday, May 13th, 2014
    6:46 pm
    Инструкция диванным военам
    Нашел в сети отличную методичку для диванных воинов, которые любят сраться в комментариях на политические и иные темы.

    1. Любая война закончится.
    2. В каждом народе есть разные люди, не все участвуют в войне — не стόит оскорблять всех подряд.
    3. Политики договорятся, а Ты останешься с тем дерьмом, которым Ты поливаешь своих идеологических противников;.
    4. Во время войны врут все. Не распространяй информацию анонимную и ту, в истинности которой не уверен на 101% [или не можешь проверить]. Если так хочешь что-то написать, пиши только о том, что Ты видишь сам. Это честно. Остальное — участие во вранье.
    5. Хочешь высказать свое отношение к политике — выскажи, при этом не обязательно кого-то оскорблять.
    6. Не нравится мнение другого человека, и уж очень рвёшься высказаться — выскажись об этом мнении, а не об этом человеке, ведь чаще всего вы с ним лично не знакомы.
    7. Знай, что ненавидеть незнакомых тебе людей — это заболевание.
    8. Взаимоотношения между людьми весьма сложные даже на уровне семьи или трудового коллектива. Между государствами всё ещё сложнее. Всё просто и понятно только дуракам. Не торопись делать выводы — не будь дураком.
    9. Оставайся всегда Человеком и помни пункт 1.
    Sunday, May 11th, 2014
    8:30 am
    Иду на референдум



    Sunday, January 6th, 2013
    12:21 pm
    Европейцы стремятся в гражданство РФ
    Получение гражданства России становится новым европейским трендом. Обрести российский паспорт стремятся не только французские знаменитости и кинозвезды во главе с Жераром Депардье, но и простые жители сытой и спокойной Европы.

    Данные статистического агентства «Евростат» обнародовала бельгийская газета Le Soir. Ее журналисты опровергли миф о том, что жители Европы жаждут получить гражданство Бельгии, где платят относительно невысокие налоги. За ним, например, недавно обратился богатейший француз Бернар Арно.

    Однако, как свидетельствует неумолимая статистика, гораздо больше европейцев просят не о бельгийском, а о российском гражданстве. По данным «Евростата», из всех жителей Старого света больше всего хотят перебраться в Россию именно французы.

    Как пишет Le Soir, за последнее время российскими гражданами стали 4503 француза, 4191 немец, 1925 финнов и 1881 итальянцев. При этом газета не уточняет, к какому периоду относятся эти данные. Отметим, что цифры, приведенные в статье относительно миграции в Бельгию, относятся к 2010 году.

    Тема миграции французов в Россию обсуждается особенно громко благодаря актеру Жерару Депардье. Он решил покинуть родную Францию из-за драконовских налогов для богатых. В конце декабря в интервью газете Le Monde Депардье рассказал, что рассматривает три варианта переезда: Бельгия, где он только что приобрел недвижимость, Черногория, где у него есть друзья и деловые связи, а также Россия. Эмоциональный актер даже заявил, что Владимир Путин уже отправил ему паспорт.В ходе большой пресс-конференции президент Владимир Путин сказал, что если Депардье хочет иметь вид на жительство в России, то «этот вопрос решен и решен положительно».

    Эти слова, видимо, не оставили Депардье равнодушным. Накануне он прибыл чартерным рейсом в Сочи. Реальные причины визита знаменитости не известны. Однако, как сообщил пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков, у актера и Владимира Путина состоится встреча. Не исключено, что российский паспорт Депардье получит из рук президента РФ.
    http://www.ntv.ru/novosti/410196/rambler
    Saturday, December 1st, 2012
    7:15 am
    Поддержим Башара Асада
    На англоязычном сайте TIME продолжается голосование, поддерживаете ли вы выдвижение кандидатуры президента Сирии Башара Асада на премию «Человек года»:

    http://www.time.com/time/specials/packages/article/0,28804,2128881_2128882_2129195,00.html

    Чтобы проголосовать за Башара Асада следует кликнуть на Definitely затем VOTE

    Поддержим достойного претендента на премию «Человек года».
    Tuesday, November 13th, 2012
    2:30 pm
    Еще о Белом терроре
    Оригинал взят у voencomuezd

    Е.Г.Михеенков. Численность и состав заключенных на территории Западной Сибири в годы гражжданской войны (1918-1919 г.). Вестник ТГПУ, №9 (124), 2012.
    http://vestnik.tspu.ru/files/PDF/articles/miheenkov_e._g._43_48_9_124_2012.pdf

    В кои-то веки появилась подробная статья по белому террору... Читаем и просвещаемся. Если вкратце - к 1919 г., без учета военнопленных, в местах заключения было около 100.000 заключенных, из них политические составляли от 30% (осенью 1918 г.) до 50-70% (в конце 1919 года). из них собственно большевики и активисты соввласти составляли около 25%, "сочувствующие большевикам" (то есть, кто угодно) 45%, остальное - пленные красноармейцы.
    Для сравнения - во всей Российской империи на 1 февраля 1917 г. было 158.084 заключенных(Детков М. Г. "Тюрьмы, лагеря и колонии России", М, "Вердикт-1М", 1999, с. 84). По данным ВЧК, осенью 1918 г. в советских лагерях было 42000 заключенных, из них в тюрьмах - 22000, в концлагерях менее 2000. В 1922 - 85000, из них контрреволюционеров - 7400.
    Кстати, если кто не знает, орган "Колчакии", ведающий лагерями и тюрьмами, назывался ГУМЗ - Главное управление мест заключений. Напоминает... известно что))
    Friday, November 2nd, 2012
    7:15 am
    Дворяне - костяк РККА
    С некоторых пор у нас стало модным сочувствовать белым. Они-де дворяне, люди чести и долга, «интеллектуальная элита нации». Едва ли не половина страны вспоминает о своих благородных корнях.

    Стало модным при случае поплакать о невинно убиенных и изгнанных дворянах. И, как водится, во всех бедах нынешнего времени винят красных, которые так обошлись с «элитой». За этими разговорами становится незаметным главное — победили в той борьбе всё же красные, а ведь с ними воевала «элита» не только России, но и сильнейших держав того времени.

    Да и с чего взяли нынешние «благородные господа», что дворяне в той великой русской смуте были обязательно на стороне белых? Иные дворяне, вроде Владимира Ильича Ульянова, для пролетарской революции сделали гораздо больше, нежели Карл Маркс и Фридрих Энгельс.

    Обратимся к фактам.
    В Красной Армии служило 75 тыс. бывших офицеров, в то время как в Белой около 35 тыс из 150 тысячного корпуса офицеров Российской Империи.

    7 ноября 1917 года большевики пришли к власти. Россия к тому времени всё ещё находилась в состоянии войны с Германией и её союзниками. Хочешь или нет, а воевать надо. Поэтому уже 19 ноября 1917 г. большевики назначают начальником штаба Верховного главнокомандующего… потомственного дворянина, его превосходительство генерал-лейтенанта Императорской Армии Михаила Дмитриевича Бонч-Бруевича.

    Именно он возглавит вооружённые силы Республики в самый тяжёлый для страны период, с ноября 1917 г. по август 1918 г. и из разрозненных частей бывшей Императорской Армии и отрядов Красной Гвардии к февралю 1918 г. сформирует Рабоче Крестьянскую Красную Армию. С марта по август М.Д. Бонч-Бруевич будет занимать пост военного руководителя Высшего Военного Совета Республики, а в 1919 г. — начальника Полевого штаба Рев. Воен. Совета Республики.

    В конце 1918 г. была учреждена должность главнокомандующего всеми Вооруженными силами Советской Республики. Просим любить и жаловать — его высокоблагородие главнокомандующий всеми Вооружёнными силами Советской Республики Сергей Сергеевич Каменев (не путать с Каменевым, которого затем вместе с Зиновьевым расстреляли). Кадровый офицер, закончил академию Генштаба в 1907 г., полковник Императорской Армии. С начала 1918 г. по июль 1919 г. Каменев сделал молниеносную карьеру от командира пехотной дивизии до командующего Восточным фронтом и, наконец, с июля 1919 г. и до конца Гражданской войны занимал пост, который в годы Великой Отечественной войны будет занимать Сталин. С июля 1919г. ни одна операция сухопутных и морских сил Советской Республики не обходилась без его непосредственного участия.

    Большую помощь Сергею Сергеевичу оказывал его непосредственный подчинённый — его превосходительство начальник Полевого штаба Красной Армии Павел Павлович Лебедев, потомственный дворянин, генерал-майор Императорской Армии. На посту начальника Полевого штаба он сменил Бонч-Бруевича и с 1919 г. по 1921 г. (практически всю войну) его возглавлял, а с 1921 г. был назначен начальником Штаба РККА. Павел Павлович участвовал в разработке и проведении важнейших операций Красной Армии по разгрому войск Колчака, Деникина, Юденича, Врангеля, награждён орденами Красного знамени и Трудового Красного знамени (в то время высшие награды Республики).

    Нельзя обойти вниманием и коллегу Лебедева, начальника Всероссийского главного штаба его превосходительство Александра Александровича Самойло. Александр Александрович также потомственный дворянин и генерал-майор Императорской Армии. В годы Гражданской войны возглавлял военный округ, армию, фронт, поработал заместителем у Лебедева, затем возглавил Всероглавштаб.

    Не правда ли, крайне интересная прослеживается тенденция в кадровой политике большевиков? Можно предположить, что Ленин и Троцкий, подбирая высшие командные кадры РККА, ставили непременным условием, чтобы это были потомственные дворяне и кадровые офицеры Императорской Армии в звании не ниже полковника. Но, конечно, это не так. Просто жёсткое военное время быстро выдвигало профессионалов своего дела и талантливых людей, также быстро задвигая всевозможных «революционных балаболок».
    Поэтому кадровая политика большевиков вполне естественна, им нужно было воевать и побеждать уже сейчас, времени учиться не было. Однако поистине удивления достойно то, что дворяне и офицеры к ним шли, да ещё в таком количестве, и служили Советской власти в большинстве своем верой и правдой.

    Часто встречаются утверждения что большевики силой загоняли дворян в РККА грозя репрессиями семьям офицеров. Этот миф на протяжении многих десятилетий упорно муссируются в псевдоисторической литературе, псевдомонографиях и различного рода “исследованиях”. Это только миф. Служили не за страх, а за совесть.

    Да и кто бы доверил командование потенциальному предателю? Известно лишь о нескольких изменах офицеров. Но они командовали незначительными силами и являются печальным, но все таки исключением. Большинство же честно исполняли свой долг и самоотверженно сражались как с антантой, так и со своими “братьями” по классу. Действовали так, как и полагается истинным патриотам своей Родины.

    Рабоче-Крестьянский Красный Флот—это вообще аристократическое заведение. Вот перечень его командующих в годы Гражданской войны: Василий Михайлович Альтфатер (потомственный дворянин, контр-адмирал Императорского Флота), Евгений Андреевич Беренс (потомственный дворянин, контрадмирал Императорского Флота), Александр Васильевич Немитц (анкетные данные точно такие же).

    Да что там командующие, Морской генеральный штаб Русского ВМФ практически в полном составе перешёл на сторону Советской власти, да так и остался руководить флотом всю Гражданскую войну. Видимо, русские моряки после Цусимы идею монархии воспринимали, как сейчас говорят, неоднозначно.

    Вот что писал Альтфатер в своём заявлении о приёме в РККА: «Я служил до сих пор только потому, что считал необходимым быть полезным России там, где могу, и так, как могу. Но я не знал и не верил вам. Я и теперь ещё многого не понимаю, но я убедился… что вы любите Россию больше многих из наших. И теперь я пришёл сказать вам, что я ваш».

    Полагаю, что эти же слова мог бы повторить барон Александр Александрович фон Таубе, начальник Главногоштаба командования Красной Армии в Сибири (бывший генерал-лейтенант Императорской Армии). Войска Таубе были разбиты белочехами летом 1918 г., сам он попал в плен и вскоре погиб в колчаковской тюрьме в камере смертников.

    А уже спустя год другой «красный барон»—Владимир Александрович Ольдерогге (также потомственный дворянин, генерал-майор Императорской Армии), с августа 1919 г. по январь 1920 г. командующий Восточным фронтом красных, — добивал белогвардейцев на Урале и в итоге ликвидировал колчаковщину.

    В этоже время, с июля по октябрь 1919 г. другой важнейший фронт красных — Южный — возглавлял его превосходительство бывший генерал-лейтенант Императорской Армии Владимир Николаевич Егорьев. Войска под командованием Егорьева остановили наступление Деникина, нанесли ему ряд поражений и продержались до подхода резервов с Восточного фронта, что в итоге предопределило окончательное поражение белых на Юге России. В эти тяжёлые месяцы ожесточённых боёв на Южном фронте ближайшим помощником Егорьева был его заместитель и одновременно командующий отдельной войсковой группой Владимир Иванович Селивачёв (потомственный дворянин, генерал-лейтенант Императорской Армии).

    Как известно, летом-осенью 1919 г. белые планировали победоносно завершить Гражданскую войну. С этой целью они решили нанести комбинированный удар на всех направлениях. Однако к середине октября 1919 г. колчаковский фронт был уже безнадёжен, наметился перелом в пользу красных и наЮге. В этот-то момент белые нанесли неожиданный удар с северо-запада. На Петроград ринулся Юденич. Удар был настолько неожиданным и мощным, что уже в октябре белые оказались в пригородах Петрограда. Встал вопрос о сдаче города. Ленин, несмотря на известную панику в рядах товарищей, город решил не сдавать.

    И вот уже выдвигается навстречу Юденичу 7-я армия красных под командованием его высокоблагородия (бывшего полковника Императорской Армии) Сергея Дмитриевича Харламова, а во фланг белым заходит отдельная группа той же армии под командованием его превосходительства (генерал-майора Императорской Армии) Сергея Ивановича Одинцова. Оба — из самых потомственных дворян. Итог тех событий известен: в середине октября Юденич ещё рассматривал Красный Петроград в бинокль, а 28 ноября распаковывал чемоданы в Ревеле (любитель молоденьких мальчиков оказался никудышным командующим…).

    Северный фронт. С осени 1918 г. по весну 1919 г. это важный участок борьбы с англо-американо-французскими интервентами. Ну и кто ведёт большевиков в бой? Сначала его превосходительство (бывший генерал-лейтенант) Дмитрий Павлович Парский, затем его превосходительство (бывший генерал-лейтенант) Дмитрий Николаевич Надёжный, оба потомственные дворяне.

    Нельзя не отметить, что именно Парский возглавлял отряды Красной Армии в знаменитых февральских боях 1918 г. под Нарвой, так что во многом благодаря нему мы празднуем 23 февраля. Его превосходительство товарищ Надёжный после окончания боёв на Севере будет назначен командующим Западным фронтом.

    Такая ситуация с дворянами и генералами на службе у красных практически везде. Нам скажут: всё вы тут преувеличиваете. Были же у красных свои талантливые военачальники и не из дворян и генералов. Да, были, их имена мы хорошо знаем: Фрунзе, Будённый, Чапаев, Пархоменко, Котовский, Щорс. Но кем они были в дни решающих боёв?

    Когда решалась судьба Советской России в 1919 г., самым важным был Восточный фронт (против Колчака). Вот его командующие в хронологическом порядке: Каменев, Самойло, Лебедев, Фрунзе (26 дней!), Ольдерогге. Один пролетарий и четыре дворянина, подчеркну — на жизненно важном участке! Нет, заслуг Михаила Васильевича я умалять не хочу. Он действительно талантливый полководец и многое сделал для разгрома того же Колчака, командуя одной из войсковых групп Восточного фронта. Затем Туркестанский фронт под его командованием раздавил контрреволюцию в Средней Азии, а операция по разгрому Врангеля в Крыму заслуженно признаётся шедевром военного искусства. Но будем справедливы: к моменту взятия Крыма даже белые не сомневались в своей судьбе, исход войны был решён окончательно.

    Семён Михайлович Будённый был командармом, его Конная армия сыграла ключевую роль в ряде операций некоторых фронтов. Однако не следует забывать, что в РККА были десятки армий, и назвать вклад одной из них решающим в победе было бы всё же большой натяжкой. Николай Александрович Щорс, Василий Иванович Чапаев, Александр Яковлевич Пархоменко, Григорий Иванович Котовский — комдивы. Уже в силу этого при всей своей личной храбрости и военных дарованиях стратегического вклада в ход войны они внести не могли.

    Но у пропаганды свои законы. Любой пролетарий, узнав, что высшие военные должности занимают потомственные дворяне и генералы царской армии, скажет: «Да это же контра!»

    Поэтому вокруг наших героев возник своеобразный заговор молчания и в советские годы, и тем более — сейчас. Они победили в Гражданской войне и тихо ушли в небытие, оставив после себя пожелтевшие оперативные карты и скупые строки приказов.
    А ведь «их превосходительства» и «высокоблагородия» проливали свою кровь за Советскую власть ничуть не хуже пролетариев. Про барона Таубе уже упоминалось, но это пример не единственный.

    Весной 1919 г. в боях под Ямбургом белогвардейцы захватили в плен и казнили комбрига 19 стрелковой дивизии бывшего генерал- майора Императорской Армии А.П. Николаева. Такая же участь постигла в 1919 г. командира 55 стрелковой дивизии бывшего генерал-майора А.В. Станкевича, в 1920 г. — командира 13 стрелковой дивизии бывшего генерал-майора А.В. Соболева. Что примечательно, перед смертью всем генералам предложили перейти на сторону белых, и все отказались. Честь русского офицера – дороже жизни.

    То есть вы полагаете, скажут нам, что дворяне и кадровый офицерский корпус были за красных?
    Конечно, я далек от этой мысли. Здесь просто надо отличать «дворянина» как нравственное понятие от «дворянства» как класса. Дворянский класс почти целиком оказался в лагере белых, иначе и быть не могло.

    Сидеть на шее русского народа им было очень удобно, и слезать не хотелось. Правда, и белым помощь от дворян была просто мизерной. Судите сами. В переломный 1919 год, примерно к маю, численность ударных группировок белых армий составляла: армия Колчака — 400 тыс. человек; армия Деникина (Вооружённые силы Юга России) — 150 тыс. человек; армия Юденича (Северо-Западная армия) — 18,5 тыс. человек. Итого: 568,5 тыс. человек.

    Причём это, в основном, «лапотники» из деревень, которых под угрозой расстрела загоняли в строй и которые потом целыми армиями(!), как у Колчака, переходили на сторону красных. И это в России, где на то время насчитывалось 2,5 млн. дворян, т.е. не менее 500 тыс. мужчин призывного возраста! Вот, казалось бы, ударный отряд контрреволюции…

    Или возьмем, к примеру, руководителей белого движения: Деникин — сын офицера, дед был солдатом; Корнилов — казак, Семёнов — казак, Алексеев — сын солдата. Из титулованных особ — один только Врангель, да и тот шведский барон. Кто же остался? Дворянин Колчак —потомок пленного турка, да Юденич с весьма характерной для «русского дворянина» фамилией и нестандартной ориентацией. В былые времена сами дворяне таких своих собратьев по классу определяли как худородных. Но «на без- рыбье и рак — рыба».

    Не стоит искать князей Голицыных, Трубецких, Щербатовых, Оболенских, Долгоруковых, графов Шереметевых, Орловых, Новосильцевых и среди менее значимых деятелей белого движения. Сидели «бояре» в тылу, в Париже да Берлине и ждали, когда одни их холопы других на аркане приведут. Не дождались.

    Так что завывания Малинина про поручиков Голициных и корнетов Оболенских всего лишь выдумка. Их не существовало в природе… А вот то, что горит под ногами родная земля не просто метафора. Она действительно горела и под войсками антанты и их “белых” друзей.

    Но есть ещё нравственная категория — «дворянин». Поставьте себя на место «его превосходительства», перешедшего на сторону Советской власти. На что он может рассчитывать? Самое большее — командирский паёк да пара сапог (исключительная роскошь в Красной Армии, рядовой состав обували в лапти). При этом подозрение и недоверие многих «товарищей», постоянно рядом бдительное око комиссара. Сравните это с 5000 рублей годового жалования генерал- майора царской армии, а ведь у многих превосходительств была ещё и фамильная собственность до революции. Поэтому шкурный интерес для таких людей исключается, остается одно — честь дворянина и русского офицера. Лучшие из дворян пошли к красным — спасать Отечество.

    В дни польского нашествия 1920 г. русское офицерство, в том числе и дворяне, переходили на сторону Советской власти тысячами. Из представителей высшего генералитета бывшей Императорской Армии красные создали специальный орган — Особое совещание при главнокомандующем всеми Вооружёнными Силами Республики. Цель этого органа—разработка рекомендаций для командования РККА и Советского Правительства по отражению польской агрессии. Кроме этого, Особое совещание обратилось с призывом к бывшим офицерам Русской Императорской Армии выступить на защиту Родины в рядах РККА.

    Замечательные слова этого обращения, пожалуй, в полной мере отражают нравственную позицию лучшей части русской аристократии:

    «В этот критический исторический момент нашей народной жизни мы, ваши старшие боевые товарищи, обращаемся к вашим чувствам любви и преданности к Родине и взываем к вам с настоятельной просьбой забыть все обиды, <…> добровольно идти с полным самоотвержением и охотой в Красную Армию на фронт или в тыл, куда бы правительство Советской Рабоче- Крестьянской России вас не назначило, и служить там не за страх, а за совесть, дабы своею честною службою, не жалея жизни, отстоять во что бы то ни стало дорогую нам Россию и не допустить её расхищения».

    Под обращением стоят подписи их высокопревосходительств: генерала от кавалерии (главнокомандующего Русской Армии в мае-июле 1917 г.) Алексея Алексеевича Брусилова, генерала от инфантерии (военного министра Российской Империи в 1915-1916 гг.) Алексея Андреевича Поливанова, генерала от инфантерии Андрея Меандровича Зайончковского и многих других генералов Русской Армии.

    В абсолютных цифрах вклад русского офицерства в победу Советской власти выглядит следующим образом: в период Гражданской войны в ряды Красной Армии было призвано 48,5 тысяч царских офицеров и генералов. В решающем 1919 году они составили 53% всего командного состава РККА.

    Закончить краткий обзор хотелось бы примерами человеческих судеб, которые как нельзя лучше опровергают миф о патологическом злодействе большевиков и о поголовном истреблении ими благородных сословий России. Замечу сразу, большевики не были глупыми, поэтому понимали, что, учитывая тяжелейшее положение России, им очень нужны люди со знаниями, талантами и совестью. И такие люди могли рассчитывать на почёт и уважение со стороны Советской власти, несмотря на происхождение и дореволюционную жизнь.

    Начнём с его высокопревосходительства генерала от артиллерии Алексея Алексеевича Маниковского. Алексей Алексеевич ещё в Первую мировую войну возглавлял Главное артиллерийское управление Русской Императорской Армии. После Февральской революции был назначен товарищем (заместителем) военного министра. Поскольку военный министр Временного правительства Гучков ничего не соображал в военных вопросах, Маниковскому пришлось стать фактическим главой ведомства. В памятную октябрьскую ночь 1917 г. Маниковский был арестован вместе с остальными членами Временного правительства, затем отпущен на свободу. Спустя несколько недель вновь арестован и опять отпущен на свободу, в заговорах против Советской власти замечен не был. И уже в 1918 г. он возглавляет Главное артиллерийское управление РККА, затем будет работать на различных штабных должностях Красной Армии.

    Или, например, его превосходительство генерал-лейтенант Русской Армии, граф Алексей Алексеевич Игнатьев. В годы Первой мировой войны он в чине генерал-майора служил военным атташе во Франции и ведал закупками вооружения—дело в том, что царское правительство так подготовило страну к войне, что даже патроны приходилось закупать за границей. За это Россия платила немалые деньги, и лежали они в западных банках.

    После Октября наши верные союзники мигом наложили лапу на русскую собственность за границей, в том числе и на счета правительства. Однако Алексей Алексеевич сориентировался быстрее французов и денежки перевёл на другой счёт, союзникам недоступный, да к тому же на своё имя. А денег было 225 миллионов рублей золотом, или 2 миллиарда долларов по нынешнему золотому курсу. Игнатьев не поддался на уговоры о передаче средств ни со стороны белых, ни со стороны французов. После того как Франция установила дипломатические отношения с СССР, он пришёл в советское посольство и скромненько передал чек на всю сумму со словами: «Эти деньги принадлежат России». Эмигранты были в бешенстве, они постановили убить Игнатьева. И убийцей вызвался стать его родной брат! Игнатьев чудом остался жив — пуля пробила фуражку в сантиметре от головы.

    Предложим каждому из вас мысленно примерить на себя фуражку графа Игнатьева и подумать, способны ли вы на такое? А если к этому добавить, что в ходе революции большевики конфисковали родовое имение Игнатьевых и фамильный особняк в Петрограде?

    И последнее, что хотелось бы сказать. Помните, как в своё время обвиняли Сталина, вменяя ему в вину то, что он поубивал всех оставшихся в России царских офицеров и бывших дворян. Так вот никто из наших героев репрессиям не подвергался, все умерли своей смертью (разумеется, кроме павших на фронтах Гражданской войны) во славе и почёте. А их младшие товарищи, такие как: полковник Б.М. Шапошников, штабс-капитаны А.М. Василевский и Ф.И. Толбухин, подпоручик Л.А. Говоров, — стали Маршалами Советского Союза.

    История давно все расставила по своим местам и как бы не пытались ее переврать всякие радзинские, сванидзе, захарчуки волковы и резуны и прочая шушера не знающая историю, но умеющая получать деньги за вранье, факт остается фактом: белое движение дискредитировало себя.В основной своей массе это каратели, мародеры и просто мелкое жулье на службе у антанты…
    Thursday, November 1st, 2012
    7:10 am
    Закон об оскорблении чувств НЕверующих. Проект
    Оригинал взят у na6ludatelb

    1. Российская Федерация является светским государством, где проживают миллионы неверующих, которым Конституцией гарантировано право остваться таковыми. Поэтому любое открытое и публичное проведение религиозных обрядов и других проявлений оскорбляет чувства миллионов неверующих граждан.

    2. Запрещаются любые религиозные проявления в публичных местах, в т.ч. на улице, кроме специальных мест, предназначенных для этого: молельных домов, церквей, соборов и пр.

    3. Ношение религиозной одежды, головных уборов, одежды с религиозной символикой, крестов, чёток и пр. в публичных местах запрещено. Это может оскорбить чувства неверующих. Эти предметы могут использоваться только внутри религиозных заведений.

    4. Каждый гражданин России рождается неверующим. Будет ли он верующим и какую религию может выбрать, неизвестно. Поэтому запрещена любая пропаганда религии в отношении детей до 18 лет.

    4.1. В семьях, где есть несовершеннолетние дети, запрещена любая религиозная атрибутика. Как то: иконы, свечи, кресты, чётки, библия, коран, религиозная литература, плакаты, фильмы и пр. Запрещаются также любые разговоры на религиозные темы.

    4.2. Дети до 18 лет не допускаются в храмы, церкви и другие религиозные заведения, чтобы не подвергнуться насильственной религиозной пропаганде и не быть оскорблёнными.

    4.3. В школьных учебных и иных заведениях запрещено изучение всего, что связано с религией, кроме исторического контекста. Вход священнослужителям в детские учреждения запрещён. В детских учреждениях запрещена любая религиозная атрибутика, одежда, предметы.

    5. Внешний вид религиозных заведений не должен никак выделяться среди остальных зданий. Иначе это может оскорбить проходящих мимо неверующих граждан. Внутри помещения могут быть оформлены по желанию верующих. Существующие храмы, церкви, колокольни, имеющие явные внешние признаки религиозности, должны быть национализированы и превращены в музеи.

    6. Запрещается уличный колокольный звон, публичные молитвы, призывы к молитвам, уличные крестные ходы и пр. Это несомненно оскорбляет множество неверующих, которые всё это вынужденно слышат и видят.

    7. Запрещено молиться, креститься, читать молитвы на улице, в т.ч. перед храмами. Это могут увидеть или услышать неверующие и это их оскорбит.

    8. Появление служителей церкви и обсуждение религиозных тем запрещено на телевизионных каналах. Эти каналы смотрят в т.ч. и неверующие, и просмотр таких передач оскорбит их чувства. Религиозная тематика разрешается только на специализированных религиозных каналах.

    9. Государственным чиновникам любого уровня запрещается в рабочее время принимать какое-либо участие в церковной жизни и появление в религиозных учреждениях. Работа чиновника оплачивается налогоплательщиками, в т.ч. и миллионами неверующих, которые будут оскорблены использованием их налогов в религиозных целях.

    10. За нарушение данного закона и оскорбление чувств неверующих предусматривается административная ответственность в виде штрафа в размере от 300 000 руб. до 500 000 руб. или общественными работами в нерелигиозных организациях до 240 часов.

    Закон вступает в законную силу с момента опубликования.


    Появление данного Закона спровоцировано многочисленными случаями оскорбления чувств неверующих, произошедшими в последнее время.

    UPD:
    можно добавить парочку статей

    11. Запрещено публичное упоминание и обсуждение Бога, т.к. факт его существования научно не доказан.
    Данная статья может быть отменена после появления научных доказательств существования Всевышнего.

    12. Претензии верующих к неверующим не принимаются, в суде в т.ч., т.к. все граждане РФ равны перед Законом. Допустимы только претензии одного обычного гражданина к другому, без акцентов на религиозную принадлежность.

    и т.д. ...
    7:06 am
    О похищении Развозжаева
    svshift про Версии
    Интересно, они когда-нибудь научатся хотябы синхронно врать высказывать предположения? Собрал все версии "похищения" ставшего внезапно известным очередного кошкодава-оппозиционера. Внимательно следите за датами событий:

    версия 1: http://naganoff.livejournal.com/74553.html :
    19 октября Леонид Развозжаев был объявлен в федеральный розыск. Однако ещё 15 октября он на законных основаниях выехал на Украину. 18 октября в Киеве он пришел в отделение Управления Верховного Комиссара ООН по правам беженцев (УВКБ ООН), чтобы попросить там политического убежища, но был похищен неизвестными вооружёнными людьми в масках прямо на выходе из отделения.

    21 октября Развозжаев был доставлен в Москву и взят под стражу на два месяца. Судебное заседание по мере пресечения для Развозжаева проходило в закрытом режиме без адвокатов задержанного. Выходя из суда Развозжаев успел крикнуть журналистам, что его «схватили в Киеве и два дня после этого пытали».

    версия 2: http://ilya-ponomarev.livejournal.com/538747.html :
    Сразу после первого допроса в Следственном комитете по мотивам Анатомии протеста-2, Леня уехал из Москвы (обвинение предъявлено не было, подписку о невыезде ему не выдали, в розыск не объявляли) в Киев, где у него достаточно много друзей из Боротьбы (соратники Левого фронта), и находился там абсолютно легально с 17 октября. 19 октября, сразу после объявления в федеральный розыск, он пошел в представительство Верховного комиссара ООН, где написал заявление на предоставление ему политического убежища. После этого, во время перерыва между подачей заявления и принятием решения, он вышел из здания за кофе, оставив все свои вещи внутри. Там его затолкали в машину неизвестные люди, обмотали скотчем, натянули на глаза шапку и увезли. Свидетелями всего этого были охранники здания, с которыми сейчас работают украинские адвокаты. Сами охранники момент похищения не видели, но слышали крики о помощи и уезжавший на скорости микроавтобус.

    Информация о похищении Развозжаева появилась лишь 20 октября, когда никто не смог выйти с ним на связь. Поступила информация, что Леонид был вывезен из Украины на частном самолете. Мы долго пытались выяснить бортовой номер самолета, время и место приземления, но это оказалось дезинформацией. С территории Украины Леонид был вывезен на автомобиле, предположительно, через Хомутовку, и два дня его держали в подвальном помещении в Брянской области, где не давали ни пить, ни есть, ни сходить в туалет. Все это время на него оказывалось психологическое давление с угрозами расправы близких (у Лени жена и двое детей). Там же, сути по всему, и была написана "явка с повинной", от которой он вчера отказался.

    версия 3: http://kolobok1973.livejournal.com/2111176.html
    Kyiv (Ukraine) – The United Nations High Commissioner for Refugees is deeply concerned about the disappearance of Leonid Razvozzhaev from Kyiv, Ukraine on 19 October 2012.

    The individual approached UNHCR seeking international protection and was invited to be registered at the office of UNHCR’s partner organization, an NGO providing free legal assistance in Kyiv. The legal counselor at the organization conducted a registration interview and began to provide free legal counseling to the individual. During a break in the counseling session, the legal counselor contacted UNHCR in order to discuss the situation, and meanwhile Mr. Razvozzhaev said he would go to a nearby cafeteria for lunch and left his personal belongings in the office. When he did not return to the interview and the lawyer could not contact him on the phone, a missing person’s report was immediately filed with the Solomiansky division of the police.

    (Отсюда - http://www.unhcr.org.ua/en/2011-08-26-06-58-56/news-archive/827-press-release-the-un-refugee-agency-is-deeply-concerned-about-the-disappearance-of-asylum-seeker-from-russian-federation)

    версия 4: http://kolobok1973.livejournal.com/2110272.html
    Обращение Сергея Удальцова: Моего товарища Леонида Развозжаева в субботу (т.е. 20 октября) бандитским образом похитили в Киеве возле миссии ООН, где он попросил политического убежища.

    версия 5: http://kolobok1973.livejournal.com/2109978.html
    мейте в виду: ЭТО ЛОЖЬ. Никуда он не являлся, никаких заявлений не писал. Леонид был захвачен вчера днем в Киеве, в нарушение всех международных норм и правил экстрадиции, привезен в Москву. (пост написан 22 октября)

    версия 6: http://www.aif.ru/politics/news/232663
    Супруга Развозжаева Юлия, так же как и его адвокаты, не видела мужа с тех пор, как он вернулся в Россию. «Я с ним не виделась, потому что его привезли сюда нелегально, как я понимаю, выкрали, и вчера у него состоялся закрытый суд, о котором нас никто не оповестил», — сказала жена оппозиционера. Она рассказала, что в воскресенье вечером ей позвонил следователь и сообщил, что муж «задержан за преступление». В связи с этим ее вызвали в понедельник в Следственный комитет, где расспрашивали о работе и семье, а также об обстоятельствах отъезда супруга из России.

    и тут-же анти-версия: http://lifenews.ru/news/104405
    Супруга Леонида Развозжаева Юлия вообще усомнилась в том, что ее муж был в Киеве.
    - Всю пятницу, 19 октября, Леонид находился дома с детьми, - сказала Юлия Life News.

    Ну и еще: http://lifenews.ru/news/104423
    -- документ, оставленный в офисе ХИАС, якобы, зарегистрирован 19 октября. (кстати - на фотке документа отсуствует подпись!)
    Правозащитники, посетившие Развозжаева 23 октября, также передали, что, по словам оппозиционера, он был похищен примерно в 13:00 по киевскому времени. При этом сам задержанный вовсе заявил, что эти события произошли 18 октября.
    -- однако сообщение "вконтакте", и дублирующий его пост в ЖЖ было оставлено 19 октября в 18:50

    Лично меня в этой истории удивляет ровно одна нестыковка. Каким образом неграмотный человек, который почти не умеет писать смог написать "чистосердечное признание на 10 листах мелким убористым почерком"?
    Ну... запасаюсь попкорном. (учитывая, что: http://www.interfax.ru/news.asp?id=272534)
    Кстати - мучить животных в детстве - вредно для психического здоровья. (подробно: http://evg-sokolov.livejournal.com/16081.html)

    koordinatorudpn
    Похищение оппозиционера Развожаева: факты и домыслы.
    Новость о похищении спецслужбами 19.10.12 оппозиционера Леонида Развозжаева сразу стала "горячей". Сработал и фактор времени - на носу выборы в Верховный Совет Украины, и не помешает лишний повод для выпада в адрес власти и соседней страны.
    Другое дело, что в информационном шуме очень много словесной шелухи (например, от адвоката-Р.Чанидзе), еще больше явного обмана, но мало кто дал себе труд разобраться-а что произошло на самом деле?
    Я изначально ставил своей целью дать читателю прежде всего факты. А анализировать умеет каждый взрослый гражданин. Итак..
    Много вопросов возникает к личности заявителя о похищении. Это некий араб, бен А*, гражданин Украины, работающий в американском центре переводчиком. По его словам, он наблюдал из своего окна, как в микроавтобус без номеров неизвестные грубо затолкали мужчину в светлой куртке. Но несостыковок две в его словах, и оба важные:
    1. По показаниям других сотрудников центра, Развозжаев был в темной одежде.
    2. Заявление поступило в МВД о похищении только в 16-08, а наблюдаемую картину видел свидетель в 13-40. Вопрос: зачем нужно было выжидать эти несколько часов?
    А вот пример сознательного обмана читателя. Чтобы придать большую достоверность версии о похищении, пишут, что Развожаев "оставил вещи в комнате". Мол, кто будет уезжать, не забрав чемодан с любимым свитером, кошельком с деньгами и сувениром на память о Киеве - подумает сразу обыватель. И никого не насторожил факт, что никто не приводил список "оставленных вещей". По понятной причине - это ксерокопия паспорта, шампунь, полотенце и прочие туалетные принадлежности. Зато есть показания свидетелей, что Развозжаев забрал с собой ноутбук в чехле и сумку. Решайте сами -что обычно оставляют в номерах, что бросают, а что берут с собой.
    Косвенное подтверждение версии о самостоятельном пересечении границы россиянина дает и информация Госпогранслужбы. Оппозиционер пересек границу в Харьковской области - на машине (по версии сторонников похищения- якобы он был доставлен самолетом). Зато это прекрасно ложится в другую версию-что оппозиционер был арестован только в момент перехода границы.
    По данным СБУ, Развозжаев попал в поле зрения еще с 2006г. Но поскольку никакой активной деятельности не вел, только посещал американский офис, в оперативную разработку не попал. Зато намного больший интерес проявляли американцы. Эта ор-ия на Дашевского не является ни коммерческой, ни государственной-классическая НПО. А США традиционно не стесняются в своей деятельности никакими методами.

    varjag_2007
    Резюмируем.

    Развожаева выкрали люди в черном в масках в час дня в Киеве возле офиса УВКБ ООН в Украине, Беларуси и Молдове, когда он вышел во время обеденного перерыва пообедать в столовую.
    "Четыре человека затащили его в микроавтобус, замотали руки и ноги скотчем и надели на него шапку, чтобы он ничего не мог видеть", - сообщил глава Общественной наблюдательной комиссии Москвы, член Московской Хельсинской группы Валерий Борщов после встречи с находящимся в СИЗО Развозжаевым.
    Его вывезли частным самолетом на территорию России, где на территории Брянской области три дня пытали. Его сначала пытали физичеси, потом не пытали физически, а морально, обещали вколоть сыворотку правды и сделать дураком, рассказала заместитель председателя Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Анна Каретникова.

    Правда, в то время когда его, обмотанного скотчем вывозили через воздушную границу с Россией, он в это же самое время покинул оказавшуюся не столь гостеприимной Украину по земле, причем никаких жалоб пограничникам во время паспортного контроля не озвучивал и паспортный контроль проходил самостоятельно, заявили в Государственной пограничной службе Украины. "От него не поступало никаких жалоб во время прохождения контроля в пункте пропуска, никаких заявлений либо других действий, на которые бы обратили внимание пограничники, не было", - сообщили в ведомстве.По информации пограничников, согласно базе данных Госпогранслужбы, Развозжаев въехал на территорию Украины 16 октября, а покинул ее 19 октября через пункт пропуска по действительному документу.Отвечая на вопрос, был ли кто-то с ним во время пересечения границы, в ведомстве уточнили, что согласно правилам человек самостоятельно проходит паспортный контроль.

    В промежутках между пытками Развозжаев постил в свой журнал - чтобы не верили в то, что он напишет в своем журнале, а потом сам явился в СК с явкой с повинной, где сдал Удальцова после того, как Удальцов сдал его.
    После встречи с Анной Каретниковой Леонид Развозжаев отказался от явки с повинной.
    Потом выяснилось, что его пытали не физически или морально, а три дня не давая пить, есть и сходить в туалет. "...три дня не ел, не было возможности сходить в туалет", - передает слова Развозжаева глава Общественной наблюдательной комиссии Москвы, член Московской Хельсинской группы Валерий Борщов.
    Потом Развозжаев отрекся от своих предыдущих заявлений о давлении со стороны правоохранителей.

    При помощи бутылки (чего - умолчу) все это у меня в голове уложилось - мало ли что сочинит талантливый сказочник.
    Я не могу понять только одного: как его могли похитить в час дня возле офиса регионального представительства Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев в Украине, Беларуси и Молдове, находящегося возле Киево-Печерской Лавры по адресу ул. Мазепы, 32а, который находится в Печерском районе столицы, если он в это время получал консультацию о предоставлении статуса беженца в Обществе помощи еврейским иммигрантам (HIAS, Hebrew Immigrant Aid Society), которое находится в другом конце города по адресу улица Дашавская, 22, находящемся в Соломенском районе столицы? Что, кстати, подтвердила и Новая газета, процитировав регионального советника по правовым вопросам УВКБ ООН в Украине, Беларуси и Молдове Ноэль Калхун, что заявление об исчезновении развозжаева они подали в Соломенское райуправление милиции?
    Sunday, October 21st, 2012
    9:52 am
    Голодомор в США унес 7 миллионов жизней
    Оригинал взят у stomaster

    В сети Интернет разгорается очередной скандал. Свободная энциклопедия «Википедия» удалила статью российского исследователя, которая посвящена оценке потерь США в результате Великой депрессии 1932-33 годов. Возмущенные блогеры начали массовое распространение статьи в русскоязычном сегменте популярного блог-сервиса Livejournal. Материал вызвал горячие споры, «исторический флешмоб», между тем, продолжается.

    В своем материале исследователь коснулся действительно «горячей» темы - оценки числа жертв американской Великой Депрессии, чем, видимо, и вызвал столь резкую реакцию модераторов «Википедии» и активность русскоязычных блоггеров. На основании анализа статистических данных Борис Борисов в статье «Голодомор по-американски» оценил число жертв финансового кризиса в США в более, чем 7 миллионов человек - и впервые напрямую сравнил произошедшее в США в 1932-33 годах с голодомором в СССР 1932-33-х.

    В своей статье Борисов использует официальные данные американского статистического ведомства. Рассмотрев численность населения США, динамику рождаемости и смертности, иммиграцию и эмиграцию, автор приходит к неутешительному выводу: за время голода 1932-33 годов США не досчитались более 7 миллионов жизней.

    «Если верить американской статистике, за десятилетие с 1931 по 1940 год, по динамике прироста населения США потеряли не много ни мало 8 миллионов 553 тысячи человек, причем показатели прироста населения меняются сразу, одномоментно, в два (!) раза точно на рубеже 1930/31 года, падают и замирают на этом уровне ровно на десять лет… Никаких объяснений этому в обширном, в сотни страниц, тексте американского доклада US Department of commerce «Statistical Abstract of the United States» не содержится», - отмечает автор.

    Впрочем, исследователь вводит поправку на движение населения: «Всего за 30-е годы страну покинуло на 93 309 человек больше, чем прибыло в неё, а десятилетием ранее в страну дополнительно прибыло 2 960 782 человек. Что же, скорректируем цифру общих демографических потерь США в тридцатые годы на 3,054 тысячи человек».
    При этом, рассматривая период Великой депрессии, автор отмечает удивительное сходство с тем, что творилось в 30-е годы в СССР. Он даже вводит для США термин «дефарминг», как аналог советского «раскулачивания».

    «Мало кто знает … о пяти миллионах американских фермеров (около миллиона семей) ровно в эти же время согнанных банками с земель за долги, но не обеспеченных правительством США ни землёй, ни работой, ни социальной помощью, ни пенсией по старости – ничем», - говорится в статье.

    «Каждый шестой американский фермер попал под каток голодомора. Люди шли в никуда, лишенные земли, денег, своего родного дома, имущества - в охваченную массовой безработицей голодом и повальным бандитизмом неизвестность».

    Что происходило в те годы с американским обществом прекрасно показывает фильм «Кинг-Конг» режиссера Питера Джексона. Первые кадры ленты повествуют о периоде Великой депрессии и рассказывают нам историю актрисы, которая не ела три дня и пытается украсть с лотка яблоко. Еда в городе есть, но в охваченном тотальной безработицей Нью-Йорке у людей нет денег, чтобы ее купить. При заполненных магазинах и красочных витринах кондитерских и мясных лавок, люди на улицах элементарно голодают.
    И, одновременно, правительство США избавлялось от излишков продовольствия, которое не могли распродать торговцы. Нельзя нарушать законы рынка – то, что не куплено, то лишнее, раздать его голодающим, значит нанести удар по бизнесу. Продовольствие, как отмечает Борисов, уничтожали «разнообразно и с размахом: зерно и просто сжигали, и топили в океане. Так, например, было уничтожено 6.5 млн. голов свиней и запахано 10 млн. га земель с урожаем».

    Последствия подобных действий были закономерны, отмечает автор статьи. «Вот подлинные воспоминания ребенка об этих годах : «Мы заменяли нашу привычную любимую пищу на более доступную... вместо капусты мы использовали листья кустарников, ели лягушек... в течение месяца умерли моя мама и старшая сестра...» ( Jack Griffin)»

    Спасением для огромного количества безработных и безземельных американцев стали так называемые «общественные работы», которые ввел президент Рузвельт. Впрочем, и это спасение было весьма иллюзорным, отмечает в своей работе Борис Борисов. Проводимые под эгидой Администрации общественных работ (PWA) и администрации гражданских работCivil Works Administration – СВА, работы состояли в строительстве каналов, дорог, мостов, зачастую в необжитых и болотистых малярийных районах. На таких работах единовременно были заняты до 3,3 миллиона человек, всего же через американскую систему «общественных работ» прошло 8,5 млн. человек – «это не считая собственно заключенных», -отмечает Борисов

    «Условия и смертность на этих работах ещё ждут своего внимательного исследователя», - отмечает автор, приводя, впрочем, достаточно показательный момент: «причем из 30$ номинальной заработной платы [участника «общественных работ»] обязательные вычеты составляли 25$ . Пять долларов за месяц каторжного труда в малярийном болоте». Фактически, люди трудились за еду в условиях, сравнимых со сталинским ГУЛАГом – трудно конвертировать в доллары заработную плату заключенного ГУЛАГ 30-40 годов, но видимо она была сравнима с оценкой работы американского «трудработника».

    «Почти демоническую схожесть Администрации общественных работ (PWA) с ГУЛАГОМ придаёт ещё и вот что. Администрацию общественных работ возглавляет своеобразный «американский Берия» - министр внутренних дел Г. Икес, который начиная с 1932 года заключил в лагеря для безработной молодёжи около двух миллионов человек», - пишет Борисов. – «тот самый Гарольд ЛеКлер Икес (Ickes, Harold LeClair) (1874–1952) [который позже] молниеносно, во взаимодействии с армией, интернировал этнических японцев США в концентрационные лагеря. (1941/42 год). Первый этап операции занял всего 72 часа». «Всего, согласно расчётам, в 1940 году население США, при сохранении прежних демографических тенденций, должно было составить как минимум 141,856 миллиона человек, - пишет автор статьи далее. -Фактическое же население страны в 1940 году составило всего 131,409 миллиона, из которых только 3,054 миллиона объяснимы за счёт изменения в динамике миграции. Итак, 7 миллионов 394 тысячи человек по состоянию на 1940 год просто отсутствуют. Никаких официальных объяснений по этому поводу нет».

    Справедливости ради нужно отметить, что современные серьёзные российские историки в большинстве своём отвергают методику исследований, основанную на общей оценке демографических потерь - на том основании, что демографические процессы не линейны и зависят от множества факторов. Так, ложной по их мнению является оценка числа «жертв коммунизма», которую на основании демографических исследований приводят Стефан Курт, Ричард Пайпс и которую огласил на открытии памятника жертвам коммунизма в Вашингтоне Джордж Буш и Елена Боннер.

    С другой стороны эта методология порою применяется отдельными деятелями современной исторической науки, к примеру, к ней прибегает такой хммм... исследователь, как Николай Сванидзе в «Исторических хрониках». Также нужно отметить, что официально признанное на Украине число жертв голодомора получено украинским историком Станиславом Кульчицким именно таким методом. «В своём исследовании, основывающемся на опубликованных результатах Всесоюзной переписи 1937 года, а также на других данных демографической статистики, попытался подсчитать возможное число жертв среди населения Украинской ССР в результате голода 1932—1933 годов», - сообщает о нем «Википедия».
    Friday, October 19th, 2012
    10:24 am
    Антиуниатский ликбез
    В первой части ликбеза мы рассказали о видной деятельнице УПЦ МП игуменье Серафиме Шевчик (которая отчего-то пытается пробудить особо нежные чувства к украинским униатам, якобы испытавшим просто таки невиданные гонения от советских репрессивных органов), но забывает рассказать, как успешно глава УГКЦ Андрей Шептицкий сотрудничал с этими самыми органами.

    Здесь возникает резонный вопрос — почему успешные контакты тогдашнего руководителя греко-католиков с чекистами закончились тем, что УГКЦ все же ликвидировали?

    Впрочем, мы уже знаем, что руководство НКГБ не разделяло оптимизм львовских оперативников, докладывавших об успехах на ниве дефашизации УГКЦ. Постепенно накапливалось все больше фактов продолжающегося сотрудничества значительной части униатского клира как с гитлеровцами (напомню, Шептицкий умер за полгода до Победы) и бандеровцами, так и с новыми опекунами последних — спецслужбами США и Великобритании.

    Кто подставил униатов...

    В ноябре 1944 г., после того как новоназначенный глава УГКЦ Иосиф Слипый чуть ли не с похорон Шептицкого послал Сталину «приветствие и поклон от себя, духовенства и верующих» и пожелание одержать победу в войне, его посетили члены Чрезвычайной государственной комиссии по расследованию нацистских преступлений. Слипому было предложено поставить и свою подпись под заключением о зверствах гитлеровцев во Львове. Однако тот ответил отказом (Боцюркiв Б. Українська Греко-Католицька Церква i Радяньска держава (1939-1950). Львов, 2005. С. 75-76.). Чего он боялся? Ведь немцы к тому времени уж с месяц как были изгнаны из Галиции.

    «Мы умалчивали о своем отношении к оккупантам по той причине, что боялись навлечь репрессии на... священников греко-католической Церкви и верующих, находящихся на территории, занятой немцами», — выкручивался Слипый.

    «А Вы не боитесь, что ваше молчание в вопросе отношения к оккупантам мы вправе расценить как солидарность с ними и начать репрессии против представителей греко-католической Церкви, находящихся на нашей территории, — спросил его уже известный нам подполковник ГБ Даниленко. — Выходит, что, боясь репрессий немцев против представителей греко-католической Церкви.., Вы фактически солидаризовались если не с самими немцами, то с их пособниками, ибо какое духовенство очутилось на территории, занятой немцами? Все это священнослужители.., которые активно помогали немцам... Так рассматривать их нужно с точки зрения и гражданской, и с точки зрения церковной. Ведь по церковным канонам как должны рассматриваться священники, сбежавшие из своих приходов? Они должны быть запрещены в священнослужении, лишены сана, если сбежали без разрешения епископов. А вы не только не сделали этого, но еще боитесь, чтобы немцы их не арестовали из-за того, что Вы, сидя на советской территории, выявите свое отношение к тем злодеяниям, которые творились в период оккупации на Украине» (ГАСБУ, ф. 65, д. С-9113, т. 19, л. 342-371).

    Но если уж «светлую память» своих недавних, но далёких теперь покровителей Слипый предпочел не пятнать, то, естественно, отказался и от обсуждения путей прекращения деятельности профашистских вооруженных формирований, остававшихся на территории Галиции (ГАСБУ, ф. 65, д. С-9113, т. 19, л. 342-371). Руководство УГКЦ не предприняло мер по осуждению бандеровцев даже после довольно прозрачного предупреждения Слипому, сделанного подполковником Даниленко: «Получается, что Вы фактически солидаризируетесь с бандеровским злом. Больше того, потворствуете этому злу, тем более, если принять во внимание десятки случаев активного пособничества служителей культа украинско-немецким националистам из ОУН и УПА, агентам немецкой разведки и гестапо». При этом по свидетельству историка унии Владислав Петрушко, подполковник привел главе УГКЦ несколько вопиющих случаев активного содействия бандеровцам со стороны парохов (так украинские униаты называют настоятелей своих храмов). Когда же Даниленко напомнил Слипому, что при немцах тот входил в «Национальную раду» и «Раду сеньоров», претендовавших на роль украинского правительства, и в качестве члена этих органов вел переговоры о примирении между бандеровцами и мельниковцами, последний ответил, что не помнит, с кем вел переговоры (ГАСБУ, ф. 65, д. С-9113, т. 19).
    В то же самое время, когда ГБ безуспешно пыталось убедить новое униатское руководство поспособствовать прекращению вооруженной «борьбы» ОУН-УПА, УГКЦ подыскивало для бандеровских головорезов новых заказчиков. Капеллан батальона «Нахтигаль», а затем — дивизии СС «Галичина» Иван Гриньох в июле 1945 г. был дважды принят командующим американскими оккупационными войсками в Европе Эйзенхауэром. Стороны (а Гриньох был ко всему прочему вторым вице-президентом Украинского Главного Освободительного Совета) договорились о сотрудничестве. Простыми словами — о проведении силами ОУН и средствами бывших союзников СССР шпионской деятельности на территории последнего (ГАСБУ, д.№ 372, т. 42). Сотрудничество это продолжалось на протяжении всех 1950-х.

    Как пишет исследователь ОУН Мирослава Бердник, в начале 1946 года секретарь Священной конгрегации по делам Восточной церкви кардинал Тиссеран познакомил Гриньоха с сотрудником американской политической разведки Новаком. Последнему были переданы шпионские материалы, добытые осенью 1945 г. бандеровским подпольем (Лесь Топольчук, «За фальшивим мандатом», Политиздат, К., 1972, стр. 16).

    В общем, позиция нового руководства УГКЦ (особенно на фоне уже имевшейся у НКГБ информации о деятельности Слипого при немцах и участия парохов в бандеровском движении) указывала на, как минимум, нежелание участвовать в нормализации обстановки в Галиции.

    Я ни в коей мере не желаю сейчас представить СССР раем на земле, а сталинский режим — воплощением высшей справедливости. Но, скажите, долго ли даже самая демократическая страна в мире терпела бы организацию, «прославившуюся» борьбой против этой страны на стороне беспощадного захватчика, и, по сути, продолжающую эту борьбу?

    Вспомним лишь некоторые вехи «героїчного шляху незламної церкви».

    30 июня 1941 г. во Львов, покинутый советскими войсками, вошёл батальон «Нахтигаль». Вечером на т. н. «Народном собрании» (в котором приняли участие никем на то не уполномоченные 100 человек) был провозглашен акт о восстановлении украинской государственности. В нем, в частности, говорилось «Восстановленная Украинская Держава будет тесно сотрудничать с Национал-Социалистической Велико-Германией, которая под руководством Адольфа Гитлера создает новый порядок в Европе и мире... Украинская Национально-Революционная Армия... в дальнейшем будет бороться совместно с союзной немецкой армией... за Суверенную Соборную Украинскую Державу и новый порядок во всем мире» (ЦГАВО Украины, ф. 3833, оп.1, дело 5, лист 3).

    Участники собрания (в котором приняли активное участие униатские парохи), направили приветствия Степану Бандере, «Творцу и Вождю Великой Германии» Адольфу Гитлеру и Андрею Шептицкому. Последнего представлял его коадъютор Иосиф Слипый. От лица своего начальника он выразил полную солидарность с происходящим и призвал к тому весь народ (ЦГАВО Украины, ф. 3833, оп.1).

    На следующий день Шептицкий и сам обратился к народу с пастырским посланием: «По воле Всемогущего и Всемилостивейшего Бога в Троице Единого началась новая эпоха в жизни Державной Соборной Самостийной Украины... Жертвы, которые, конечно, необходимы для достижения нашей цели, заключаются, прежде всего, в послушном исполнении справедливых Божьих законов, которые не противоречат распоряжениям Власти... Победоносную Немецкую Армию приветствуем как освободительницу... Установленной власти отдаем должное послушание. Признаем Главой Краевого Правления Западных Областей Украины Пана Ярослава Стецько. От правительства, Им призванного к жизни, ожидаем мудрого, справедливого управления гражданами, которое учитывало бы потребности и нужды всех проживающих в Нашем Крае граждан, невзирая на то, к какому вероисповеданию, народности и социальному слою они принадлежат». (ЦГИАЛ, ф.358, оп.1, д.11, лист 17а (Опубликовано в газетах: «Сурма», Львов, 02.07.1941; «Самостiйна Україна», Станислав, 10.07.1941).

    Как показала практика, последний абзац был типично иезуитским ходом (а отцами украинской унии были именно иезуиты), призванным скрыть истинные средства, оправданные целями. «Жертвами, которые, конечно, необходимы» оказались до 5 тыс. человек зверски убитых с 1 по 6 июля (в том числе свыше десятки профессоров Львовского университета польского и еврейского происхождения). «Праведник мира» Шептицкий, однако, вместо вразумления и призыва к прекращению кровопролития обращается в эти дни к клиру и мирянам с очередным посланием: «... победоносную немецкую армию приветствуем с радостью и благодарностью за освобождение от врага... Каждый душпастырь совершит в ближайшее воскресение благодарственное Богослужение и...вознесет многолетие победоносной немецкой армии и украинскому народу» (ЦГИАЛ, ф.358, оп.1, д.11).

    Поддержка «украинского Моисея» «победоносной армии» была отнюдь не только молитвенной. Как свидетельствовал взятый в плен советскими войсками штурмбанфюрер СС, начотдела Главного управления имперской безопасности Нейгауз, «в течение всей войны германские правительственные органы имели тесный контакт и полную поддержку со стороны униатской церкви в Польше и на Украине... Униатское духовенство с первого дня нападения на Советский Союз, полностью включившись в гитлеровскую военную политику, оказывало немцам всяческую поддержку и получало от них за это соответствующее вознаграждение... Шептицкий и его ближайшие сотрудники... играли активную роль в создании... дивизии СС „Галиция“. В состав этой дивизии СС включились многие... униатские священники. Это был один из редких случаев, когда представители церкви добровольно, непосредственно участвовали в эсэсовской организации» (Откровения бывшего штурмбанфюрера СС... // Наука и религия. 1995. № 8. С. 15-16).

    Можно в этой связи вспомнить и послание Шептицкого от августа 1942 г., где паства благословляется на труд во благо Рейха в воскресные и даже праздничные дни, и даже январь 44-го, когда накануне вступления Красной Армии в Галицию, главу УГКЦ угораздило распорядиться сдать колокола на переплавку для нужд фронта (соответствующий документ хранится во Львове в частной коллекции, ксерокопия — у Владислава Петрушко). Даже главнокомандующий УПА Шухевич засомневался тогда в целесообразности продолжения сопротивления, но услышал «пастырское наставление» искать союза с Великобританией и США, не прекращая военные действия: «... запомните сын мой... Всякие переговоры УПА с Советами — это предательство наших националистических идеалов. Напомните нашим людям: верность до последнего!» (Кентий А. В., Масловский В. И., Помогаев В.В. Обвиняет земля. Организация украинских националистов: документы и материалы. — Универсум, 1991).

    А что же наш Слипый (которого позже нарекут мучеником советского режима)? 29 мая 1942 г. на встрече с руководителем отдела Главного управления имперской безопасности штурмбанфюрером Вандеслебеном он последнего в своей «верности фюреру и Великогермании, в готовности греко-католической церкви и впредь оказывать всестороннюю помощь немецкой администрации». В апреле 1943 г. заместитель Шептицкого принимает самое непосредственное участие в формировании дивизии «Галичина» — в помещении возглавляемой им семинарии был оборудован вербовочный пункт. И уже на следующий день Слипый правит торжественную службу в честь создания данного войскового соединения СС. На должность капелланов в состав «Галичины» было поставлено полтора десятка парохов. Они-то и привели «дивізійників» к присяге, текст которой гласил: «Я служу тебе, Адольф Гитлер, как фюреру и канцлеру Германского рейха, верностью и отвагой. Я клянусь тебе и буду покоряться до смерти. Да поможет мне Бог» («Український історик», Нью-Йорк — Торонто — Мюнхен, 1981, № 1, с. 163).

    Неудивительно, что в 1946 г. Слипый, упорствующий в своих предпочтениях, был осужден к 8 годам заключения за сотрудничество с нацистами. Вслед за ним закрыли и УГКЦ.

    ... и кто подставил Слипого

    Хотя, как мы знаем, первоначально у руководства СССР не было намерения упразднять данную структуру. Авторитет Шептицкого среди населения Галиции и лояльность к советской власти позволяли надеяться, что УГКЦ окажет существенную помощь в прекращении деятельности вооруженного подполья. После смерти Шептицкого ставка в этом вопросе была сделана на клирика Гавриила Костельника, чей авторитет в церковных кругах был также значителен, и кто также недвусмысленно выражал лояльность к советскому режиму.

    При этом новый глава униатов, явный антисоветчик Слипый имел очень слабое влияние среди клира и мирян. Владислав Петрушко, ссылаясь на архив СБУ (ф. 65, д. С-9113, т. 19.) приводит целый ряд авторитетных (среди галичан) источников, указывающих на просто таки нелюбовь как клира, так общества в целом к Слипому. Сам Шептицкий незадолго до своей кончины сказал: «Кандидатура Иосифа в такое время, как сейчас, для Церкви недостаточна». Несмотря на то, что Слипого поставил Ватикан, в оперативное сообщение 5-го отдела 2-го управления НКГБ УССР отмечалось: «...между тем подавляющее большинство духовенства преемником митрополита Шептицкого хочет видеть Костельника».

    Однако продвинуть Костельника на место Слипого не представлялось возможным не только потому, что последний был утвержден высшей латинской властью — первый был женат. Это не позволяло занять епископскую должность.

    Выход подсказал... сам папа Римский. В декабре 1944 г., за год с лишним до фултоновской речи Уинстона Черчилля (обозначившей начало «холодной войны), Пий XII выступил с откровенно антисоветским рождественским посланием. На этом фоне чуть ли не вызовом воспринимались претензии Слипого на включение в свой титул наименования «митрополита Киевского» под тем предлогом, что возможно воссоединение православных и униатов, но «только и только под главенством папы Римского». На вопрос Даниленко потерявшему чувство главе УГКЦ, в том роде, что, почему бы в таком случае условием воссоединения не может быть «возвращение к тому периоду положения Церкви, какое было до 1596 года, т. е. до заключения Брестской унии», Слипый ответил: «Нет, объединение на такой базе никогда не состоится» (ГАСБУ, ф. 65, д. С-9113, т. 19, л. 342-371).

    В то же время Костельник в кругу униатского клира выражал совершенно противоположные мысли: «Мне кажется, что пора нам с папой порывать, нечего нам с ним возиться... Наш народ ближе к Востоку. Я по этим вопросам беседовал с покойным митрополитом. За это меня называют „восточником“, и Рим бил» (ГАСБУ, ф. 65, д. С-9113, т. 19). Петрушко подчеркивает, что «подобные убеждения отнюдь не были реакцией о. Гавриила на изменения в политической конъюнктуре: еще задолго до Второй мировой войны он призывал галицких униатов вернуться к своим православным истокам. Скорее можно говорить о том, что в новых условиях, создавшихся в униатской Церкви после установления в Галиции советского режима, Костельник наконец-то увидел возможность воплотить свои убеждения в жизнь».

    Итак, можно сказать, что речь папы Римского на фоне стремления Костельника вернуть униатов в православие и сыграла роковую роль в судьбе Слипого. А властям подсказало вариант упразднения УГКЦ (которую, в принципе, позволял ликвидировать и приговор Нюрнбергского трибунала).

    3 февраля 1945 г., нарком госбезопасности УССР Сергей Савченко подписал директиву, где отмечалось: «... униатская Церковь в том виде, в каком она существует в настоящее время, является... легальной резидентурой Ватикана и активно действующей украинской националистической организацией на нашей территории. Исходя из этого, необходимо взять курс на полную ликвидацию униатов на нашей территории и на отрыв греко-католической Церкви от Ватикана с последующей целью воссоединения ее с православной Церковью в СССР» (ГАСБУ, ф. 65, д. С-9113). Таким образом и Русская Православная Церковь оказалась невольно вовлеченной в данный политический, но также вынужденный, проект.

    Москва и крокодиловы слёзы

    Да, это было политическое решение. Но ведь и Брестская уния была исключительно политическим актом, отменить который можно было только аналогичным политическим решением, проведенным через церковный собор. При этом, как справедливо заметил публицист Фёдор Яковлев, кровавый сталинский режим отправлял служителей-униатов в лагеря за их сотрудничество с нацистами по решениям судов, а не сжигал вместе с прихожанами в церквях, как поступали католики и униаты с православными, преданными своей вере.

    Потому и не была такой уж насильственной ликвидация организации, которую БЮТ и семейка Ющенко пытались безуспешно наделить статусом «репресованої церкви» (а впечатлительные дамы вроде Шевчик — выдавить слезу из общества), что многие галичане помнили — изначально они православные.

    Это в 2006 г. Московскому патриарху Кириллу (тогда — председателю Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата) пришлось напоминать и гражданину США Любомиру Гузару (тогда — главе УГКЦ), в ответ на... претензии к РПЦ «Послання Синоду Єпископів УГКЦ Святішому Патріарху Московському і всієї Русі Алексію Другому» в связи с 60-летием Львовского собора, на котором было объявлено о роспуске УГКЦ.

    «...На наш взгляд, сама постановка перед православной стороной вопроса о каноничности и благодатности Львовского Собора не совсем конструктивна, ибо мы в свою очередь можем с полным правом выражать сомнение в каноничности и благодатности Брестского Собора 1596 года, — отвечал митрополит Кирилл. — По нашему глубокому убеждению, инициаторами Львовского Собора были члены греко-католической общины, которые, получив возможность вернуться в лоно Православия, не преминули ею воспользоваться. Русская Православная Церковь не могла не принять возвратившихся к ней чад, бывших долгое время «на стране далече» (Лк. 15, 13).

    В истории это был далеко не первый случай воссоединения униатов с Православной Церковью... Многие жители Западной Украины, перешедшие в унию, также никогда не оставляли попыток вернуться в Православие, хотя эти попытки постоянно пресекались. Одним из наиболее ярких примеров в XX веке было массовое возвращение в Православную Церковь жителей Закарпатья. При этом характерно, что изначально русины вошли в юрисдикцию Сербской, а не Русской Православной Церкви. Еще одним примером может служить движение по возвращению в Православие лемков, имевшее место в конце 20-х годов XX века, насильственно подавленное и закончившееся массовым закрытием православных храмов. Таким образом, вся история Галиции, Закарпатья, Буковины и Волыни в первой половине XX века свидетельствует о возрождении здесь православного самосознания, несмотря на репрессии против тех, кто решался покинуть Греко-Католическую Церковь и вернуться в Православную...

    ... Гонения не прекращались в XX веке, который ознаменовался целым рядом страшных трагедий. Здесь необходимо упомянуть и Мармарош-Сигетские процессы, в результате которых пострадало множество карпатороссов, решивших вернуться в Православие; это и массовые гонения на православных в Галичине и на Буковине в период Первой мировой войны, завершившиеся уничтожением тысяч православных клириков и мирян в австрийских концентрационных лагерях Терезин и Талергоф. Неоспоримым историческим фактом остается то, что зачастую эти гонения инспирировались или молчаливо поддерживались греко-католическими иерархами и клириками. В годы нацистской оккупации известны факты прямого сотрудничества Греко-Католической Церкви с гитлеровскими властями. Готова ли теперь она, выражаясь словами Вашего письма, «испытав свою совесть, высказать сожаление и покаяние за акты греховного покорения тоталитарному режиму, которые травмировали саму природу Церкви»?

    ... Когда после окончания Великой Отечественной войны не оказалось политической силы, которая препятствовала бы возвращению в Православие, состоялся Львовский Собор, по сути исполнивший чаяния многих поколений жителей Западной Украины, которые из-за гонений и постоянного давления со стороны властей долгие годы не могли вернуться к отеческой вере. Для тех, кто участвовал в Львовском Соборе, именно Православие, а не греко-католичество в наибольшей степени символизировало страдания и даже мученичество за веру. Они знали это из истории своего народа — ведь после печально известной унии 1596 года Православие было непрестанно гонимым, страдающим и выживающим, — а также по тому, каким гонениям подвергалась Православная Церковь в Советском Союзе.

    Несмотря на стесненные условия, в которых Церковь жила в советское время, тысячи священнослужителей — выходцев из этого региона — получили богословское образование в духовных школах Московского Патриархата. В надлежащем порядке поддерживались храмы. Большое внимание уделялось тому, чтобы народ Божий имел возможность получать благодатное укрепление, приобщаясь к таинствам Церкви. Важно отметить, что после долгого периода господства атеизма религиозность местного населения не снизилась. И в этом мы видим плоды заботы пастырей нашей Церкви о сохранении веры и благочестия в народе«.

    Закончить же сию ступень ликбеза хочу свидетельством Игумена Кирилла Сахарова: «Когда в 1989 году был крестный ход в Гошевский монастырь (в Ивано-Франковской обл.), в нем приняло участие около 100 тысяч православных. Они говорили: „Мы — православные, а наши предки через насилие были униатами“. Непримиримых униатов тогда было здесь не более двух десятков».

    Как же так получилось, что через пару лет Галиция вновь стала почти повсеместно униатской? Об этом — в продолжении нашего ликбеза.

    Д.Сkвopцов
    Wednesday, October 3rd, 2012
    12:10 pm
    Жертвы октября-1993
    ЗАБЫТЫЕ ЖЕРТВЫ ОКТЯБРЯ 1993 ГОДА

    21 сентября - 5 октября 1993 года произошли трагические события новейшей российской истории: роспуск по президентскому указу № 1400 Съезда народных депутатов и Верховного Совета России в нарушение действующей на тот момент Конституции РСФСР, почти двухнедельное противостояние, завершившееся массовыми расстрелами защитников Верховного Совета 3-5 октября у телецентра в Останкино и в районе Белого Дома.

    В официальном списке погибших, предоставленном Генеральной прокуратурой России, числилось 147 человек. Список, составленный по материалам парламентских слушаний в Государственной Думе России (31 октября 1995 г.), включал 160 фамилий. Из 160 человек 45 - погибшие в районе телецентра "Останкино", 75- в районе Белого Дома, 12 - "граждане, погибшие в других районах Москвы и Подмосковья", 28 - погибшие военнослужащие и сотрудники МВД. Причем в состав двенадцати "граждан, погибших в других районах Москвы и Подмосковья", попали Алферов Павел Владимирович (24 года) с указанием "сгорел на 13 этаже Дома Советов" и Тарасов Василий Анатольевич (51 год), по заявлению близких участвовавший в защите Верховного Совета и пропавший без вести.

    Из 141 погибшего, над телами которых производились судебно-медицинская экспертиза, в морги и больницы Москвы 43 были доставлены из района телецентра "Останкино", 92 из "района Белого Дома", 6 из других районов Москвы. (Площадь Свободной России М., 1994. с. 167). В перечне убитых "в районе Белого Дома" свидетели опознали лишь несколько человек, погибших непосредственно в здании. (Иванов Иван. Анафема // Завтра. Спецвыпуск № 2. с.15). Остальные погибли на баррикадах, на прилегающих к Дому Советов улицах и во дворах. За 40 трупов, якобы вынесенных с первых этажей Белого Дома, выдавались трупы собранные 4 октября медбригадой Ю. Холькина и снесенные под Калининский мост: "Перед тем, как стемнело, мы насчитали под мостом 41 труп". (Иванов И. Указ. соч.с.15). Возникает вопрос: куда исчезли трупы из здания Дома Советов, основная часть трупов с дворов и трупы со стадиона "Красная Пресня" и сколько их было?

    Прежде всего, необходимо привести свидетельства гибели людей и расстрелов в здании Дома Советов. Вот что, например, рассказал в интервью газете "Омское время" (1993. № 40) народный депутат России Вячеслав Иванович Котельников: "Сначала, когда с каким-нибудь заданием пробегал по зданию, ужасало количество крови, трупов, разорванных тел. Оторванные руки, головы. Попадает снаряд, часть человека сюда, часть - туда…А потом привыкаешь. У тебя есть задание, надо его выполнить". (Площадь Свободной России. М., 1994. с. 152-153).

    Инженер Н.Мисин утром 4 октября укрылся от стрельбы вместе с другими безоружными людьми в подвале Дома Советов. Когда первый этаж 20-го подъезда захватили военные, людей вывели из подвала и положили в вестибюле. Раненых унесли на носилках в комнату дежурных охраны. Н. Мисина через некоторое время отпустили в туалет, где он увидел следующую картину: "Там аккуратно, штабелем, лежали трупы в "гражданке". Пригляделся: сверху те, кого мы вынесли из подвала. Крови по щиколотку…Через час трупы стали выносить". (Площадь Свободной России М.,1994. с. 117).

    Расстрел защитников Верховного Совета продолжился в близлежащих дворах и на стадионе "Красная Пресня". И снова выдержки из рассказа В. И. Котельникова: "Вбежали во двор, огромный старый двор, квадратом. В моей группе было примерно15 человек… Когда мы добежали до последнего подъезда, нас осталось только трое…Побежали на чердак - двери там, на наше счастье, взломаны. Упали среди хлама за какую-то трубу и замерли…Мы решили лежать. Объявлен комендантский час, все оцеплено ОМОН(ом), и практически мы находились в их лагере. Всю ночь там шла стрельба. Когда уже рассвело, с полшестого до полвосьмого мы приводили себя в порядок…Начали потихоньку спускаться. Я, когда дверь приоткрыл, чуть не потерял сознание. Весь двор был усеян трупами, не очень часто, вроде в шахматном порядке. Трупы все в каких-то необычных положениях : кто сидит, кто на боку, у кого нога, у кого рука поднята и все сине-желтые. Думаю, что же необычного в этой картине? А они все раздетые, все голые". (Площадь Свободной России. М., 1994. с. 154-155).

    Местные жители свидетельствуют, что стрельба во дворах и на стадионе "Красная Пресня" продолжалась всю ночь. Ю.Е. Петухов, отец Наташи Петуховой, расстрелянной в ночь с 3-го на 4-е октября у телецентра "Останкино" свидетельствует: "Рано утром 5 октября, еще затемно, я подъехал к горевшему Белому Дому со стороны парка…Я подошел к оцеплению очень молодых ребят-танкистов с фотографией моей Наташи, и они сказали мне, что много трупов на стадионе, есть еще в здании и в подвале Белого Дома…Я вернулся на стадион и зашел туда со стороны памятника жертвам 1905 г. На стадионе было очень много расстрелянных людей. Часть из них была без обуви и ремней, некоторые раздавлены. Я искал дочь и обошел всех расстрелянных и истерзанных героев". (Площадь Свободной России. М., 1994. с. 87).

    Большая часть трупов все-таки попала в морги, откуда потом они бесследно исчезли. Съемочная группа телепрограммы "ЭКС" (Экран криминальных сообщений) снимала в морге Боткинской больницы. Вот свидетельство оператора Николая Николаева: "Морг был переполнен. Трупы лежали вповалку на носилках: валетом, друг на друге. Было много трупов с совершенно обезображенными лицами, на которые были накинуты полотенца …Нам удалось снять, как подъехавший к моргу закрытый фургон, в котором могут и продукты и что угодно возить - в нем были какие-то деревянные ячейки, - стали подвозить трупы, упакованные в полиэтиленовые мешки". (Площадь Свободной России М., 1994. с. 165-166). Депутату А.Н. Грешневикову "под честное слово", что он не назовет фамилии, в том же морге Боткинской больницы рассказали, что "трупы из Дома Советов были; их вывозили в фургонах в полиэтиленовых мешках; сосчитать их было невозможно - слишком много". (ГрешневиковА.Н. Расстрелянный парламент. Рыбинск, 1995. с. 118). "Я был на опознании в морге Боткинской больницы, Склифа и других, - свидетельствует Ю.Е. Петухов, - и везде одна и та же скорбная картина - стеллажи расстрелянных молодых людей в 4-5 ярусов. Все морги, где я был, были переполнены. Я не считал погибших, но то, что я видел, говорит, что их было больше тысячи". (Площадь Свободной России М., 1994. с.87-88).

    По данным И. Иванова трупы в Доме Советов "были снесены чистильщиками в туалеты цокольного этажа 20 и 8 подъездов, окна которых выходят прямо во внутренние дворики,… к которым вплотную и подгонялись крытые грузовики - КАМАЗ и ЗИЛ". (Иванов И.Указ. соч. с. 15). Это подтверждается словами командира роты десантников капитана А. Емельянова: "В ночь с 4 на 5 октября трупы вывозили в несколько рейсов. Подъезжали КАМАЗ и крытый ЗИЛ". (Грешневиков А.Н. Указ. соч. с.265) На первых этажах со стороны 20-го подъезда некоторое время (несколько недель после штурма) были заколочены туалеты. (Иванов И. Указ. соч. с.15).

    Галина Михайловна рассказала, что ее муж, военнослужащий, вскоре после расстрела Белого Дома видел на железной дороге товарный состав. Причем начальные и последние вагоны состава были загружены тем, что обычно перевозится в товарняках. А четыре срединных вагона были заполнены трупами. Трупов было очень много, они лежали штабелями.

    Если верить показаниям анонимного шофера из подмосковного колхоза, приславшего свое свидетельство в газету "Литературная Россия" в начале 1994г., то первый вывоз трупов со стадиона происходил еще вечером 4 октября . 3 октября около 7 часов вечера в районе метро "Семеновская" этот человек вместе с машиной ЗИЛ-130 был задержан милицией. Ему сказали, что его машина "мобилизована на хозработы по городу". За руль сел милиционер, и машину перегнали сначала в район телецентр "Останкино", а затем к метро "Краснопресненская", поставили в переулке. "Таких машин с гражданскими номерами, - свидетельствует колхозник, - стояло с десяток, а то и более, под присмотром уже военных с автоматами… Утром около 9 часов 4 октября все наши машины перегнали в район к Дому Советов. Моя машина и две другие с ярославскими номерами очутились на улице Заморенова, недалеко от стадиона. Около 9 часов вечера в машину посадили 12 человек какого-то сброда с лопатами и ломами. Затем машина въехала на стадион, и около стены люди стали отбирать убитых. Их было много, и все молодые. В кузове при фонарях убитых обыскивали и раздевали… В кузов вошли еще военные, и на вопрос капитана, моего соседа по кабине: "Осмотрели, сколько?"- послышался ответ: "61". После того как машина вывезла трупы за город, состоялся второй рейс. "Как только мы в 1 час 30 мин. подъехали к "Белому Дому", вернее, к соседнему с ним дому с большой аркой, машину загнали во двор и в квадрате двора стали собирать мертвых людей. Большинство из них были до пояса раздеты, особенно в подъездах… Когда в кузове сказали, что подобрано 42 трупа (из них 6 детей, 13 женщин и 23 мужчины), машина тронулась по кольцевой дороге". Этому человеку повезло: после второго рейса он смог бежать.

    Трупы из здания Белого Дома частично были уничтожены в крематориях; часть трупов по данным правозащитной организации "Мемориал" "тайно захоронена на одном из военных полигонов в Подмосковье". (Иванов И. Анафема. СПб., 1995. с.453). (Сопоставим со свидетельством о товарных вагонах). Представитель "Мемориала" Евгений Юрченко в результате опроса рабочих и служащих Николо- Архангельского и Хованского крематориев выяснил, что в ночь с 5-го на 6-е, с 6-го на 7-е и с 7-го на 8-е октября туда прибывали машины, не принадлежавшие фирмам по ритуальным услугам, и доставляли трупы для кремации (иногда в пластиковых мешках, иногда в ящиках прямоугольного сечения). Кремация проводилась без обычного оформления документов. По репликам и в ходе расспросов тех, кто привозил трупы, рабочие смогли понять, что это были тела убитых в Белом Доме. На вопрос представителей "Мемориала", сколько же их было, рабочие давали разные ответы, от просто "много" до числа в 300-400 человек (в Николо-Архангельском крематории). Служащий Хованского крематория вел точную статистику: в ночь с 5-го на 6-е -58 трупов, в ночь с 7-го на 8-е -27, в ночь с 8-го на 9-е -9. (Площадь Свободной России. М., 1994. с.168).

    Определить общее число погибших в событиях сентября - октября 93г. на сегодняшний день не представляется возможным. Необходимо специальное расследование на высоком государственном уровне. Ещё в 1994г. "Новая ежедневная газета" сообщила о существовании специальной секретной справки для высших должностных лиц о жертвах 3-5 октября. В справке, подписанной Грачёвым и Ериным, указана цифра - 948 убитых. По другим источникам в этой же справке названа цифра - 1052. (Грешневиков А.Н. Указ. соч. с. 271.) "Мемориал" собрал данные о гибели 829 человек. (Иванов И. Анафема. СПб., 1995. с.452). Многие независимые исследователи сходятся на цифре в 1500 погибших. И, если не будет проведено серьёзное расследование событий сентября-октября 93г., то подавляющее большинство жертв так и останется забытыми.

    Когда еще не догорел Дом Советов, власть уже приступила к фальсификации числа погибших в октябрьской трагедии.

    Бывший следователь Генпрокуратуры Леонид Прошкин, работавший в 1993—1995 гг. в составе следственно оперативной группы по расследованию октябрьских событий, заявил о гибели 3—4 октября 1993 г. не менее 123 гражданских лиц и ранении не менее 348 человек. Он пояснил, что термин «не менее» употребил, потому что допускает «возможность некоторого увеличения числа потерпевших за счет не установленных погибших и раненых граждан». Причем в следственных документах, подчеркнул Прошкин, утверждения более категоричны. («Совершенно секретно». 1998. №10. С.7).

    Поздно вечером 4 октября 1993 г. в СМИ прошло информационное сообщение: «Европа надеется, что число жертв будет сведено к минимуму». Рекомендацию Запада в Кремле услышали.

    Рано утром 5 октября 1993 г. главе президентской администрации С.А. Филатову позвонил Б.Н. Ельцин. Между ними состоялся следующий разговор:

    — Сергей Александрович, к вашему сведению, за все дни мятежа погибло сто сорок шесть человек.
    — Хорошо, что вы сказали, Борис Николаевич, а то было такое ощущение, что погибли 700—1500 человек. Надо бы напечатать списки погибших.
    — Согласен, распорядитесь, пожалуйста. («Газета». 2003.№183. С. 3).

    В первые дни после штурма Дома Советов официальные лица, прежде всего медицинские работники, делали довольно странные и противоречивые заявления. Руководитель Главного медицинского управления Москвы (ГМУМ) А.Н. Соловьев на пресс конференции 5 октября сообщил, что «тела сторонников Руцкого и Хасбулатова», погибших при обороне Белого дома, останутся в здании бывшего парламента до окончания сотрудниками прокуратуры следственных действий. Вместе с тем, пояснил Соловьев, в других столкновениях 3—5 октября убито 108 человек.

    6 октября зав. оперативным информационным отделом Центра экстренной медицинской помощи (ЦЭМП) Д.К. Некрасов заявил, что вывоз трупов из Белого дома еще не начат. Однако, по словам пресс секретаря ГМУМ И.Ф. Надеждина, представителям московского здравоохранения комендатурой Белого дома было заявлено, что внутри «этого объекта не обнаружено ни одного трупа». А зам. министра здравоохранения А. Москвичев заявил, что всего из Дома Советов будет вывезено около 50 трупов. Но прокурор Москвы Геннадий Пономарев, выйдя из Дома Советов, сказал, что количество убитых там исчисляется сотнями.

    Так сколько же погибших было в Белом доме и его окрестностях? На этот вопрос помогут ответить свидетельства участников событий. Первые жертвы 4 октября появились около парламента рано утром, когда символические баррикады защитников прорвали бэтээры, открыв огонь на поражение. Свидетельствует Галина Н.: «В 6 часов 45 минут утра четвертого октября нас подняли по тревоге. На улицу мы выбежали сонные и сразу попали под пулеметный огонь… Потом мы несколько часов лежали на земле, а в десяти метрах от нас били бэтээры… Нас было около трехсот человек. Мало кто остался в живых. А затем мы перебежали в четвертый подъезд… Я наулице видела, что тех, кто шевелился на земле, расстреливали». По словам Евгения О., на площади было много убитых из тех, кто пришел на баррикады или жил в палатках у здания Верховного Совета. Среди них были и молодые женщины. Одна лежала с лицом, ставшим сплошной кровавой раной.

    Расстрел шел и со стороны Дружинниковской улицы.

    Вспоминает народный депутат России А.М. Леонтьев: «По переулку напротив «Белого дома» стояли шесть бронетранспортеров, а между ними и «Белым домом» за колючей проволокой лежали казаки с Кубани — человек 100. Они не были вооружены. Были просто в форме казаков… К подъездам из сотни казаков добежали не более 5—6 человек, а остальные все полегли». Свидетельствует Ирина Савельева: «Много трупов было во внутреннем дворе, где стояли палатки. Это мы видели еще утром из окон фракции «Россия», которые выходили именно туда».

    Еще больше жертв оказалось при обстреле здания парламента. Депутат от Чувашии хирург Н.Г. Григорьев в 7 ч. 45 мин. утра 4 октября спустился на первый этаж в холл двадцатого подъезда. «Я обратил внимание, — вспоминает он, — на то, что на полу холла, а холл был самым большим в Доме Советов, лежали рядами более полусотни раненых, возможно и убитые, так как первые два с половиной ряда лежащих людей были накрыты с головой».

    Через несколько часов штурма погибших заметно прибавилось. «Я вышел из приемной третьего этажа и стал спускаться на первый, — свидетельствует человек из окружения А.В. Руцкого. — На первом этаже — жуткая картина. Сплошь на полу, вповалку — убитые…Там их наваляли горы. Женщины, старики, два убитых врача в белых халатах. И кровь на полу высотой в полстакана — ей ведь некуда стекать.

    В переходе от двадцатого к восьмому подъезду сложили больше двадцати убитых. Там же оставались около 30 раненых, из них 15 — тяжело. По свидетельству московского бизнесмена Андрея (имя изменено) только в их секторе находилось около ста убитых и тяжелораненых. Президент Ингушетии Руслан Аушев сообщил вечером 4 октября Станиславу Говорухину, что при нем из Белого дома вынесли 127 трупов, но много еще осталось в здании.

    О судьбе большей части раненых, оставленных в Белом доме, можно только догадываться. «Раненых почему то тащили с нижних этажей на верхние», — вспоминал человек из окружения А.В. Руцкого. Потом их могли просто добить. Тем более что расстрелы защитников Дома Советов, в том числе раненых, проходили вполне открыто весь день.

    Н.А. Брюзгина, помогавшая раненым в импровизированном «госпитале» на первом этаже в двадцатом подъезде, впоследствии рассказала О.А. Лебедеву, что, когда ворвавшиеся военные принялись вытаскивать раненых в коридор, оттуда стали доносится глухие звуки. Надежда Александровна, приоткрыв дверь туалета, увидела, что весь пол там был залит кровью. Там же горой лежали трупы только что застреленных людей. (см. воспоминания О.А. Лебедева на сайте 1993.sovnarkom.ru в разделе «Воспоминания»).

    По словам офицера защитника, перешедшего утром 4 октября вместе с другими людьми из бункера в подвал Белого дома, «молодых парней и девушек хватали и уводили за угол в одну из ниш», затем «оттуда слышались короткие автоматные очереди».

    Свидетельствует капитан 1 го ранга В.К. Кашинцев:
    «Примерно в 14 ч. 30 мин. к нам пробрался парень с третьего этажа, весь в крови, сквозь рыдания выдавил: «Там внизу вскрывают комнаты гранатами и всех расстреливают, уцелел, так как был без сознания, видно, приняли за мертвого».

    Люди, выходившие «сдаваться» днем 4 октября из двадцатого подъезда, стали свидетелями того, как штурмовики добивали раненых. Многие люди при начавшемся интенсивном обстреле поднимались на верхние этажи, «поскольку создавалось впечатление, что там безопаснее». Об этом, в частности, рассказали капитан 3 го ранга Сергей Мозговой и Иван Иванов (псевдоним офицера разведки). Но именно по верхним этажам велась стрельба из танков, что существенно сокращало шанс выжить для находившихся там людей.

    По официальным данным Министерства обороны, при штурме Белого дома израсходовано 12 танковых снарядов. Из них 10 осколочно фугасных и 2 подкалиберных. В боекомплекте находились еще 26 кумулятивных снарядов, до которых, как утверждали военные, дело не дошло. Осколочно фугасные снаряды обладают большой разрушительной силой. Радиус поражения осколками, несущими убойную силу, составляет 200 метров. Однако Д.А. Волкогонов в одном из выступлений на телевидении признал, что каждый из четырех танков выпустил по Белому дому по 7—8 снарядов.

    В беседе с главным редактором газеты «Завтра» А. Прохановым генерал майор Министерства обороны сообщил, что, по его данным, из танков выполнено 64 выстрела. Часть боеприпасов была объемного взрыва, что вызвало огромные разрушения и жертвы среди защитников парламента.

    Бывший сотрудник милиции, перешедший на сторону парламента, видел, как снарядами в кабинетах Дома Советов «буквально разрывало людей». Поэтому очень мало свидетельств тех, кто находился в здании парламента выше седьмого этажа.

    Немного свидетельств и тех, кто выходил вечером 4 октября со стороны стадиона «Красная Пресня». 6 октября в СМИ прошла информация, что, по предварительным подсчетам, в ходе «добровольной сдачи в плен» в течение заключительной фазы штурма Белого дома задержаны около 1200 человек, из которых около 600 находятся на стадионе «Красная Пресня».

    Люди из окрестных домов рассказывали, что из окон верхних этажей видели, как на стадионе расстреливали людей. Расстреливать начали в сумерки 4 октября, и «эта кровавая вакханалия продолжалась всю ночь». И еще видели, как в 5 часов утра 5 октября на стадионе расстреливали казаков.

    Необходимо привести рассказы непосредственных очевидцев расстрелов. Геннадий Портнов чуть сам не стал жертвой озверевших омоновцев. «Плененный, я шел в одной группе с двумя народными депутатами, — вспоминал он. — Их вырвали из толпы, а нас прикладами стали гнать к бетонному забору… На моих глазах людей ставили к стенке и с каким-то патологическим злорадством выпускали в людей, а потом в мертвые уже тела обойму за обоймой. У самой стены было скользко от крови». Геннадий спасся чудом. По свидетельству женщины, пролежавшей всю ночь под одной из частных машин, припаркованной напротив бассейна на территории стадиона, «убитых отволакивали к бассейну, метров за двадцать, и сбрасывали туда».

    Защитник Дома Советов О.А Лебедев на девятый день после штурма побывал на этом стадионе. Вот что он увидел: «В правом дальнем углу стадиона, где расположен небольшой бассейн без воды в это время года, стояли еще две домушки (видимо, раздевалки, похожие на бытовки строителей) со стенами, облицованными профилированным дюралевым листом. Все стены были густо заляпаны кровью и испещрены пулевыми отверстиями на уровне роста среднего человека».

    По некоторым данным, на стадионе каратели расстреляли до 160 человек. Причем до 2 часов ночи 5 октября расстреливали партиями, предварительно избив своих жертв. По сведениям бывшего депутата Верховного совета от Челябинской области А.С. Бароненко, на стадионе расстреляли около 300 человек, в том числе детей школьного возраста, женщин, врачей.

    Расстрелы, истязания людей проходили и во дворах близлежащих к Дому Советов домов. Людей, выведенных «Альфой» к вечеру 4 октября со стороны набережной, ожидала ловушка в подъездах и во дворе большого дома по переулку Глубокому. Особенно лютовали омоновцы в одном из подъездов этого дома. Вспоминает очевидец, чудом оставшийся в живых: «Меня вводят в парадное. Там свет, и на полу трупы, голые по пояс». Как установил Ю.П. Власов, всех, кто попал в первый подъезд после пыток, убили, женщин раздевали донага и насиловали всем скопом, а после пристреливали.

    4 октября около Белого дома работали медицинские бригады врачей добровольцев. Бригада Юрия Холькина за 4 и 5 октября с близлежащих улиц собрала 50 трупов. Бригада Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова, возглавляемая Андреем Шестаковым, отправила на грузовике с прицепом от Дома Советов еще 34 тела. По словам руководителя еще одной медбригады, работавшей у здания парламента, Дмитрия Щетинина, в общей сложности они принесли 60—70 трупов.

    Вместе с тем имеются свидетельства того, что трупы, собранные на улице, вывозились не только «скорой помощью» и усилиями добровольцев. Люди в штатском из спецслужб во второй половине дня 4 октября подбирали убитых на баррикадах и куда то увозили. Какие то люди в комбинезонах грузили трупы защитников, сложенные штабелями в парке им. Павлика Морозова.

    Однако немалая часть трупов, поступившая в московские морги, вскоре оттуда исчезла. Врач Спасательного Центра ММА им. И.М. Сеченова А.В. Дальнов, работавший во время штурма в здании парламента, через некоторое время после событий констатировал: «Заметаются следы по точному числу пострадавших. Засекречиваются все материалы с21.09.93 по 4.10.93, находящиеся в ЦЭМПе. Переписываются некоторые истории болезни раненых и умерших, изменяются даты поступления в морги и больницы. Часть пострадавших, по согласованию с руководством ГМУ, перевозится в морги других городов». Некоторых погибших отправили в спецморги ведомств, где их трудно было найти. Как сообщил корреспонденту «НЕГ» источник, пожелавший остаться неизвестным, список погибших у Дома Советов, находившихся в Лианозовском морге Москвы (одном из таких спецморгов) на начало марта 1994 г., занимал две страницы машинописного текста.

    Из морга Боткинской больницы значительную часть трупов вывезли в неизвестном направлении. По информации журналистов «МК», в течение двух недель после октябрьских событий на грузовиках с гражданскими номерами дважды из морга Боткинской больницы вывозились трупы «неизвестных лиц». Их вывозили в пластиковых мешках черного цвета.

    Но в самом здании бывшего парламента оставалось много трупов, которые не попали даже в морги. Врачи бригады Ю. Холькина свидетельствуют: «Мы прошли весь БД до 7 го(цокольного) этажа… Но выше 7 го военные нас уже не пускали, сославшись на то, что там все горит и можно попросту отравиться газами, хотя оттуда доносились выстрелы и крики». В 19 ч. 28 мин. 4 октября к Дому Советов направлены пожарные подразделения УПО ГУВД г. Москвы. Они начали тушить пожар, но были остановлены военными в 20 ч. 19 мин. Тушение пожара возобновилось только около трех часов ночи 5 октября. «Это не поддается описанию, — пересказывал позже журналистам то, что увидели пожарные на горящих этажах, руководитель Московской пожарной службы генерал майор Максимчук. — Если там кто то и был, от него ничего не осталось: горящие этажи превратились в крематорий».

    Куда же исчезли трупы? 6 октября зав. оперативным информационным отделом ЦЭМП Д.К. Некрасов заявил, что «возможно, только вечером Центру разрешат направить туда бригаду для эвакуации тел погибших». Но бригаду так и не направили, а «расчистку» Дома Советов от трупов производили воинские и милицейские подразделения. По утверждению Леонида Прошкина, следователей Генпрокуратуры допустили в здание только 6 октября. До этого, по его словам, там несколько дней хозяйничали внутренние войска и ленинградский ОМОН. По информации журналистов газеты «Аргументы и факты», солдаты и офицеры внутренних войск несколько дней собирали по зданию «обугленные и разорванные танковыми снарядами» останки почти 800 его защитников.

    В ночь на 5 октября к Дому Советов периодически подъезжали две грузовые машины. Капитан Андрей Емельянов рассказал, что трупы вывозили в несколько рейсов через гаражу набережной. Подъезжали КамАЗ и крытый ЗИЛ. По сообщению другого источника, примерно в 11 ч. вечера 4 октября трупы вывозились на трех машинах «УАЗ 452». Генерал майор А.Г. Баскаев, назначенный 4 октября комендантом Белого дома, признал, что он видел, как ночью с разных точек вывозили трупы, но сколько их было, не знает.

    Народный депутат России А.Н. Грешневиков выяснил у охраны Белого дома, что трупы вывозились в основном 5 октября. Увозили машинами. По данным сотрудника общества «Мемориал» Е.В. Юрченко, трупы вывозили на трех грузовиках военного типа. Но по информации журналистов «АиФ», тела убитых вывозили 8 специально выделенных для этой цели грузовиков. Однако, как сообщалось в «НГ», трупы из здания вечером 4 и утром 5 октября были доставлены в морг Института им. Н.В. Склифосовского. Из за отсутствия машин «тела перевозились на бортовых грузовиках», что, возможно, по мнению журналиста «НГ», и «послужило причиной слухов о тайном вывозе убитых специальной автоколонной». Вместе с тем ранее в печати прошла информация, что 9 октября из морга института им. Н.В. Склифосовского вывезли 201 труп.

    Останки погибших в Доме Советов вывозили еще несколько дней после 4 октября. Сотрудница аппарата Комитета по экологии Верховного Совета Евгения Петухова, обеспокоенная тем, что в Белом доме сгорит весь архив, добилась спецразрешения на прохождение в здание. Она вошла туда на третий день после штурма. Случайно, по словам Петуховой, охранник показал мешки, приготовленные к погрузке. Мешки стояли в вестибюле. Машины уже отвезли часть. Сверху в мешках были бумаги, а «глубже лежали органы человеческих тел».

    Не исключено, что часть тел вынесли через выход, ведущий из подвала двухэтажного здания, что рядом с Белым домом, в туннель метрополитена между станциями «Киевская» и «Краснопресненская», а потом погрузили в товарные вагоны и вывези за город. Об этом, например, писал в «НГ» офицер внутренних войск.

    Погибших могли вывозить не только на грузовиках и в товарных вагонах. По свидетельству отставного майора МВД П. Артеменко, три ночи — с пятого на шестое, с шестого на седьмое, с седьмого на восьмое октября — его дочь наблюдала в театральный бинокль за судами с широким остовом, стоявшими на Москве реке. В эти баржи и в теплоход из здания Дома Советов военные что то переносили в мешках и на широких полотнищах. Заслуживает внимание и информация С.Н. Бабурина: «…Я встретился с моим бывшим коллегой, и он мне сказал: «А ведь была ситуация, когда мы оказались по разные стороны баррикад». Я спрашиваю: «В каком смысле?» Отвечает: «В 93 году, служа во внутренних войсках, я участвовал в штурме Верховного Совета». И, помолчав, добавил, что после штурма ему было поручено контролировать загрузку барж телами погибших. Только во время его дежурства была загружена одна баржа. Другую готовились загружать. У меня нет оснований сомневаться в рассказе этого человека». Об отправке части трупов на баржах по Москве реке рассказала в середине октября 1993 г. газета «Ступени» (Москва). Через некоторое время газета закрылась. Но даже после того, как из Белого дома вывезли, казалось, все трупы, некоторое время спустя в здании находили еще тела погибших: 19 октября — в шахте одного из лифтов, неделей раньше — в коллекторе кондиционирования. Проблема уничтожения и сокрытия тел погибших властью была решена. После 4 октября состоялось совещание директоров похоронных учреждений, где от них потребовали жесткого подчинения приказам «сверху». В администрации Хованского кладбища в первые дни после трагедии корреспонденту ИТАР ТАСС сообщили, что все неопознанные жертвы будут скорее всего кремированы.

    Правозащитник Е.В. Юрченко в ходе расспросов работников трех крематориев Москвы и области установил, что в них сжигались трупы из Белого дома. В частности, опрашивая служащих крематориев Николо Архангельского и Хованского кладбищ, он выяснил, что там три ночи подряд,начиная с ночи пятого на шестое октября, сжигались «трупы в мешках». Нижняя оценка по двум крематориям, учитывая их мощность и внеплановый характер работы, составляла около 200 кремаций, высшая — около 500. Е.В. Юрченко пришлось прекратить расспросы, когда ему начали угрожать люди в штатском: «Вас мы не тронем, но ведь у вас дочка подрастает…»

    Независимое расследование провели и журналисты «НЕГ». Вот что им рассказали двое работников Хованского кладбища еще на первой неделе после расстрела Дома Советов: «Нашему директору сказали: «Надо произвести триста захоронений». На триста не согласился, да и не успели бы мы. Обгоревшие останки трупов привозили в целлофановых пакетах, крематорий работал три дня и три ночи. Братская могила? Да вон там она, в том углу нового участка. Сколько там захоронили, не знаем, все неопознанные». Спустя почти три недели земля на показанном участке заметно осела и была залита водой. На другом кладбище, расположенном в ближнем Подмосковье, подвыпивший бригадир могильщиков заявил корреспонденту газеты: «Да а, привозили тут сначала 60 человек, потом вроде еще… Некоторые до сих пор в морге крематория валяются».

    Не исключено, что в качестве крематория использовали топки одной из ТЭЦ. Об этом, в частности, сообщала газета «Ступени». Некоторые останки расстрелянных защитников парламента захоронены на военном полигоне в Подмосковье (в Климовске).

    По приказу из ГУВД Москвы столичные отделения милиции категорически отказывались принимать заявления и предоставлять какие либо сведения родственникам погибших из других регионов. Е.В. Юрченко рассказывал о том, как родственники погибших из других городов не могли получить сведений в отделениях милиции Москвы. Им предлагали подавать заявления по месту жительства.

    Даже у москвичей возникали серьезные проблемы с поиском своих родных и с подачей заявления о пропаже в милиции. Маме погибшего Сергея Новокаса в милиции говорили:«Что вы сюда ходите? Вот растает снег и тогда труп найдем». У родственников М.М. Челышева в милиции долго отказывались принимать заявление: «Это ваши проблемы, ищите сами».Его тело нашли и опознали только 19 ноября 1993 г.

    Многие родственники боялись обращаться в милицию. С.А. Бахтиярова в своей книге «Реквием» зафиксировала: «Слышала, близкие исчезнувших боятся подавать в розыск. Найдут и схватят!»

    Первое время считалось, что утром 4 октября у Дома Советов погиб иерей Виктор (Заика) из города Сумы. Но, слава Богу, отец Виктор с Украины остался жив. Через несколько месяцев он пришел в редакцию газеты «Завтра» и рассказал о себе. Все было бы хорошо… Но есть непосредственный свидетель расстрела священника у Белого дома. Вспоминает депутат Верховного совета А.М. Леонтьев: «Когда казаков начали расстреливать в упор, навстречу БТР выбежал священник отец Виктор с иконой в руках, подняв ее высоко над головой, и начал кричать: «Изверги! Изверги! Прекратите убийство!» Пытался остановить БТР, но крупнокалиберный пулемет прошил его насквозь, и он упал замертво». Свидетелем гибели какого священника стал А.М. Леонтьев? К сожалению, пока на этот вопрос нет ответа.

    Непросто ответить и на вопрос: сколько всего жизней унесла октябрьская бойня 1993 г.? Один военнослужащий слышал разговоры «некоторых военных о том, что в Белом доме было 415 трупов». Другой источник называл свыше 750 погибших. По сведениям А.С. Бароненко, в Доме Советов (не считая расстрелянных на стадионе и во дворах) погибли око ло 900 человек.

    По данным Е.Ю. Юрченко, на сентябрь 1994 г. общее число погибших (доказан факт исчезновения и найдены свидетели гибели) составляло 829 человек. Существует список погибших, в котором поименно названо 978 человек. Три различных источника (в Министерстве обороны, МБ, Совмине) сообщили корреспондентам «НЕГ» о справке, подготовленной только для высших должностных лиц России. В справке, подписанной тремя силовыми министрами, указывалось число погибших — 948 человек (по другим данным — 1052).

    По сообщению информаторов, сначала была лишь справка МБ, направленная В.С. Черномырдину. Затем последовало указание сделать сводный документ всех трех министерств.(НЕГ. 1993. №47. С.1). Эта информация была подтверждена и бывшим президентом СССР М.С. Горбачевым. «По моим сведениям, — говорил он в интервью «НЕГ», — одна западная телекомпания приобрела за определенную сумму справку, подготовленную для правительства, с указанием количества жертв. Но пока ее не обнародуют».

    Шевченко Валерий Анатольевич,
    историк

    http://zapravdu.ru/content/view/235/36/ - полностью здесь
    12:06 pm
    Миф о "философском пароходе"
    Приблизительно с середины 1990-х годов «Философский пароход», ранее принадлежавший преимущественно истории и историкам, облюбовали публицисты. Это привело к тому, что довольно скоро он занял видное место в «джентльменском наборе» идеологических клише постсоветского интеллектуала. В 2004 г. событие высылки повторилось как... хэппенинг: из Новороссийска в Стамбул на XXI Всемирный философский конгресс был отправлен «Философский пароход-2», объявленный его организаторами «уникальной научной и культурно-исторической акцией»[1]. А начиная с «юбилейного» 2002 года Санкт-Петербургским философским обществом у специально установленного по этому случаю мемориального камня проводится другая, ежегодная, акция под названием «Вспоминая “Философский пароход 1922 г.”». Медиатическая эксплуатация памяти о событии не могла не сказаться на качестве исторических исследований.

    Правда, за минувшие десятилетия «Философский пароход» и без того успел обрасти устойчивыми слухами и мифами. Согласно одному из них, у советского правительства якобы существовала предварительная договоренность с германским: последнее, как будто, само ходатайствовало о высылке профессоров именно в Берлин. Подобные гипотезы можно найти не только в российских, но и в некоторых немецких публикациях 1970-х. Однако проведенные архивные исследования показали, что эта гипотеза, как и многие другие, не имеет под собой серьезных оснований. Но мифы продолжают множиться и не в последнюю очередь усилиями современных исследователей.

    Не буду касаться всей литературы о «Философском пароходе», укажу лишь на две наиболее значительные публикации — значительные не только по объему и весу изданных томов. Что сразу же привлекает в них внимание, — и что способно привести в азартный трепет историка, взявшего в руки эти тома: документы, опубликованные в обоих сборниках, хранятся по большей части в труднодоступных архивах — Центральном архиве ФСБ РФ и Архиве Президента РФ. Богатство материала и археографически грамотная его подача вкупе с необходимым научно-справочным аппаратом — чего, казалось бы, еще требовать от этих изданий? Исследователь-историк дальше сам во всем разберется! Но публикаторам показалось этого недостаточно.

    «Высылка вместо расстрела» (2005) предваряется обширным, претендующим на концептуальность предисловием. И первое, с чего начинают его авторы, — это декларация позиции, опираясь на которую читателю предлагается рассматривать публикуемые документы.

    «Философский пароход», — доверительно сообщают они читателю, — «стал определенной точкой отсчета [2], с которой в ХХ в. начался драматический раскол единой русской культуры» (с. 5).

    Откуда взялся этот странный вывод, составители не объясняют. Между тем, большинство российских культурных деятелей, определивших облик «единой русской» дореволюционной культуры, — писателей, артистов, музыкантов — уехали из России гораздо раньше — в 1917-м (С.В. Рахманинов), в 1918-м (С.С. Прокофьев), в 1919-м (В.В. Набоков), в 1920-м (И.А. Бунин, И.С. Соколов-Микитов, З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковский, К.Д. Бальмонт), в 1921-м (Н.К. Метнер, А. Белый, А.М. Ремизов, Б.К. Зайцев, И.Г. Эренбург, В.В. Кандинский), в начале-середине 1922-го (Ф.И. Шаляпин, М.И. Цветаева, В.Б. Шкловский, Н.Н. Берберова, В.Ф. Ходасевич)… Некоторые, как известно, потом вернутся, для других эмиграция станет уделом всей жизни. Но причем здесь «Философский пароход»? С высылкой их отъезд из России никак не был связан.

    Чтаем дальше: «Массовая высылка интеллигенции повлекла за собой […] свертывание демократических начал в политической жизни молодой Советской Республики» (с. 6).

    Хотелось бы спросить, как высылка могла повлечь за собой свертывание демократических свобод, если этот процесс начался, как известно, одновременно с Гражданской войной? Ответ на этот вопрос обнаруживается во введении к сборнику «Очистим Россию надолго…» (2008) [3], авторы которого — те же В.Г. Макаров, В.С. Христофоров, а также А.Н. Артизов. Дело в том, что в 1921 г. советское руководство начало проводить новую экономическую политику. И вот, основываясь, вероятно, на одном из главных либеральных допущений о прямой зависимости демократических свобод от господства в обществе отношений капиталистической частной собственности и «свободного рынка», публикаторы приписали собственные представления об экономике и политике «большевистским руководителям» (2007, с. 6). В то же самое время в сборнике — и тем он ценен — публикуются документы, которые говорят сами за себя, поправляя своих публикаторов. В данном случае такой говорящий документ — это письмо Ленина Троцкому от 21 января 1922 г. [4], где Ленин объясняет суть термина «государственный капитализм» и особенности его существования «в государстве с пролетарской властью» — «ограниченный и временем, и областью распространения, и условиями своего применения» (2007, с. 27). Понять, что именно Ленин имеет в виду под «условиями» применения госкапитализма, можно, обратившись к другим ленинским текстам. В работах мая 1918 г., апреля — мая и августа 1921 г., конца 1921 г. — начала 1922 г. он подчеркивает, что смысл НЭПа — в восстановлении экономики: в первую очередь, производительных сил крестьянства, а также пролетариата как экономически и политически передового класса, изрядно пострадавшего в годы войны от деклассирования. Тезис 1918 г., что «нет и быть не может даже речи о разделе власти, об отказе от диктатуры пролетариев против буржуазии», с настойчивостью повторяется в текстах 1921 г.[5]. Представителям «мелкобуржуазных течений» отныне «место в тюрьме (или в заграничных журналах)»:

    «Пусть едет за границу тот, кто желает поиграть в парламентаризм, в учредилки, в беспартийные конференции» [6].

    Эта реплика апреля 1921 г. относилась, по сути, к будущим пассажирам «Философского парохода».

    В предисловии к сборнику 2005 г. подробно и квалифицированно рассматривается вопрос об их численности. И дается долгожданный ответ. Публикаторы сообщают, что «всего в операции по высылке интеллигенции преследованию властей подверглось 228 человек» (с. 41), из них 67 человек (31%) высланы за границу, 49 человек (22%) сосланы в отдаленные районы России, 33 человека (15%) «репрессиям вообще не подверглись», несмотря на то, что «первоначально попали в списки на высылку», о 46 человеках сведения отсутствуют (с. 42). Во введении к сборнику 2007 г. приводятся, однако, другие цифры:

    «Более 270 представителей интеллектуальной элиты страны стали в это время жертвами репрессивной политики большевиков, причем 81 из них, в большинстве навсегда, не по своей воле одни или с семьями покинули родину» (с. 5).

    По-видимому, новые данные о численности репрессированных и высланных появились в результате расширения источниковой базы, однако сами публикаторы это никак не комментируют, хотя преемственность изданий 2005 г. и 2007 г. налицо.

    Между тем теперь можно утверждать, что цифра, которой обычно оперируют историки, пишущие о «Философском пароходе», — около 200-300 человек — составляется из суммарного числа высланных (81) и членов их семей. Причем сюда не попадают около 60 высланных в ноябре-декабре 1922 г. из Грузии меньшевиков, о которых публикаторы упоминают (с. 40), но в общее число репрессированной «антисоветской интеллигенции» (228/272) не включают, ограничиваясь московской, петроградской и украинской группой [7].

    Здесь следует сказать несколько слов об участии немецкой стороны в акции высылки. Как совершенно справедливо утверждают публикаторы, опираясь на результаты архивных разысканий, «никаких предварительных переговоров на сей счет и соответственно договоренности между [русской и немецкой] сторонами не было. Более того, когда ГПУ и НКИД обратились в германское посольство за визами, они получили отказ» (2007, с. 11). Высылаемым в самом деле пришлось ходатайствовать о визах лично или через выбранных между собой представителей. Однако сочувствие германской стороны к высылаемым существенно «скрасило» их отъезд из России. В германском дипломатическом корпусе были сотрудники, знакомые с представителями российской общественности, связанные с ними дружескими узами, вхожие и в советские официальные круги. Так, Степун, вспоминая в своей книге «Бывшее и несбывшееся» о высылке, называет «некого доктора Г.», который по его просьбе задержал оформление визы, чтобы проситель успел завершить все дела и подготовиться к отъезду (2007, с. 720). Этим загадочным доктором был, как свидетельствуют германские архивы, Густав Оттонович Хильгер (1886 — 1965), родившийся и выросший в Москве в немецкой семье и ставший впоследствии Главным уполномоченным Германского Красного креста в РСФСР. Именно к нему обратились высылаемые с настоятельной просьбой ходатайствовать по их делу в Германском представительстве, о чем Хильгер рассказывал в письме от 11 сентября 1922 г. к своему другу, корреспонденту «Berliner Tageblatt» Паулю Шефферу [8]. А в Берлине другой его друг, уполномоченный Германского Красного креста в Германии и дипломат Мориц Шлезингер помог высланным найти дешевое жилье, участвовал в организации Русского научного института (РНИ), а через год «раздобыл для них» 10 тыс. долларов США, — вероятно, на нужды РНИ. В письме к Хильгеру Шлезингер сообщал, что русские профессора высказались в том смысле, что «лишь мне одному они обязаны возможностью работать и действовать» [9].

    К безусловным удачам обоих сборников следует отнести составленные публикаторами именные комментарии. Информация о лицах, упоминаемых в документах в сборнике 2005 г., или только о репрессированных (сборник 2007 г.) в целом ряде случае основывается на до сих пор не известных архивных материалах. Однако и здесь публикаторы не избежали влияния характерных идеологических установок: в постсоветской гуманитаристике появились свои «священные коровы». Именно в таком качестве выступают сегодня религиозные философы. Так, в именном комментарии в сборнике 2005 г. о Б.П. Вышеславцеве незатейливо сказано:

    «В 1922 г. выслан за границу» (с. 432).

    Между тем еще в 2003 г. в Москве вторым изданием вышла книга «Русский Берлин 1921 — 1923. По материалам архива Б.И. Николаевского в Гуверовском институте», где, среди прочего, были опубликованы два письма Вышеславцева в Берлин профессору А.С. Ященко, издателю «Новой русской книги». В письме от 5 октября 1922 г. Вышеславцев сообщает:

    «Я собираюсь отсюда уехать и слышал, что Вы организуете университет в Берлине. Если да, то имейте меня в виду в первую очередь и берегите для меня кафедру […]. Если это неверно, то напишите, что Вы могли бы для меня устроить и не мог ли бы я существовать писательством. Однако сведения об этом здесь крайне неблагоприятны. […] Жизнь здесь физически оч[ень] поправилась, но нравственно невыносима для людей нашего миросозерцания и наших вкусов. Едва ли в Берлине Вы можете есть икру, осетрину и ветчину и тетерок и пить великолепное удельное вино всех сортов. А мы это можем иногда, хотя и нигде не служу […]. Зарабатывать здесь можно много и тогда жить материально великолепно, но — безвкусно, среди чужой нации, в духовной пустоте, а мерзости нравств[енного] запустения. Если можете, спасите меня отсюда» [10].

    И просит писать ему на адрес Германского представительства в Москве.

    Неизвестно, ознакомились ли публикаторы с этим документом, — нельзя, разумеется, объять необъятное! Но в сборнике 2007 г. в именном комментарии «Список репрессированных…» что-то заставило их выразиться осторожнее: «В сентябре 1922 г. [Вышеславцев] был внесен в списки на высылку» (с. 769). Значит, относительно «высланности» Вышеславцева у них возникли сомнения. Однако вместо того, чтобы написать откровенно, как обстоит дело, — а оно обстоит таким образом, что ни в списках на высылку, ни в других документах, опубликованных в обоих сборниках, имя Вышеславцева ни разу не встречается, как не встречается оно и в посвященных высылке заметках эмигрантских газет, — публикаторы предпочитают это дело «замять».

    С другой фигурой, ставшей с недавних пор культовой и даже «освященной» президентским вниманием, дело обстоит еще интереснее. Речь идет о философе И.А. Ильине, с высылкой которого из России все вроде бы понятно. Но в сборнике 2005 г. информация о нем заканчивается строчкой, которая вызывает известное любопытство: «После 1938 г. был вынужден бежать в Швейцарию» (с. 444). Можно было бы предположить, что бегство из Германии явилось следствием выступления русского философа против фашизма и национал-социализма. И более развернутое сообщение из именного комментария в сборнике 2007 г. должно, казалось бы, дать необходимую информацию:

    «После прихода к власти фашистов положение Ильина существенно ухудшилось: его удалили из Русского научного института, затем запретили публичные выступления. В июле 1938 г. выехал в Швейцарию…» (с. 776–777).

    Теперь, вроде бы, все понятно. Однако у того, кто хотя бы немного знаком с содержанием деятельности Ильина в эмиграции в 1920-е — 1930-е годы, неминуемо должны возникнуть вопросы. Во-первых, что это все-таки за Русский научный институт, который помогал организовывать упомянутый выше Шлезингер, и в котором, как пишут авторы комментариев, профессор Ильин преподавал с 1923 по 1934 г.? Во-вторых, почему Ильина «с приходом к власти фашистов», а вернее через полтора года после этого события, 9 июля 1934 г. [11] удалили из Института? В-третьих, о каких публичных выступлениях Ильина идет речь и почему их запретили?

    Идея научного института для добровольно и принудительно эмигрировавших русских профессоров и студентов возникла в германских научных и общественных кругах почти одновременно с появлением информации о высылке (см. выше письмо Вышеславцева к Ященко) и самих высланных в Берлине [12]. Так что уже 17 февраля 1923 г. состоялся торжественный акт в честь открытия Русского научного института (РНИ) во главе с профессором В.И. Ясинским. В числе принципов существования Института был провозглашен аполитичный характер его научной и преподавательской деятельности — таково было условие советской стороны. А уже 1925 г. профессор Отто Хёч, первый вице-президент Германского общества по изучению Восточной Европы и куратор РНИ, вынужден был выразительно напомнить Ильину, а также Франку и Бруцкусу об этом принципе: русские профессора добросовестно им пренебрегали, делая в своих выступлениях и статьях жесткие антисоветские выпады, чем ставили под вопрос «плодотворные научные контакты [Германии] с академическими кругами в Москве и Ленинграде» [13]. Как складывалась дальнейшая судьба Института, это уже другая история [14]. Здесь необходимо только сообщить, что 31 июля 1933 г. РНИ был переведен из ведения Прусского министерства науки, искусства и народного образования в ведение Имперского министерства народного просвещения и пропаганды и превращен в «исследовательский и пропагандистский институт на службе у национального правительства, который в процессе объективной и основательной работы [должен] предоставит[ь] этому правительству ценный материал для борьбы»[15].

    За пару недель до этого Ильин назначается последним руководителем РНИ. Правда, после передачи Института Министерству пропаганды Ильина понизили до вице-президента, несмотря даже на то, что один из его докладов о «большевизации Германии» получил признание и одобрение самого шефа гестапо Дильса [16]. Что же в таком случае могло послужить впоследствии причиной конфликта Ильина со столь могущественным ведомством? Почему вдруг в начале 1938 г. гестапо изъяло из обращения книги Ильина и запретило ему публичные выступления? Этот вопрос требует дальнейшего изучения, но три фактора назвать можно уже сейчас: во-первых, интриги в коридорах Министерства пропаганды — в 1937 г. потерял свои позиции в НСДАП и лишился места в РНИ коллега, соавтор и покровитель Ильина д-р Адольф Эрт; во-вторых, наполовину славянское происхождение Ильина (его мать была немкой); в-третьих, проводимая им публичная критика фашизма, недостаток которого, — по-видимому, единственный — заключался, по мнению Ильина, в отсутствии у этого движения… глубоких религиозных оснований [17]. А еще как-то однажды в одном из своих докладов, изданном затем в виде брошюры, Ильин назвал Фридриха Ницше, философа, по сути «канонизированного» Третьим рейхом, «предшественником, учителем и пророком большевистского сатанизма» [18].

    Но вернемся к сборникам опубликованных документов. На разные лады в них повторяется мысль об «антигуманности» высылки интеллигенции за границу (2005, с. 6, 39), события высылки называются «трагическими» (2007, с. 5). Одновременно признается трагической «судьба русских интеллигентов, оставшихся в Советской России» (2005, с. 6). Авторы предисловий и сами замечают парадоксальность своих утверждений — ведь столько интеллигентов, кого не коснулись события 1922 г. или кому разрешили остаться, позднее окончили свои жизни в сталинских лагерях и тюрьмах! Но принятая с самого начала идейная установка обязывает, и потому волей-неволей авторам приходится пренебрегать логикой фактов. Однако Макаров и Христофоров, а также их коллеги по сборнику 2007 г. публикуют столько «говорящих» документов, что их собственные теоретические выводы волей-неволей приходится воспринимать как недоразумение.

    В связи с тезисом об антигуманности советских властей в отношении к высланным хочется указать, по крайней мере, на два интересных документа. Первый опубликован в предисловии к сборнику 2005 г. и касается высылки в ноябре 1947 г. 24 сотрудников «Союза советских граждан во Франции» французскими властями из мирной демократической Франции, среди которых оказались высланный в 1922 г. из России профессор А.И. Угримов и его сын, инженер А.А. Угримов. В обращении высланных к министру иностранных дел СССР В.М. Молотову сообщалось, что «если арест и высылка вообще носили бесчеловечный и жестокий характер грубого отрыва от семьи, от работы, от многообразных профессиональных и личных дел, то во многих отдельных случаях они сопровождались подробностями, совершенно ни с чем не сообразными… В Аннеси инспекторы на некоторое время приковали трех арестованных (тт. Беляева, [А.А.] Угримова и Розенбаха) наручниками к железной кровати» (с. 34–35). Подобных мер, как во французском Аннеси, в отношении высылаемых из России интеллигентов советские чекисты никогда не принимали.

    Второй документ опубликован в приложении к сборнику 2007 г. Это воспоминания А.С. Кагана, юриста, экономиста и книгоиздателя, высланного из России «Философским пароходом» вместе с питерской группой и умершего в 1983 г. в США. Согласно заметкам в эмигрантской прессе, где освещались подробности отъезда, высылаемым разрешалось брать с собой ценности только «на сумму, не превышающую 50 руб. золотом» (с. 610), и «каждому из высылаемых петербургской группы была оплачена ГПУ стоимость одного пароходного билета 2-го класса от Петрограда до Штеттина, причем, однако, проезд членов семей, сопровождающих высланных, оплачен не был» (с. 620). Правда, Ф.А. Степун, уезжавший поездом, вспоминал, что им можно было взять, кажется, лишь по 20 долларов на человека и никаких ценностей, за исключением обручальных колец (с. 720). Каган о том, как проходил отъезд, сообщает, что «советские деньги на доллары и фунты» им помогла обменять помощница главного юрисконсульта Государственного банка С.М. Гинзбурга, одна из первых советских женщин-юристов Екатерина Флейшиц. Затем «выяснилось, — пишет Каган, — что нас отправляют в Штеттин на пароходе <…>. Не знаю, по каким причинам, советское правительство оплатило проезд всех нас первым классом. Бывают же такие чудеса». А ценные вещи и деньги, сверх разрешенных, высылаемым помогли переправить за границу участники акции с немецкой стороны. Германский «консул познакомил представителей высланных, в числе которых был и я, с капитаном парохода, который предложил нам свои услуги. Мы должны были собрать у всех высылаемых деньги и негромоздкие ценности в один чемодан, составить список, кому что принадлежит, и доставить в консульство, а они уже как дипломатический багаж доставят капитану прямо на пароход. Нас не надо было долго убеждать, […] и в кратчайшее время чемодан был доставлен в консульство. […] Когда мы миновали Кронштадт и вступили в нейтральные воды, капитан пригласил представителей от нас (я, Карсавин, Одинцов) к себе в каюту, поздравил нас и вручил нам запечатанный чемодан (дипломатическая печать). Все вещи были в полной сохранности, и предложение о вознаграждении было отвергнуто как незаслуженное оскорбление» (с. 744).

    Необходимо отметить и некоторые странности в подборе публикуемых материалов. Так, открывают сборник 2005 г. документы, посвященные разгону Всероссийского комитета помощи голодающим (Помгола) в августе 1921 г. Выбор этой темы можно, конечно, только приветствовать, поскольку, как не без оснований полагают составители, аресты членов Комитета «многие исследователи считают “точкой отсчета” несостоявшегося полилога власти и интеллигенции» (2005, с. 47). Но, к сожалению, ни нормативно-правовых документов, связанных с деятельностью ВКПГ, ни документов, способных рассказать, в чем же собственно заключался конфликт власти с общественностью, а также «закулисная работа» восьмерых членов ВКПГ, сосланных в результате в небольшие города и местечки (2005, с. 64), читатель в книге не найдет. Не удовлетворит его любопытство и комментарий, в котором ссылка на доведенную до Ленина информацию об «антиправительственных речах» Прокоповича и путаница в датировке вряд ли может прояснить ситуацию: комментарий начинается с сообщения о том, что «Помгол […] утвержден ВЦИК 21 июля 1921 г.», а заканчивается сообщением, согласно которому «в июле 1921 г. вместо Помгола была создана Центральная комиссия помощи голодающим при ВЦИК под председательством М.И. Калинина» (2005, с. 188). На самом деле комиссия Калинина была образована 18 июля 1921 г. и существовала параллельно с «Помголом», а после его разгона 27 августа 1921 г. унаследовала его название [19].

    И в заключение несколько слов о самом «Философском пароходе» как транспортном средстве. «Философский пароход» — образ, конечно, собирательный. Пароходов было как минимум пять. Первый — его название не сохранилось — отвез из Одессы в Константинополь троих высланных: профессоров Б.П. Бабкина и А.В. Флоровского и ассистента Г.А. Секачева. Второму кораблю выпала честь в четверг вечером 28 сентября принять на борт московскую группу изгнанников «в составе 24 человек (с семьями 84)» (2007, с. 359). Это был «Oberburgermeister Haken» — комфортабельный, правда, уже не новый, но все еще элегантный, оснащенный электрическим освещением, скоростной пароход класса A I и водоизмещением 1250 тонн, принадлежавший Stettiner Dampfer-Compangie и выполнявший рейс Петроград — Штеттин. Третьему пароходу под названием «Preussen» той же пароходной компании и, по-видимому, того же класса пришлось сделать несколько рейсов с высланными на борту. Сначала в традиционный четверг, 16 ноября, «Пройссен» забрал из Петрограда питерскую группу из 17 человек высланных с членами их семей и, как минимум, четверых добровольных эмигрантов (всего 44 человека) и в воскресенье утром, т.е. с небольшим опозданием, доставил их в Штеттин (2007, с. 608): переезд из Петрограда в Штеттин обычно занимал два дня. В ночь с 15 на 16 декабря «Пройссен» взял на борт высланного писателя-беллетриста В.Я. Ирецкого (2007, с. 445). А 17 февраля 1923 г. газета «Руль» сообщила, что на «Пройссене» находится вместе со своей семьей высланный редактор журнала «Экономист» Д.А. Лутохин (2007, с. 625). О четвертом корабле под названием «Jeanne» известно, что этот итальянский пароход увез 27 декабря 1922 г. из Севастополя в Константинополь высланного религиозного мыслителя С.Н. Булгакова с семьей. Был и пятый пароход, на борту которого пересекли Черное море и прибыли 11 февраля 1922 г. из Одессы в Варну три профессора Новороссийского университета, высланные по так называемому украинскому списку (2007, с. 624).

    Так что с публикацией документов список пароходов-участников акции увеличился. Увеличился и одновременно сократился список подвергшихся преследованию и высылке за границу представителей интеллектуальной элиты — вряд ли отныне кто-то серьезно отнесется к цифре, называемой В.Н. Сойфером: «две тысячи выдающихся деятелей науки и культуры России», насильно выдворенных «за пределы Российской республики» [20]. А между тем «Философский пароход», как это ни печально, по-прежнему остается мифом, страдая от идеологической коррозии и обрастая новыми легендами.

    П Р И М Е Ч А Н И Я :

    1. О том, как на этом пароходе обстояло дело с наукой, историей и культурой, см.: Яковлев В. Тем же морем: «Философский пароход-2»

    2. Здесь и далее везде курсив мой. — Н.Д.

    3. Этот сборник вышел в известной историкам серии «Россия. ХХ век. Документы».

    4. Первоначальная публикация: Ленин В.И. ПСС. М., 1965. Т. 54, с. 130-131.

    5. Ленин В.И. ПСС, т. 36, с. 307; т. 43, с. 217.

    6. Ленин В.И. ПСС, т. 43, с. 241.

    7. Кроме того, список 2007 г. исключает Е.Д. Кускову и С.Н. Прокопович, добровольно-принудительно покинувших Россию в июне 1922 г., тогда как в именном комментарии 2005 г. они фигурируют в числе репрессированных.

    8. Staatsbibliothek zu Berlin PK. Handschriftenabteilung, Nachl. Boveri. Kasten 66. Mappe 2. Bl. 5–6. Brief von Hilger an Scheffer, Moskau (11.09.1922) — Haag.

    9. Politisches Archiv Auswartiges Amtes. R 26157. Handakten betreffend Generalkonsul M. Schlesinger. Brief von Schlesinger an Hilger, Berlin (26.10.1923) — Moskau.

    10. Русский Берлин 1921 — 1923. По материалам архива Б.И. Николаевского в Гуверовском институте / Сост., подгот. текста, вступ. ст. и комм. Л. Флейшмана, Р. Хьюза и О. Раевской-Хьюз. Paris: YMCA-Press; М.: Русский путь, 2003. С. 238–239.

    11. См.: Tsygankov D. Beruf, Verbannung, Schicksal: Iwan Iljin und Deutschland // Archiv fur Rechts- und Sozialphilosophie. Bielefeld, 2001. Vol. 87, H. 1. S. 44–60, а также дополненный вариант: http://iljinru.tsygankov.ru/german/biography_d.html

    12. Geheimes Staatsarchiv Preu?ischer Kulturbesitz, I HA, Rep. 76 Vc, Sektion 2, Tit. 23, Lit. A. Nr. 134. Das russische wissenschaftliche Institut in Berlin. Bl. 5. Deutsche Gesellschaft zum Studium Osteuropas, Aktennotiz. Berlin, 21.11.1922.

    13. Voigt G. Otto Hoetzsch, Karl Stahlin und die Grundung des Russischen Wissenschaftlichen Instituts // Russische Emigration in Deutschland 1918 bis 1941. Leben im europaischen Burgerkrieg / Hrsg. von K. Schlogel. Berlin: Akademie Verlag, 1995. S. 277.

    14. Об истории РНИ см. подробнее: Peter H.R. Das Russische Wissenschaftliche Institut in Berlin // Санкт-Петербургский университет в XVIII — XX вв.: европейские традиции и российский контекст. Материалы международной научной конференции 23 — 25 июня 2009 г. СПб., 2009. C. 365–386.

    15. GStA PK. I HA, Rep. 76 Vc, Sektion 2, Tit. 23, Lit. A. Nr. 134. Bl. 298–299. Reyher und Hamm an Vahlen, Kultusministerium, 5.7.1933.

    16. Там же. Bl. 314. A. von Reyher an Prof. Vahlen, Kultusministerium, 5.8.1933.

    17. См. сн. 11.

    18. Iljin I. Was hat das Martyrium der Kirchen in Sowjetrussland den Kirchen der anderen Welt zu sagen? Lemgo, 1936. S. 21.

    19. Подробнее о создании и разгоне Помгола см.: Макаров В.Г., Христофоров В.С. К истории Всероссийского комитета помощи голодающим // Новая и новейшая история. 2006, № 3. С. 198–205. О реакции эмигрантских кругов на деятельность Помгола см.: Дмитриева Н.А. «Летучий голландец» российской интеллигенции (очерки истории «философского парохода») // Скепсис. № 3/4 (2005). С. 80–82.

    20. См. предисловие в кн.: Сойфер В.Н. Власть и наука (История разгрома коммунистами генетики в СССР). 4-е изд., доп. и перераб.: http://www.pereplet.ru/text/lisenko/introduction.html

    Н.Дмитриева
    Tuesday, September 25th, 2012
    12:53 pm
    Предвыборная ложь
    В рамках предвыборной кампании на экранах телевизоров воскресла партия Ющенки, начавшая крутить свои ролики ура-националистического содержания. И среди них: псевдоисторическая хронология «многовекового угнетения проклятыми москалями украинского языка». Что забавно: текст представляет собой сокращенный конспект бредятины, которую засветил в ЖЖ известный бандерлог oleg-leusenko.livejournal.com/116679.html еще два года назад.
    Камрады hohmanews и mikle1 прошлись по пунктам этой хронологии.

    Итак, из рекламы: "1958 - Постановление Пленума ЦК КПСС о переходе украинских школ на русский язык преподавания".
    В том году ноябрьский пленум рассматривал вопрос об образовании, и уж если и велся разговор о массовом переводе школ на русский язык обучения, то только на нём. Этот пленум был поистине историческим, он запустил реформу школьного образования. Но отнюдь не языковую.
    Тезисы пленума, которые потом перекочевали в принятый 24 декабря 1958 года закон СССР "ОБ УКРЕПЛЕНИИ СВЯЗИ ШКОЛЫ С ЖИЗНЬЮ И О ДАЛЬНЕЙШЕМ
    РАЗВИТИИ СИСТЕМЫ НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В СССР" (http://www.alppp.ru/law/obrazovanie--nauka--kultura/obrazovanie/42/zakon-sssr-ot-24-12-1958.pdf), предусматривали всеобщее 8-летнее образование вместо 7-летнего, постепенный переход на 11-летнее образование, связь образования с конкретным производством, улучшение материальной базы школ и качества преподавания. Этот закон определил развитие образования в СССР вплоть до горбачевской перестройки.
    О языке преподавания в нем не было НИ СЛОВА.

    "1627 год. Указом царя московского Алексея Михайловича и его отца патриарха Филарета было велено книги украинской печати собрать и на пожарах сжечь с суровым запрещением когда-либо в будущем издавать украинские книги."
    На самом деле царь Алексей Михайлович Романов родился в 1630 году. И как он умудрился издавать указы за 3 года до рождения? Сие еси великая тайна свидомитов.

    "1689 год. Синод запретил Киево-печерской лавре печатать на украинском языке том "Четьи-минеи" Дмитрия Ростовского". О каком Синоде идет речь? Святейший Правительствующий Синод был учрежден Петром в 1721 году. В том же году Петр I обратился к Константинопольскому патриарху Иеремии III с ходатайством о признании восточными патриархами Святейшего Синода. В сентябре 1723 г. Константинопольский и Антиохийский патриархи особой грамотой признали Святейший Синод своим «во Христе братом», обладающим равнопатриаршим достоинством.

    "1672 год. Указ о запрещении во всех городах всех чинов людям держать у себя дома и на территории Польши открыто или тайно украинской печати книги, а кто их имеет, того сурово приказано приносить и сдавать воеводе, местному правителю." - не было такого указа как факта.

    "1763 год. Указ Екатерины ІІ о запрещении преподавать на украинском языке в Киево-Могилянской академии." - и такого указа тоже не было. Во всяком случае, ни Леусенко, ни кто другой ссылок на документы так и не предоставили.

    "1769 год. Синод запретил Киево-Печерской лавре печатать буквари на украинском языке и приказал отобрать у людей те буквари, которые были уже на руках." - не существовало в то время никаких букварей, напечатанных на украинском языке.

    "Переписи 1740 - 1748 гг. свидетельствуют, что в семи полках Гетманщины на 1094 села приходилось 866 школ с преподаванием на украинском языке." Что за переписи в 18 веке? Что за "украинский язык" ?

    "1863 год. Валуевский циркуляр: "Украинского языка не было, нет и быть не может, а кто этого не понимает - враг России". - последняя добавочка явно фантастична, ибо в тексте самого циркуляра http://ru.wikisource.org/wiki/Валуевский_циркуляр
    ее не найти. Да и исходные слова, как давно доказано, принадлежали не министру Валуеву, а самим малороссиянам. Цитата: "даже возбуждение этого вопроса принято большинством малороссиян с негодованием, часто высказывающимся в печати. Они весьма основательно доказывают, что никакого особенного малороссийского языка не было, нет и быть не может, и что наречие их, употребляемое простонародием, есть тот же русский язык, только испорченный влиянием на него Польши".

    Свидомиты явно забыли свою же украинскую поговорку "Брехнею свит пройдеш, та назад не повернешься"
    Thursday, September 20th, 2012
    9:52 am
    Расследование зверств деникинской контрразведки
    Однажды, читая сборник воспоминаний участников борьбы подполья в декинском тылу,я натолкнулся на воспоминания большевика, принимавшего непосредственное участие в сборе данных о "преступления харьковской конрразведки". Это меня заинтересовало, так как ныне гораздо большую известность имеют данные о "преступлениях харьковской чрезвычайки", собранные деникинским Освагом.

    П. И. Долгин
    Кровавый путь деникинщины

    11 декабря 1919 года. День выдался пасмурный, сыроватый. Но радость, огромная радость заполняет сердца горожан. В Харьков вступает Красная Армия. Сначала показались конные разведчики начдива-41 Ю. Саблина. Они спустились с Холодной горы, проскакали по Екатеринославской улице, свернули на Павловскую площадь и дальше направились к центру. Их встречали харьковчане, простые рабочие люди. «Наши! Наши! Наконец-то!» — раздавались возгласы.
    Усталые лица всадников светились радостью, и кони, забрызганные по брюхо грязью, проходили перед собравшимся народом, как на торжественном параде.
    Кончился для харьковчан кошмар деникинщины. Закончилось подполье. Четвертый подпольный ревком, ставший сразу после гибели третьего на боевой пост, привел подпольную группу бойцов к победе, несмотря на провокации, провалы.
    И вот вместе с Саблиным собрались члены ревкома Иван Козлов, Иван Савельев, Иван Гончарук, Зиновий Тобаков, подпольные работники. Среди них Анна Янова, разведчица Стася Слинько. Сколько радости! Совсем иными кажутся знакомые лица. Но радость освобождения не может заглушить боль тяжелых утрат — гибели многих товарищей, близких, дорогих...
    Сразу же после образования временного губернского ревкома было решено создать комиссию для расследования зверств деникинцев. Это решение возникло как-то само собой, как есте[342]ственная необходимость, как одно из первоочередных мероприятий Советской власти. И хотя в гражданской войне такой практики еще не было, хотя военных и всяких иных дел после освобождения от врага возникало бесчисленное множество, кровавый разгул деникинщины на Украине, их зверские расправы над рабочим и крестьянским людом были настолько отчетливо выраженным актом классовой мести, что показать истинный лик палачей народа и запечатлеть его для истории было делом огромной политической важности. Этим определялись направление деятельности комиссии и ее состав.
    Во главе комиссии ревком поставил участников подполья. Председателем назначили автора этих строк, секретарем — Ирину Шевченко. Сама же комиссия состояла из многочисленных представителей профсоюзных организаций, кооперации, различных других общественных организаций. Харьковское медицинское общество делегировало в медицинскую экспертную подкомиссию видных своих деятелей.
    В ходе работы было выпущено четыре номера бюллетеня Харьковской губернской комиссии по расследованию зверств, учиненных Добрармией. В них были помещены протоколы экспертной подкомиссии с подробным описанием патологоанатомических обследований трупов, показания людей, пострадавших от деникинского террора, списки угнанных белогвардейцами при их бегстве из Харькова и многие другие материалы. Эти бюллетени являются важными документами, обвиняющими одного из «верховных» палачей — Деникина и его офицерскую свору насильников.

    В Григоровском бору
    С большим внутренним волнением приступили мы к обследованию мест расстрелов в Григоровском бору. Сюда водили белогвардейцы на казнь наших товарищей по подполью. Мы знали, как терзали их в застенках контрразведки изверги-палачи, и все же не могли примириться с мыслью, что увидим их, еще так недавно горевших страстью борьбы, мертвыми, изуродованными до неузнаваемости.
    Здесь же уничтожались пленные красноармейцы, жители, заподозренные в сочувствии Советской власти.
    Внезапно ударивший в начале зимы суровый мороз и выпавший снег скрыли все, что таилось в бору. Помогли нам жители харьковского предместья Холодная гора, знавшие места казни подпольщиков. Они делали зарубки на деревьях. По ним мы и отыскали могилы. [343]
    К приезду экспертной группы в бору собрались сотни рабочих, их жен и детей, жители окраин.
    Молча стояли они, стараясь не мешать врачам. Нарушали порой тишину лишь порывы ветра, пробегавшего по шапкам старых сосен, да вскрики родных и друзей, опознававших своих родственников, своих близких. Никогда мне не забыть лицо старика отца, увидевшего на дне разрытой ямы свою юную дочь и повалившегося как сноп на край могилы...
    Картина, представившаяся нашим глазам, когда были раскопаны могилы,— вид обезображенных трупов, привязанных друг к другу толстыми веревками,— превзошла все наши мрачные предчувствия. Почти все трупы были раздеты до нижнего белья, без обуви. В результате подробного освидетельствования экспертно-медицинская подкомиссия констатировала мученическую смерть сотен людей, приводила в своем протоколе описания многих чудовищных способов уничтожения людей, применявшихся деникинцами.
    Здесь происходила настоящая сеча. Исступленные в своем бешенстве, палачи стреляли, рубили, кололи, били прикладами, топтали сапогами, добивали безоружных, притом связанных друг с другом людей.
    Без слез и глубокой сердечной боли нельзя было смотреть на обнаруженные трупы наших подпольщиков.
    Среди них были:
    Петр Слинько, двадцати четырех лет, член ЦК КП(б)У. На теле многочисленные следы от ударов тупым орудием и три огнестрельных раны...
    Михаил Черный, член ЦК КП(б)У, руководитель харьковской подпольной организации. Руки связаны веревкой. Многочисленные кровоподтеки, происшедшие от ударов тупым орудием. Огнестрельное ранение с деформацией лица и черепа.
    Иван Минайленко, семнадцати лет, активный работник подпольного Красного Креста, один из руководителей подпольного комсомола. Смерть последовала от паралича сердца после удара в область сердца.
    И еще многие и многие. Далеко не всех удалось опознать, настолько изуродованы и обезображены были их лица...

    Очевидцы свидетельствуют
    Мы опубликовали в бюллетене комиссии 47 показаний. Написанные под свежим впечатлением пережитого, они отразили действительную картину жизни при белых, полный произвол властей, бесконтрольность и ненаказуе[344]мость деникинского офицерства, его полное моральное разложение: беззастенчивая продажность, взяточничество, коррупция, шантаж.
    Одно за другим свидетельствуют показания о страшной работе карательных органов деникинщины. Весь город был охвачен сетью этих учреждений, куда тащили арестованных: контрразведка в «Палас-отеле» на Кацарской, 5, сыскное отделение в гостинице «Харьков» на Рыбной улице, комендатура, полицейские участки, гауптвахта, штабы отдельных воинских частей и тюрьма.
    Контрразведка в «Палас-отеле» занималась наиболее важными делами, главным образом большевистским подпольем. Она засылала провокаторов в нашу подпольную организацию, громила подпольные явки, оставляла там засады, арестовывала наших товарищей.
    Страшный застенок представляла контрразведка в «Палас-отеле». Методы ее работы — избиение шомполами, пытки, насилия, бесчеловечные издевательства.
    Несмотря на то что контрразведка хорошо информировалась о подполье — три состава ревкома были выданы провокаторами,— офицеры контрразведки на допросах пытали каждого арестованного, добиваясь новых и новых данных, новых фамилий.
    О «Палас-отеле» рассказывает на страницах бюллетеня один из харьковских жителей, Не участвовавший в подпольной работе и арестованный только лишь по подозрению:
    «— Ну что, подумал? — начал допрос штаб-ротмистр.
    — Мне не о чем думать. Я ничего не знаю.
    — Врешь, знаешь! — вдруг приходя в ярость, крикнул штаб-ротмистр. — Капитан, начинайте!
    Капитан с шомполом в руке подошел ко мне, дав подножку, бросил меня на пол и начал бить. После 20 ударов капитан остановился передохнуть и в это время начал мне описывать последующие пытки, если я не сознаюсь.
    — Это, — говорил он,— я тебя только погладил; погоди еще, если этого мало, будем бить по нервным узлам. Это уже немногие выносят, а будешь еще упрямиться, запустим штук пять холодных клизм. Это еще меньше выносят. Если и тогда не поможет, сделаем из тебя шомполом мясо, посыплем солью и оставим на пару часов размышлять. Это еще никто не вынес, не сознавшись.
    После этого допроса я вернулся в камеру разбитый более от рассказа палача, что меня ожидает, чем от перенесенных ударов... [345]
    ...Прошло несколько дней, и в «Палас» привели арестованных членов ревкома... Тут-то настало страдное время контрразведки. Беспрерывные, в течение суток, допросы с «пристрастием», то есть с самыми жестокими пытками.
    Нечеловеческим мукам подвергались арестованные женщины».
    Вот что рассказала в одном из бюллетеней бывшая подпольщица Евгения Кринская: «Около 10 часов утра стали вызывать на допрос к главному заплечных дел мастеру Собинову в страшную, как оказалось после, 64-ю комнату. Первой позвали Мусю Телешевскую. Когда она вошла, на нее с нагайкой и кулаками, обдавая площадной бранью, набросились казак и Собинов. Били за то, что коммунистка, и требовали выдачи товарищей. Позвали меня. Когда я вошла, увидела Мусю, то почувствовала, что силы меня оставляют, так был ужасен ее вид: все лицо в кровоподтеках от нагайки и кулаков офицера».
    Одну из активных работниц подпольного Красного Креста — Мандрацкую, продолжает свои показания Кринская, «пороли в течение суток три раза. Когда теряла сознание, ее отпаивали водой, отводили в камеру, а через некоторое время опять принимались бить, думая таким образом выпытать показания о работавших в подполье товарищах...»
    Приведем еще один рассказ Германа Михайловича. При наступлении Деникина он был командиром повстанческого батальона Савинской волости Изюмского уезда. Его арестовали в Белгороде при попытке перейти фронт, где содержали в заключении при комендантском управлении, а 31 июля перевезли в Харьков в «Палас-отель». Г. Михайлович свидетельствует:
    «...При контрразведке я просидел 12 дней, в течение которых пищи как мне, так и остальным арестованным совершенно не давали; при мне увели двух арестованных, почерневших и в беспамятном состоянии от голода. Каждый день были слышны крики избиваемых при допросах, которые производились большей частью, как я заметил, по вечерам, а то и совсем ночью, причем избиваемых запирали в отдельные комнаты. Помещение, которое занимали арестованные, состояло из четырех маленьких комнат; арестованных содержалось до 150 человек; теснота и грязь были ужасные; спали на полу вповалку женщины и мужчины... Много арестованных выпускалось за взятки, о чем в контрразведке говорили не стесняясь; с меня лично следователь просил 15 тысяч... У арестованных отбирали деньги и драгоценные вещи, на них пьянствовали офицеры контрразведки...» [346]
    Гостиница «Харьков», политический сыск, фактически филиал контрразведки... Если контрразведка в «Палас-отеле» занималась большей частью подпольем, то в «Харьков» попадали подозреваемые в сочувствии большевикам. Впрочем, строгого разделения не было. Арестовывали по любому поводу, а часто и без повода, просто с целью вымогательства, получения денег за освобождение. Методы «работы» те же, что и в контрразведке. Вот показания одного из товарищей о своем пребывании в гостинице «Харьков»:
    «Я подвергся трем пыткам в контрразведке на Рыбной улице в гостинице «Харьков».
    16 ноября меня вывели в помещение, где офицеры подвергли меня допросу и после приказали раздеться и стали избивать шомполами и плетьми. Вечером, в семь часов, здесь же, после нового допроса меня подвергли пыткам. Сначала накинули мне на шею веревку с петлей и, потянув кверху, так что я должен был стоять в вытянутом положении, начали избивать руками и рукоятками револьверов; били преимущественно по бокам и лицу. Через несколько минут я потерял сознание и повис на веревке. Когда меня привели в чувство, опять подвергли допросу и после третьего допроса опять подвесили веревкой за челюсти и подтянули кверху, так что я вновь оказался в вытянутом положении и с вытянутой шеей, и меня начали избивать по горлу и по бокам, я опять потерял сознание.
    Когда меня привели в чувство, то подвергли новому допросу и, поставив к стенке, сказали, что сейчас расстреляют...
    После этого меня поставили на колени перед портретом Деникина и заставили петь «Боже, царя храни», во время пения избивали плетьми по плечам и бокам».
    Каторжная тюрьма. Здесь царили такие же порядки, как в «Палас-отеле» и гостинице «Харьков». Об этом свидетельствует находившийся в тюрьме Илья Морозов:
    «...На поверке политических заставляли петь молитву... На каждую законную просьбу отвечали бранью и криком. За малейшее нарушение каторжного устава сажали в темный сырой карцер на хлеб и воду.
    Карцеры помещались в нижнем этаже, в полуподвале, размером не более двух аршин на два. Небольшая голая кровать на железных прутьях, параша. Вот вся обстановка камеры. Небольшое окно, плотно закрывающееся чугунной ставней, дверь тоже чугунная, насекомых — клопов и вшей — там были миллионы, холод страшный, а теплой одежды брать не разрешалось. Просидеть 72 часа в этой адской яме было не шутка.
    После вечерней поверки наступала длинная мучительная [347] осенняя ночь. Спать размещались рано, кто как мог. Вдоль низких стен были приделаны железные рамы, обтянутые грязными мешками,— это были кровати. Ни подушек, ни одеял не полагалось. Но не все счастливцы могли спать на таких кроватях, камеры были переполнены, и большинство размещалось прямо на голом полу, вповалку. Спали и на столах, под кроватями и вокруг вонючей параши. Ночью было холодно и сыро, наступили морозы, в окнах не было стекол, был отчаянный сквозняк. Топить и не думали... Многие, раздетые, тряслись как в лихорадке. Здоровых было мало. Появились болезни — бронхит, лихорадка, головные боли, наконец, и тиф...»
    В тюрьме происходил и так называемый военно-полевой суд. Сюда приезжали офицеры контрразведки и в конторе вершили свои дела.
    «При допросах, — свидетельствует тот же И. Морозов, — давались откровенные намеки на взятку. За десять — двадцать — сто тысяч, смотря по делу, можно было получить свободу. Взяточничество с арестованных достигло громадных размеров. Это была свободная торговля человеческими душами.
    А душ этих было немало. В одной только каторжной тюрьме около двух тысяч, затем губернская тюрьма, сыскное отделение, многочисленные участки и арестные дома — все было переполнено, битком набито разного рода людьми. Но не все, конечно, имели возможность дать выкуп за себя, большинство не имело ни копейки, голодало на черном хлебе и терпеливо ждало решения своей участи. А решения эти были просты и ясны.
    По выражению одного старого сыщика, «сто плетей за шкуру и на вешалку — вот наш суд». Этот страшный суд решал свои дела по ночам, в глухом застенке, в составе двух-трех полупьяных офицеров. Приговор составлялся заранее, в коротких словах: «Расстрелять!», «Повесить!» Подсудимого вводили только для того, чтобы объявить ему эти страшные слова. Часто решения выносились заочно и объявлялись подсудимому перед стволом винтовки или под петлей веревки».
    Однако широко применялся белогвардейцами и старый метод, простой и безотказный, избавлявший даже от такой пустой формальности, как военно-полевой суд,— убить «при попытке к бегству».
    Побывал в этой страшной тюрьме и председатель организационной комиссии по созыву международного съезда инвалидов первой мировой войны А. П. Дорофеев.
    Он рассказал нашей комиссии, как инсценировались такие «попытки к бегству»: [348]
    «Нас было девять человек. Вывели из тюрьмы. Двое, будучи больными тифом, не могли идти и опирались на других товарищей. Только что завели за угол тюрьмы по Семинарской улице, конвой, идущий впереди и по сторонам, зашел сзади нас и построился развернутым фронтом. Нас же построили в два ряда по четыре человека, а я, девятый, был на правом фланге. Скомандовав нам: шагом марш, в то же время сами зарядили винтовки и после пяти-шести шагов в упор, на расстоянии четырех-пяти шагов, в спину раздался первый залп, от которого упало шесть человек; вторично зарядили винтовки. Трое, оставшиеся в живых, бросились бежать, пользуясь темнотой, но, помню, один еще упал. Мы двое продолжали бежать по Семинарской улице... Закоченевший, я направился в домики, и вот в одном меня приняли, где я и скрывался до прихода Советской власти.
    В газете же от 18 ноября 1919 г. появилась заметка, что при попытке к бегству расстреляны семь уголовных бандитов, двое из них бежали. Заявляю, что в нашей группе не было ни одного уголовного, все девять — политические».

    Этап
    Конец деникинщины уже недалек. Все ближе и ближе Красная Армия. На улицах расклеены объявления о поголовной мобилизации в белогвардейские войска. Газеты печатают интервью с генералом Май-Маевским. Генерал говорит об уклоняющихся от мобилизации, об отсутствии патриотизма у многих граждан: объявленный командованием сбор теплой одежды для «доблестных воинов» срывается. Генерал угрожает. Обещанные угрозы приводятся в исполнение. На Павловской и Николаевской площадях жители видят повешенных с прикрепленными надписями на груди: «Дезертир», «Бандит». Они хорошо узнали повадки «грабьармии» — так теперь в народе называют деникинскую армию — и сыты по горло «единой неделимой». С нетерпением ждут прихода Красной Армии — освободительницы.
    По опустевшим улицам мечутся белогвардейцы, устраивая облавы на дезертиров. Они шарят по квартирам — нужно побольше награбить на черный день.
    Контрразведка ускорила завершение своих кровавых дел. 4 декабря вывела на расстрел в Григоровский бор большую группу подпольщиков — 38 человек.
    А в каторжной тюрьме — свыше 2 тысяч заключенных, обвиняемых в большевизме. Большинство — рабочие и крестьяне, [349] рядовые работники сельских и городских советских учреждений, много бывших бойцов Красной Армии... Но не осмелилось, видно, деникинское командование поднять кровавую руку на глазах у харьковского населения и разделаться сразу с такой массой. И вот нашли выход — погнать с собой, а там...
    Переполненная тюрьма глухо волновалась. Что будет?..
    6 декабря, суббота. День передач. Еще с раннего утра у ворот каторжной тюрьмы толпится народ — родственники, близкие заключенных. Все ждут. Но вот к двум часам дня в тюрьму прибыл большой отряд корниловцев с пулеметами, с походной кухней. Среди них много офицеров. Из губернской тюрьмы пригнали 65 женщин.
    К пяти часам вывели из камер 2100 заключенных, и всех 2165 человек быстро построили в колонну, окружили цепью караульных с ружьями наперевес и погнали в путь.
    Со страшными криками и стенаниями бросились родственники к своим. Но конвой их грубо оттеснил прикладами. Подгоняемые стражей, арестованные прошли по темным улицам города и вышли на Змиевское шоссе. Так начался этап Харьков — Змиев — Изюм — Бахмут — Ростов, беспримерный по жестокости, варварскому обращению, издевательствам, рассчитанный на медленную мучительную смерть многих сотен людей. Этап — это сплошная цепь злодеяний агонизирующего врага, который знает, что он обречен; но у него еще власть, и в безумии он расправляется, мстит.
    Он гонит массу полураздетых и полуразутых людей, которых он же раздел и разул, по полям по снегу, по грязи, голодных, сутками не давая ни куска хлеба, ни глотка воды.
    Он требует порядка в рядах, отстающих подгоняет прикладами, падающих готов прикончить штыком, если товарищи быстро не подымут его и, поддерживая, не поведут с собою.
    Он размещает их на ночь в тесных помещениях, где ни лечь, ни сесть, можно только стоять, тесно прижавшись друг к другу, гибнуть от голода, жажды, отсутствия воздуха. А когда задыхающиеся начинают требовать воздуха, конвой открывает стрельбу в окна, наполняя помещение пороховым дымом.
    На каждом привале он осматривает свои жертвы: на ком еще сохранилось что-либо из одежды, может быть, деньги или другие ценности — под угрозой смерти забирает.
    В Змиеве отбирается по списку партия в 250 человек — «в расход».
    И так изо дня в день тянется мучительный этап, теряя по пути обессиленных, нашедших смерть от руки палачей... [350]
    На станции Шебелинка заключенных погрузили в специальные вагоны-ледники, по 130—140 человек в каждый. Притиснутые друг к другу, они могли только стоять. В таком положении люди находились несколько суток езды до Изюма. На ночь и в пути двери вагонов запирались. Вагоны превращались в душегубки.
    Один из арестованных, товарищ Яковлевич, дал комиссии такие показания:
    «Настала кошмарная ночь. Наши силы таяли, и не было возможности удержаться на ногах, но сесть места не было, воздуха не хватало, мучила страшная жажда. И вот люди стали умирать стоя на ногах. Умирающие падали тут же под ноги и топтались другими... Вагон наполнился запахом трупов... и, чувствуя под собой мертвые человеческие тела, живые сходили с ума... В вагоне поднялся неимоверный шум, стучали в двери, пытаясь сломать их. Но тщетно. Наутро выбросили из вагонов трупы, их оказалось несколько десятков. Шум не прекращался и днем. Требовали воды, хлеба. На вопросы, почему нам ничего не дают, почему нас истязают постепенно, последовал ответ: «А вам не все равно умирать, что сегодня, что немного погодя». И кровожадные скоты издевались еще больше».
    Положение было таково, продолжает этот свидетель, «что чувствующие в себе достаточно силы сломали решетку... подняли люк на крыше вагона и с идущего поезда бросались вниз. Корниловцы заметили бегство. Наутро были выведены из каждого вагона по нескольку человек и расстреляны за то, что некоторые бежали. Из вагонов вывалили новую груду трупов. На остановках фельдфебель обходил вагоны, стрелял в шумную толпу. Люди падали, но никто не обращал внимания на выстрелы, на смерть товарищей. Что смерть против этой адской муки? Смерть — освобождение. И, чем скорее, тем лучше...»
    В последнюю ночь перед прибытием в Изюм произошло крушение: порожняк наскочил на поезд с заключенными.
    В Изюме снова расстрелы. Через пять суток этап прибыл в Бахмут — всего около восьмисот человек. Почти две трети погибли в дороге. Да и среди оставшихся много тяжелобольных, часть слабых, с трудом передвигающихся.
    В Бахмуте комиссия из трех офицеров учинила оставшимся допрос, после чего вынесла решение: к воинскому начальнику для отправки на фронт под строгим контролем.
    Наступавшая по пятам Красная Армия перечеркнула это решение. Многим удалось скрыться еще в Бахм
    Thursday, September 13th, 2012
    11:21 am
    "Пророки"
    2000: "Господин Путин не досидит до конца своего конституционного срока" ( Валерия Новодворская)

    2001: "Политический век Путина недолог. Есть объективные процессы в политике. И они протекают стремительно, так как мы живем в условиях сжатого времени”. ( Борис Березовский)

    2003: “И поэтому обязательно эта система закончит свое существование еще на этом интервале президентского срока. То есть Путин не будет переизбран в марте, потому что время течет в XXI веке по-другому, в XX веке нужно было 10 лет, а в XXI один всего год. ”. ( Борис Березовский)

    2004: "Я не верю, что Владимир Владимирович с такими замашками государя-императора Николая, то ли Второго, то ли Первого, досидит даже до конца своего срока". ( Эдуард Лимонов)

    2005: "Путин не досидит на своем месте до выборов 2008 года". ( Юрий Шмидт, председатель Российского комитета адвокатов в защиту прав человека).

    2011: "Я, честно говоря, сомневаюсь, что он просидит в кресле президента все шесть лет – это лично мое мнение". (Сергей Белановский, Центр стратегических разработок).

    2012: "Все сходятся, что до конца своего конституционного срока он не досидит." ( Альфред Кох).
    Friday, July 27th, 2012
    10:54 am
    Фальсификаторы "Мемориала"
    Владимир Кургузов - о страданиях, пытках и голоде в «Перми-36».

    Почему на международный форум «Пилорама», который каждое лето проходит на территории единственного в России «Мемориального музея политических репрессий «Пермь 36», не приходят бывшие сотрудники лагеря? И что скрывают экскурсоводы «Мемориала»?
    Двуликая история
    К 1972 г. утечка информации на Запад из мордовских политзон достигла небывалого размаха, поэтому возникла необходимость изоляции особо «говорливых» узников. Тогда и появился, выражаясь словами правозащитников, знаменитый «Пермский треугольник»: ВС 389/36 (пос. Кучино); ВС 389/37 (пос. Половинка); ВС 389/35 (пос. Центральный).
    В 1980 г. в ВС 389/36 открылся участок особого режима. Он представлял собой барак-тюрьму с рабочими камерами и крошечными прогулочными двориками. В 1987 г. ВС 389/36 закрыли. Сегодня там - Мемориальный музей истории политических репрессий «Пермь-36». С 2005 г. на территории музея проходит международный форум «Пилорама», на который съезжаются туристы и правозащитники из разных стран: Германии, Нидерландов, Америки, Франции и др. Любителям лагерно-палаточной экзотики предоставляется возможность исследовать мемориальный комплекс бесплатно, под увлекательные рассказы волонтёров о страданиях и муках последних узников лагеря.
    Вероятно, Владимир КУРГУЗОВ - председатель совета ветеранов колонии ИК-35, возглавлявший тогда службу контролёров лагерной гидры и непосредственный участник событий 1972-1987 гг. - мог бы тоже поведать о тех временах. Однако ему никто не предлагает этого сделать, ибо видение событий у него иное.
    Об узниках
    - С начала образования колоний и вплоть до выхода на пенсию я не просто руководил контролёрами (лучше сказать - надзирателями), но был членом военного трибунала, - рассказывает Владимир Кургузов. - Кто у нас отбывал наказание? Это изменники Родины (ст. 64) - нынешние герои: лесные братья, бендеровцы, власовцы и наши русские предатели. Те, кто продавал за границу секретные документы. Далее - антисоветчики (ст. 70). Это всесторонне образованные люди, с большой поддержкой из-за рубежа. Поэтому условия для себя они создали идеальные. Если говорить о 36-м лагере, то одевали их там с иголочки, а питались они лучше большинства населения страны. Почему? Потому что любой прокол администрации или нас тут же отдавался эхом «там» и прилетал обратно в виде всевозможных комиссий. Речь шла не просто о горстке людей, которых требовалось изолировать, но об имидже страны в целом. Поэтому нас контролировала не кизеловская прокуратура, которая занималась остальными зонами, но лично зам. областного прокурора.
    Меня просто в бешенство приводит, когда их «санаторий» сравнивают с ГУЛАГом. В ГУЛАГе люди гибли тысячами, были серьёзные стройки, лесозаготовки, колымская трасса. То были 30-50-е года. Причём тут «Пермь-36» с её чистенькими, сытенькими узниками, которые занимались на станочках изготовлением клемм для утюгов?
    О страданиях
    - Володю Буковского (защищает права теперь из Англии) и Натана Щаранского (член правительства Израиля) я знал. И в ШИЗО их сажал. Они отказывались от работы, а согласно КЗоТ, систематический отказ является серьёзным нарушением режима. Они шли на это сознательно. Шли страдать, чтобы потом об этом (то есть нежелании работать) трубить на весь свет.
    Поскольку наша зона действующая, каждый год, когда в «Перми-36» начинается «Пилорама», к нам начинают тянуться группы страждущих колорита. Конечно же, и Ковалёв (Сергей Адамович, первый Уполномоченный по правам человека в России - прим. авт.) со свитой. Однажды я к нему подхожу и спрашиваю: «Вы меня знаете?» Он: «Нет». Я говорю: «Не может быть! Над вами же издевались в 35-й и 36-й колонии, как же вы не можете вспомнить своего главного мучителя? Я ведь сутками службу свою нёс: всё через меня проходило. Так почему же не помните главного изверга?»
    Родину надо любить
    - Знаком я и с директором «Пермь-36», и председателем пермского «Мемориала». Возили они сюда группы из Германии, США, других стран. Любой нормальный человек понимает, что за музей там у них: чисто идеологическая разработка, направленная на создание определённого имиджа стране и оплачиваемая из западного кармана (музей, как и «Мемориал», финансируется на 99,5% западными спонсорами - прим. авт.). Вот и всё. Для чего? Чтобы показать, что у нас всё плохо было, есть и будет. Они доказывают на примерах, что история возвращается. Для чего рок-фестиваль там сделали? Чтобы молодёжь привлекать концертами и травить под это дело байки о том, чего не было.
    А было как? Он сидит у нас в тепле и сухости, кушает за столом со скатертью, предварительно изучив меню. При этом его опусы выходят за рубежом. Когда ему надо набрать очки, он ищет повод и объявляет голодовку. Или отказывается от работы. Поэтому у нас не умирали, как на тех же колымских зонах.
    Что касается тех лет, то любой знающий историю человек не обманется их баснями: МВД и КГБ в 70-80-е были практически врагами. Контролировать нас КГБ не мог. И даже когда с нами беседы проводили, указывали: мы в ваши приказы не лезем, какие издаются - такие и выполняйте. Так что мы не были их прихвостнями, чтобы третировать по их указке узников, и даже не подчинялись лагерному руководству. Министр один - приказы разные. Исполнители: начальник войск и начальник ГУИН. Две разные системы. У каждого свои инструкции, за выполнением которых чётко бдит прокуратура. Какие там издевательства? Шаг влево - и сам за решётку пошёл.
    Я читаю якобы воспоминания кого-то из наших узников: в какой-то бочке, кого-то пытали… Неужели наша уголовно-исполнительная система настолько беззуба, что не может защитить себя? Существуют документы, архивы. И у меня их полно - приезжайте, читайте, пишите правду. Хватит фальсифицировать историю на потеху зарубежью. Ладно, кто-то за это гранты получает, но остальные-то за что так Родину не любят?
    Кстати
    - Кучино сегодня - это проулок с несколькими кирпичными бараками и числом жителей до 50-ти человек летом. Здесь, кроме обросшего легендами Ивана Кукушкина, живут ещё три бывших работника зоны. Упоминание о лагере ВС 389/36 до сих пор отзывается в них болью.
    - Международный гражданский форум «Пилорама» состоится на территории Музея «Пермь 36» с 27 по 29 июля 2012 г. Тема форума - «Жить вместе».
    Мнения
    Татьяна Карелина, бывший мастер производственной зоны ВС 389/36:
    - Была на «Пилораме» в первый год, больше туда ни за что не пойду - противно. Я работала в колонии вольнонаёмной, за деньги. Присягу никому не давала. По зоне передвигалась свободно. Узники были интеллигентными, культурными люди. Измождённых издевательствами или непосильным трудом лиц я не видела. Одеты все были прилично. Кормили их так, как в те годы я не могла позволить себе кормить своих детей. То, что сейчас раздувают вокруг всего этого, - просто отвратительно. Поверьте, вас сознательно вводят в заблуждение.
    Лидия Кукушкина, бывший бухгалтер части интендантского снабжения ВС 389/36, жена бывшего контролёра зоны и нынешнего рабочего музея «Пермь-36»:
    - Сейчас вывернули так, что все, кто был причастен к этому лагерю, - изверги и садисты. Про контролёров и говорить нечего. Вы не представляете, что за люди у нас сидели. У них была задача - раздуть очередной скандал, а мы не должны были позволить себя спровоцировать. Общались мы строго на «Вы» и по имени-отчеству. Они лучше нас знали все наши должностные инструкции и свои права. Малейшее отступление - и тут же летит жалоба. Какая там сверхсекретная зона? Какое отключение воды? Об этом тут же заорали бы по «Голосу Америки», полетели бы головы.
    Наша колония считалась одной из лучших! Мы даже меню сами не составляли. Нам приходили инструкции, которые мы должны были чётко соблюдать. Они сейчас козыряют тем, что были репрессированы. Ходят героями и говорят всякие пакости. При этом тот же Ковалёв, не устающий приезжать сюда каждый год, с удовольствием сидит с нами за одним столом, предаётся воспоминаниям с мужем Иваном, а потом выходит и начинает говорить что попало. Да и другие из «бывших», кто сюда приезжает, обязательно с Иваном здороваются, фотографируются с ним. Иван столько раз хотел уйти с этой работы, но его не отпускают.
    О.Волгина
    АиФ-Прикамье№30 25.07.2012
    Sunday, July 22nd, 2012
    12:29 pm
    Фальсификации Фельштинского
    По поводу статьи Ю.Г.Фельштинского "Тайна смерти Ленина" (Вопросы истории, 1999, N 1).

    Третий раз я пишу об определенном методологическом направлении, о многочисленных ошибках фактического порядка, содержащихся в статьях Ю. Г. Фельштинского - доктора исторических наук, обосновавшегося в США.
    Первый раз мое внимание привлекла публикация экономиста и многоопытного политикана Гавриила Попова, вдруг обратившегося к исторической проблематике. В статье о левоэсеровском мятеже в 1918 г. в Москве, помещенной в газете "Известия" (см. Известия, 14.VIII.1998), он, доверившись Фельштинскому, допустил около... 10 фактических ошибок.
    В январе 1999 г. в "Независимой газете" уже сам господин Фельштинский в сочинении под указующим названием: "Сомнительный исторический прецедент. Союз России и Белоруссии должен быть незамедлительно дезавуирован", позволил себе издалека и, как мне показалось, по чьей-то указке советовать президенту России и гражданам нашей страны ни в коем случае не вступать в союзные отношения с Республикой Беларусь. Идеи автора и в данной статье основываются на фальсифицированных исторических фактах. Одна ошибка из истории Белоруссии следует за другой (см. ст. "Непрошенный советчик". Независимая газета, 14.11.1999, приложение "Содружество").
    Казалось бы, что у редколлегии и редакции журнала "Вопросы истории" такой автор должен был вызвать настороженность. Тем более, что свой опус о "тайне" смерти Ленина Фельштинский уже успел опубликовать в американском журнале (Новый журнал. Нью-Йорк. 1998. No210), о чем, по-видимому, не поставил в известность "Вопросы истории".
    Вдохновившись публикацией в "Вопросах истории". Фельштинский вскоре в газете "Коммерсантъ" (17.IV.1999. No65) под интригующим названием. "Гаврилушка, меня отравили...", с подзаголовком: "Малоизвестные и совсем неизвестные свидетельства о смерти Ленина" - тиражирует свои домыслы, однако во вводке к статье, очевидно, ради осторожности, вскользь сказано, что факт отравления Ленина является "гипотезой".

    Обратимся к самой публикации в "Вопросах истории". Но прежде оговорюсь: твердо придерживаюсь позиции, что историк, как и ученый любой другой отрасли знаний, волен выдвигать свою концепцию. Однако при этом должно быть соблюдено непременное условие: факты, на которых строятся версии, должны быть достоверными, а не к ним подогнанными или, хуже того, сфальсифицированными. Данная обмолвка общеизвестна, но она, как мне представляется, необходима, чтобы избежать попыток Фельштинского и в будущем путем искажения исторических событий и фактов выдавать свои домыслы в качестве "научных открытий" и "сенсаций".
    Начну с источниковой основы статьи. Ее автор не счел для себя необходимым обратиться к архивным материалам, отражающим жизнь и деятельность В. И. Ленина. Я имею в виду прежде всего Второй (Ленинский) фонд бывшего ЦПА ИМЛ при ЦК КПСС, а ныне РЦХИДНИ, 130-му фонду Совнаркома РСФСР ГАРФа, а также к пока доступным материалам из Президентского архива. Автором статьи полностью проигнорирована и десятитомная "Биохроника В. И. Ленина", и прежде всего последние тома этого издания, связанные с 1922- началом 1924 года. И уж совсем непростительно то, что в тексте статьи нет ни слова о довольно обширной литературе, в том числе и медицинской, непосредственно посвященной "тайне" смерти Ленина. Почему, на мой взгляд, так поступил Фельштинский, скажу ниже.
    Основным источником для Фельштинского явилась белоэмигрантская газета право-кадетского направления "Руль", издававшаяся в Берлине. О ее политической "физиономии" говорит, например, тот факт, что она считала П. Н. Милюкова "недостаточным кадетским ортодоксом". Мимоходом Фельштинский, правда, оговаривается о "недостаточной информированности" этого издания (с. 41). Но, несмотря на это, прямые выписки из "Руля" занимают около четвертой части статьи.
    Другим источником стали отдельные материалы, собранные писателем А. Беком и содержащие, в частности, данные о последних месяцах жизни Ленина в записях его секретарей - Л. Фотиевой и А. Володичевой. Кстати, Володичева в своих воспоминаниях путалась и в своих рассказах далеко не все честно передавала.
    В примечаниях к статье Фельштинский ссылается на некоторые труды Ленина, Троцкого и отдельных современных историков. Но все это лишь ради фона. Повторим: основной материал взят из "Руля" и перепечаток на его страницах из зарубежной периодики. В этом плане заявление Фельштинского в "Коммерсанте" о том, что его статьи в газете и журнале вводят в научный оборот "труднодоступные и забытые" документы, является прямым обманом. Мистификацией и саморекламой является и утверждение, что журнальная статья - "первая аналитическая статья в российской научной печати".
    Гипотетически можно написать статью и по одному или двум источникам. Но профессиональный историк знает о такой части источниковедения, как "критика источника" со всеми известными ее требованиями. Однако этого или сознательно, или по недостаточной исторической образованности в работе Фельштинского нет. Отсутствие этого критерия при анализе исторического материала вызывает у читателя не только недоумение, но и сомнение в честности авторской интерпретации излагаемых событий.
    В центре рассматриваемой статьи два вопроса: смерть Ленина, как результат его отравления, и государственный переворот, осуществленный якобы его соратниками.
    Им уделю главное внимание.
    Итак, вопрос об отравлении Ленина. К этому сюжету автор подбирается "издалека" - со всеобщего стремления руководящего ядра ЦК РКП(б) и ВЦИК РСФСР отстранить Ленина от занимаемой им должности Председателя Совнаркома РСФСР и фактического руководителя РКП(б). Первым, кто отважился на "это дело", по утверждению Фельштинского, стал Я. М. Свердлов. Почему же именно он? Уже на второй странице статьи (с. 35) автор пишет, что Свердлов был лично заинтересован в немедленном расстреле Ф. Каплан, которая стреляла в Ленина (эта версия и сегодня не доказана). Автор прямо не утверждает, что Председатель ВЦИК организовал это покушение, но его намеки на этот счет достаточно красноречивы. Он пишет: Ленин "мешал" Свердлову. Именно Свердлов, по утверждению автора, выступает инициатором "ссылки" Владимира Ильича вместе с Надеждой Константиновной в Горки. "Ленин,- читаем в статье,- рвался в Кремль. Его не пускали". Не пускал его Свердлов. Наконец, Фельштинский проговаривается: "Основной задачей Свердлова было продемонстрировать партактиву, что советская власть может обходиться без Ленина" (с. 36). А дальше целый набор фактических ошибок. Утверждается, что Свердлов был не только Председателем ВЦИК и Секретарем ЦК, но и занимал такие должности, как Председатель Политбюро и Председатель ЦК. Известно, что подобающих "званий" в партии ни тогда, ни впоследствии не было. Это, во-первых. Во-вторых, Свердлов познакомился с Лениным летом 1917 г. и был одним из преданнейших ему соратников. Между ними была, говоря словами одного из современных политических деятелей, "настоящая мужская любовь". О дружбе между Лениным и Свердловым и беспредельной преданности последнего делу Ленина и ленинизму убедительно, на большом фактическом материале, в том числе и архивном, показано в книге Е. Н. Городецкого и Ю. П. Шарапова "Свердлов" (ЖЗЛ, М. 1971). Не менее убедительны свидетельства Е. А. Преображенского. Между Лениным и Свердловым,- пишет он,- "была изумительная слаженность в работе". Свердлов "почти не задумывался над тем, что предлагал Владимир Ильич"... "там, где председателем был Свердлов, "решение принималось такое, какое постановил принять Центральный комитет" (см. История политических партий России. Энциклопедия. М. 1996, с. 594). О дружеских отношениях этих людей говорит и такой факт, вопреки советам и предосторожностям близких людей Ленин, узнав, что Яков Михайлович болен, находится в тяжелом физическом состоянии, навестил его буквально за час до смерти, хотя прекрасно понимал всю опасность соприкосновения с человеком, больным "испанкой" Такое отношение возможно только к самому близкому и дорогому человеку
    После смерти Свердлова в числе "борцов" против Ленина оказывается Дзержинский Фельштинский пишет "Дзержинский единственный (подчеркнуто мною - A3) партийный руководитель, открыто претендующий на пост Ленина" На чем же основывается это утверждение? Оказывается, на заметке из все той же газеты "Руль". О конкретных действиях Дзержинского по устранению Ленина автор не пишет Не пишет потому, что об этом ничего не сказано в "Руле" Не убедительны и слова автора о том, что Дзержинский затаил обиду на Ленина якобы из-за того, что Владимир Ильич во время голосования на Политбюро о создании комиссии "для восстановления прочного мира в Компартии Грузии" отказался голосовать за Дзержинского в качестве ее председателя Неужели Фельштинский не понимает, что это по крайней мере несерьезно? Из-за обиды - устранить Ленина и самому встать во главе Государства Через несколько строк опять искажение исторических фактов Автор пишет, что 12 декабря 1922 г. "Дзержинский получил от Ленина согласие свернуть свои дела в Кремле и фактически уйти в отставку" (с 43-44) Но в эти дни Ленин много и успешно работает по подготовке Пленума ЦК партии, пишет письма Троцкому с просьбой защитить и поддержать его позиции по вопросу внешней торговли. Занимается он и другими делами
    Небезынтересны и такие факты не без ведома и, вероятно, по инициативе Ленина Дзержинский с августа 1919 г назначается Наркомом внутренних дел, а в 1922 г Председателем ГПУ-ОГПУ
    И уж совсем абсурдно (именно так!) звучит запись о том, что против Ленина выступает и Нарком здравоохранения Н.А.Семашко Доказательств опять, конечно, никаких
    Наконец, на авансцену вступает И.Сталин "Сталин задумал отравить Ленина" Эта мысль является одной из ведущих в рассматриваемой статье. О том, что Ленин просил Сталина дать ему яд, в советской и зарубежной литературе упоминалось многократно. Уточним лишь некоторые аспекты этого вопроса Впервые такая просьба прозвучала 30 мая 1922 года. Сталин проинформировал об этом Марию Ильиничну Ульянову В дальнейшем Сталин оповестил об этом членов Политбюро – Зиновьева, Каменева и даже Троцкого которых Фельштинский квалифицирует как людей нашедших "выгодным для себя вступить в сговор со Сталиным, преследовавшим свою цель - устранение руководителя партии" (с 61)
    Существуют и другие мнения. Сошлемся на книгу "Тайные страницы истории" (М. 1955) американского историка Б.И.Николаевского, в целом единомышленника Фельштинского. Николаевский пишет "Самый факт обращения Ленина с этой просьбой (о яде - А3) к Сталину вызывает большие сомнения, в это время (в конце 1923 - начале 1924 г - A3) Ленин уме относился к Сталину без всякого доверия и непонятно, как он мог с такой интимной просьбой обратиться именно к нему" Приводя эту цитату в статье в газете "Коммерсантъ Фельштинский нисколько не смущается что она противоречит его главной идее. Лишь бы бездумно что-то написать - вот позиция нашего лениноведа!
    В чем же "вклад Фельштинского в освещение "тайны смерти Ленина"? Во-первых, этот сюжет изложенный в манере детектива содержит ряд путаных заявлений. Судите сами, автор пишет, что Ленин "не намерен был пассивно ожидать смерти от руки Сталина (с 45) и в то же время в очередной раз просил яд у Сталина. Следовательно Ленин не намерен умирать от руки Сталина и просил у него яд. Где же здесь историческая логика? Во-вторых, Ленин просит у Сталина яд в 1922 г затем, как я уже отмечал, якобы повторяет свою просьбу, а Сталин выжидает целых полтора года. Но не таков был характер Сталина, чтобы кому-нибудь рассказать о своей заветной мечте - захватить власть в партии и стране. В-третьих Фельштинский пишет, что Сталин уже в 1922 г вынес смертный приговор не только Ленину но и Троцкому. Это известно только одному Фельштинскому! Мало того, отравить Ленина, по Фельштинскому, считала необходимым и Н.К.Крупская. В доказательство этой версии автор ссылается на "рапорт" Сталина в Политбюро, опубликованный в 16-м томе его собрания сочинений, который был издан в США (писал ли Сталин рапорты?). "Пора отравить Ленина настала",- так звучат слова Крупской в передаче Сталина (с 55). Так Фельштинский причисляет Надежду Константиновну к сонму убийц Ленина.
    Учитывая, что этой новой версии никто ранее не писал, историк обязан был перепроверить ее, дополнительным материалом, учитывая, что она принадлежит такому мастеру мистификаций, каким был Сталин. Но Фельштинский этого не сделал, считая свое "открытие" (не свое, а сталинское) большой своей научной удачей
    В-четвертых, Сталин "травит" Ленина, по Фельштинскому, в январе 1924 г, но уже руками Г Ягоды Откуда это стало известно автору? Оказывается, из обрывков отдельных фраз, услышанных в кабинете Сталина не то помощником Сталина Г.Канером, не то другим его помощником – Б.Бажановым. Такая интерпретация приводится в книге Ива Дельбарса "Подлинный Сталин".
    При чтении этой новой детективной истории возникает ряд сомнений: в мемуарах Бажанова, написанных за рубежом, после бегства из СССР, этот эпизод не упоминается. Сталин, как опытный конспиратор и весьма подозрительный человек, вряд ли допустил бы в момент, когда он давал тайное задание Ягоде по умерщвлению Ленина, чтобы кто-либо входил в его кабинет.
    Зная варварские методы Сталина по уничтожению всех прямых или косвенных свидетелей его деяний, он не мог оставить Ягоду в живых вплоть до 1938 г когда последний был приговорен к расстрелу по так называемому "Право-центристскому блоку"
    Я уже писал об источниковой базе статей Фельштинского. Наступила пора сказать, что автор обошел вниманием общедоступную книгу академика медицины Ю.М.Лопухина Болезнь, смерть и бальзамирование В.И.Ленина (М., 1977) В сноске эта книга упоминается. Значит, автор знает о ней и обошел ее вниманием вовсе не случайно, а прежде всего потому, что в ней приведен текст медицинского заключения после вскрытия тела Ленина, которое есть основание здесь привести, ибо оно наносит "смертельный" удар по ведущей "концепции" Фельштинского
    Вот содержание этого скорбного документа "Основой болезни умершего является распространенный атеросклероз сосудов на почве преждевременного их изнашивания (Abantangsscerose) Вследствие сужения просвета артерий мозга и нарушения его питания от недостаточности подтока крови, наступили очаговые размягчения тканей мозга объясняющие все предшествующие симптомы болезни (параличи, расстройства речи) Непосредственной (подчеркнуто мною - А 3) причиной смерти явились 1) усиление нарушения кровообращения в головном мозгу, 2) кровоизлияние в мягкую мозговую оболочку в области четверохолмия" (с 43 ук. соч. Ю.М.Лопухина)
    Внимательное прочтение медицинского заключения показывает, что в нем даже нет намека на присутствие в организме Ленина яда. Но, может быть, Сталин, Ягода или кто-нибудь третий все сделали, чтобы скрыть этот факт? Нет! И еще раз нет! Хотя бы потому, что заключение подписали, наряду с российскими медиками - Осиповым, Розановым, Обухом, их зарубежные коллеги Форстер, Готье и другие, на которых воздействие власти и Сталина не распространялось К тому же Сталин начала 1924 года- это еще не Сталин 30-х годов
    Особо следует выделить ту часть врачебного заключения, в которой констатируется, что болезнь и смерть Ленина были вызваны его невиданной работоспособностью и как следствие переутомлением Достаточно открыть любую страницу "Биохроники", чтобы понять, как и сколько дел успевал он выполнить в течение дня.
    Возьмем последние дни февраля 1921 года. Десятки совещаний, встреч с людьми, работа с документами, письмами, решение внутренних и международных проблем, подготовка и участие в заседаниях Политбюро и СНК. Только перечень ленинских дел с 20 по 28 февраля составил более 20 страниц. Фантастически, немыслимо -- скажет сегодняшний читатель, имея в виду современных руководителей России, доклады, речи, тексты постановлений и даже реплики которым пишутся спичрайтерами, а сами они появляются на своем рабочем месте на час-другой.
    И еще о некоторых наблюдениях медиков, говорящих о феномене Владимира Ильича: несмотря на тяжелейшую болезнь мозга, он сохранил свой могучий интеллект, о чем, в частности, свидетельствуют его последние статьи, письма и выступления, охватывающие период с 23 декабря 1922 г по 2 ноября 1923 года.
    В подтверждение сошлемся на мысль Ленина, сформулированную в первом абзаце "Письма к съезду" так "о необходимости предпринять ряд перемен в нашем политическом строе" (Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 343). Предлагаемые "перемены" частично раскрываются и в других статьях этого периода, особенно в статье "О кооперации" (замечу они недостаточно расшифрованы, недостаточно показана и возможность их осуществления в условиях диктатуры пролетариата, которую Ленин считал необходимым сохранить).
    Нельзя забывать, что члены Политбюро, в том числе Сталин, Троцкий, Зиновьев, Каменев и другие, были согласны с идеями Ленина его взглядами на эволюционное развитие разноукладной экономики России. Я солидарен с предположением доктора исторических наук В.С.Лельчука о том, что "будь Ленин здоров и энергичен, каким его знали в 1917--1921 гг, история (России - А 3) могла бы пойти другим путем. Курс, в конечном итоге осуществленный под руководством Сталина, не был единственно возможным и неизбежным" (см Предисловие В.С.Лельчука к монографии Орлова И.Б. "Новая экономическая политика история, опыт, проблемы" М., 1999, с. 193).
    Однако вернемся к Фельштинскому Чувствуя шаткость своей позиции, он пишет "Для меня, как историка, новостью стало не то, что Ленина отравил Сталин, а то, что был заговор Дзержинского и Сталина" И сенсационным, "абсолютно сенсационным", как подчеркивает автор в "Коммерсанте", стало письмо секретаря ЦК Л.П.Серебрякова наркому соцобеспечения А.Н.Винокурову от 10 июля 1922 г, позаимствованное из того же "Руля", из которого явствует, что "Дзержинский и Смидович (член Президиума ВЦИК) охраняют Ленина, как два бульдога и никого не допускают к нему". И в этой, повторим, "абсолютной сенсации" снова ошибки, позаимствованные Фельштинским из "Руля". Назовем некоторые из них
    Серебряков Секретарем ЦК РКП(б) являлся с 1919 по 1920 годы, 13 января 1922 г становится начальником ПУРа РККА, а в мае 1922 г назначается на должность заместителя Наркомпути, исполняет обязанности Наркома. Винокуров был Наркомом соцобеспечения с 1918 по 1921 гг, а в 1922 г он уже на другой государственной работе. Ошибки в биографических данных Серебрякова и Винокурова вызывают сомнение в достоверности самого письма. Автор пишет, что оно первоначально было опубликовано в "Times", затем в "Руле", а через строчку читаем, что лично им этот "документ" обнаружен в единственном экземпляре (подчеркнуто мною - А 3 ) в университете Беркли в Сан-Франциско. Письмо публикуется в газете, затем в единственном экземпляре обнаруживается в Беркли. Где же правда? И еще авторитетнейший в США университет, в котором я имел честь читать лекции, находится не в Сан-Франциско, а в Беркли и называется Университет Калифорнии в Беркли. Живущий в США много лет господин Фельштинский это знает. Но он, в малом и большом, преднамеренно путает читателя, а возможно, для него важно любым способом заявить о себе в России, а не искать Истину. Так Фельштинский неоднократно говорит, что вокруг Ленина во время его болезни Дзержинским и другими создавалась обстановка полной изоляции, но, например, достоверно известно, что в ноябре - декабре 1923 г Ленина в Горках навещали Н.И.Бухарин и Е.А.Преображенский. Первый из них в это время отдыхал в Горках в пансионате, был в близких отношениях с семьей Владимира Ильича и, естественно, часто бывал у тяжело больного Ленина.
    Кратко остановимся на вопросе о так называемом государственном перевороте.
    Фельштинский пишет "Поскольку отставка Ленина, объявленная одним лишь "Рулем", произошла негласно и сам Ленин об этом не знал, мы вправе (т е автор - A3) назвать происшедшее государственным переворотом" (с 42).
    Этот пассаж из статьи я прочитал несколько раз и был крайне удивлен, когда понял, что о мнимой отставке Ленина известно только газете "Руль", Фельштинский же придает этому "факту" значение открытия, утверждая, что это была не только отставка, но и прямой государственный переворот.
    Когда произошел этот "переворот", кто его организовал, кто заменил Ленина на посту Председателя Совнаркома и много других не менее важных вопросов не прояснены. Они и не интересуют автора. Его задача "погромче крикнуть".
    По существу же вопроса можно сказать следующее государственный переворот (об этом знает каждый второкурсник университета) предполагает смену государственного строя, отстранение от власти существующего правительства и назначение или самопровозглашение нового. Всего этого не произошло в РСФСР в начале 20-х годов. Более того, сам Ленин не знал и не мог знать об этой ситуации. Несмотря на периодическое обострение болезни, он продолжал осуществлять свои обязанности председателя Правительства. О том, что в нашей стране произошел государственный переворот, знали только в "Руле". Именно на его страницах появились дополнительные, хотя и противоречивые, сообщения о том, что на пост Председателя СНК предполагаются такие фигуры, как Бухарин, Сталин, Крестинский, Каменев и даже Семашко, а временно эту должность передали Рыкову (кто передал Рыкову?).
    Безответственность Фельштинского дошла до того, что он в сюжет о перевороте "для полноты картины", как он пишет, включил без каких-либо комментариев перепечатку из "Руля", содержащую сообщение о том, что Ленин в июне 1922 г был "отравлен в поезде во время поездки на Кавказский курорт, а его труп был выброшен из поезда при пересечении моста через реку Дон, под Ростовом" (с 42) Вовсе не для "полноты картины" потребовалась Фельштинскому явная фальшь, а для придания еще большей сенсационности "научному" опусу, опровергать который нет даже необходимости. Ленин никогда не был на Минводах, никогда не путешествовал по Кавказу, и, естественно, никакого "трупа" не было.
    Еще более фантастической выглядит приведенная автором тут же заметка из "Associated Press", о том что некий член Исполкома III Интернационала является сообщником убийства Ленина и выступает в роли Советского Премьера. Фельштинский по этому поводу лишь стыдливо оговаривается "Правдоподобного в этой истории было мало". Но уже через несколько строк замечает "Сущность эксцентрической заметки, однако, абсурдной не была". И все! Понимай, как хочешь Круг, как говорят, замкнулся.
    Подведу общий итог. В политической биографии Ленина, как и многих других вождей, имелись и, вероятно, имеются до сих пор тайны Некоторые из них не разгаданы и не объяснены Но вместе с тем ясно, что этот харизматический лидер не был заложником истории, а являлся ее творцом Предложенная же Фельштинский история "тайны смерти" Ленина, построенная, как я пытался показать, на недостоверных и частично сфальсифицированных фактах, оказалась мыльным пузырем, лопнувшим при соприкосновении с действительно мученической смертью Ленина.

    А.И.Зевелев, доктор исторических наук, профессор
    Вопросы истории №8, 1999.

    Другие случаи фальсификаций Фельштинского:
    http://web.mit.edu/fjk/www/Trotsky/Prestupleniia/prestupleniia-13.shtml
    http://web.mit.edu/fjk/Public/essays-R/Felshtinsky.html
    http://www.gramotey.com/?open_file=1269043676
    http://kommari.livejournal.com/657671.html#cutid1
    Thursday, July 19th, 2012
    10:38 am
    Дин Рид. Открытое письмо А.Солженицину
    Никто из писателей советской эпохи не нанес столь огромного ущерба репутации СССР, как Солженицын. Вся Европа прочитывала книги, где Советский Союз представлялся как одна большая тюрьма. Именно книги Солженицына внесли немалую лепту в развал страны, за что он получи свою Нобелевскую премию.

    Однако в капиталистической Америке находились люди, которые умели смотреть сквозь призму лжи и видеть саму суть. Дин Рин — американский певец, киноактёр, кинорежиссёр и общественный деятель, в далеком 71-м году опубликовал открытое письмо А. Солженицыну, в котором актер назвал все обвинения Солженицына в отношении Советского Союза ложными.

    Дорогой коллега по искусству Солженицын!

    Я, как американский артист, должен ответить на некоторые ваши обвинения, публикуемые капиталистической прессой во всем мире. По моему мнению, они являются ложными обвинениями, и народы мира должны знать, почему они ложные.

    Вы заклеймили Советский Союз как «глубоко больное общество, пораженное ненавистью и несправедливостью». Вы говорите, что Советское правительство «не могло бы жить без врагов, и вся атмосфера пропитана ненавистью, и еще раз ненавистью, не останавливающейся даже перед расовой ненавистью». Вы, должно быть, говорите о моей родине, а не о своей!

    Ведь именно Америка, а не Советский Союз, ведет войны и создает напряженную обстановку возможных войн с тем, чтобы давать возможность своей экономике действовать, а нашим диктаторам, военно-промышленному комплексу наживать еще больше богатства и власти на крови вьетнамского народа, наших собственных американских солдат и всех свободолюбивых народов мира! Больное общество у меня на родине, а не у вас, г-н Солженицын!

    Именно Америка, а не Советский Союз, превратилась в самое насильственное общество, которое когда-либо знала история человечества. Америка, где мафия имеет больше экономической власти, чем крупнейшие корпорации, и где наши граждане не могут ходить ночью по улицам без страха подвергнуться преступному нападению.

    Ведь именно в Соединенных Штатах, а не в Советском Союзе свои же сограждане убили в период с 1900 года больше людей, чем число всех американских солдат, погибших в боях в первой и второй мировых войнах, а также в Корее и во Вьетнаме! Именно наше общество считает удобным убивать любого и каждого прогрессивного лидера, который находит в себе мужество поднять голос против некоторых наших несправедливостей. Вот что такое больное общество, г-н Солженицын!

    Далее вы говорите о расовой ненависти! В Америке, а не в Советском Союзе, на протяжении двух столетий остаются безнаказанными убийства негров, которых держат в полурабстве. В Америке, а не в Советском Союзе, полиция без разбору избивает и арестовывает любого и каждого негра, пытающегося выступить в защиту своих прав.

    Затем вы говорите, что «свобода слова, честная и полная свобода слова — вот первое условие здоровья любого общества, и нашего также». Попытайтесь распространить эти мысли среди страдающих народов, вынужденных бороться за существование и жить вопреки своей воле под гнетом диктаторских режимов, держащихся у власти лишь благодаря военной помощи США.

    Скажите о своих мыслях людям, чье «здоровье» заключается лишь в том, что половина их детей умирает при рождении, так как у них нет денег на врача, и они всю свою жизнь мучаются из-за отсутствия медицинского обслуживания. Скажите об этом людям капиталистического мира, чье «здоровье» состоит в том, что всю свою жизнь они проводят в постоянном страхе перед безработицей. Скажите американским неграм, как много им помогли на деле «здоровье» и «свобода слова» в процессе их справедливой борьбы за равноправие с белыми, когда после двух столетий «свободы слова по-американски» во многих районах США считают, что убить негра — это все равно что поохотиться на медведя!

    Скажите трудящимся капиталистического мира о ваших идеях по поводу «свободы слова как первого условия здоровья», если из-за нехватки денег их сыновья и дочери не смогут развить свои умственные способности в школе, а поэтому никогда не сумеют даже научиться читать! Вы говорите о свободе слова, тогда как бóльшая часть населения земного шара пока еще говорит о возможности научиться читать слова!

    Нет, г-н Солженицын, ваше определение свободы слова как первого условия здоровья неверно. Первое условие заключается в том, чтобы сделать страну достаточно здоровой морально, умственно, духовно и физически, с тем чтобы ее граждане умели читать, писать, трудиться и жить вместе в мире.

    Нет, г-н Солженицын, я не принимаю вашего первого условия здоровья общества и особенно в вашем определении и контексте. Моя страна, известная своей «свободой слова», — это страна, где полиция нападает на участников мирных походов. В моей стране разрешены мирные походы, и в то же время продолжающаяся война губительно отражается на жизни вьетнамского народа, ибо демонстрации, разумеется, нисколько не меняют политику правительства. Неужели вы действительно думаете, что военно-промышленный комплекс, правящий моей страной и пол миром, печется о «свободе слова»?! Правители его сознают, что они, и только они, обладают властью принимать решения. Воистину, свобода слова на словах, но не на деле!

    Вы заявляете также, что Советский Союз идет не в ногу с ХХ веком. Если это и верно, то потому, что Советский Союз всегда идет на полшага впереди ХХ века! Неужели вы предлагаете вашему народу отказаться от своей роли вождя и авангарда всех прогрессивных народов мира и вернуться к бесчеловечным и жестоким условиям, существующим в остальной части земного шара, где несправедливость воистину изобилует в атмосфере чуть ли не феодальных условий многих стран? Г-н Солженицын, в статье далее сказано, что вы — «многострадальный писатель из Советского Союза». По-видимому, это означает, что вы много страдаете из-за отсутствия моральных и общественных принципов и что ваша совесть мучает вас в тихие ночные часы, когда вы остаетесь наедине с собой.

    Верно, что в Советском Союзе есть свои несправедливости и недостатки, но ведь все в мире относительно. В принципе и на деле ваше общество стремится к созданию подлинно здорового и справедливого общества. Принципы, на которых построено ваше общество — здоровы, чисты и справедливы, в то время как принципы, на которых построено наше общество, жестоки, корыстны и несправедливы. Очевидно, в жизни могут быть ошибки и некоторые несправедливости, однако несомненно, что общество, построенное на справедливых началах, имеет больше перспектив прийти к справедливому обществу, нежели то общество, которое строится на несправедливости и эксплуатации человека человеком. Общество и правительство моей страны отстали от времени, потому что их единственная цель заключается в стремлении сохранить во всем мире статус-кво. Именно ваша страна стремится делать прогрессивные шаги во имя человечества, и если в чем-то она несовершенна и порою спотыкается, то мы не должны осуждать за эти недостатки всю систему, а должны приветствовать ее за мужество и стремление прокладывать новые пути.

    Искренне ваш, Дин Рид

    Огонек № 5 (2274), 1971 г.

    Литературная газета № 5, 1971 г.
    Thursday, June 28th, 2012
    7:29 am
    США, как прибежище нацистских преступников
    Американская разведслужба прятала от международного правосудия десятки нацистских военных преступников и их пособников, свидетельствует шестисотстраничный доклад Министерства юстиции США, содержание которого скрывали четыре года. В конце концов под угрозой судебного иска министерство выпустило отредактированную версию, откуда самые чувствительные фрагменты были исключены. Однако полная версия доклада попала в распоряжение газеты The New York Times.

    Самым выдающимся военным преступником, с которым сотрудничало ЦРУ, оказался Отто фон Болшвинг, пишет "Независимая газета". Это сотрудник ведомства Адольфа Эйхмана, который непосредственно участвовал в разработке плана чистки Германии от евреев. Содействие фон Болшвингу в получении убежища Вашингтон оказал в 1954 году, и фон Болшвинг стал работать на ЦРУ.

    Все же Министерство юстиции решило в 1981 году добиваться депортации фон Болшвинга из США. Но он в том же году умер в возрасте 72 лет.

    Среди укрытых ЦРУ фашистов оказались и другие заметные деятели Третьего рейха. Например, Артур Рудольф, который руководил заводом боеприпасов Mittelwerk. На этой должности он организовывал использование подневольного труда угнанных в Германию рабочих и военнопленных. Власти США на это пятно в биографии Рудольфа закрыли глаза и доставили его в Америку. Ведь Рудольф многое знал о производстве ракет. NASA отметило его заслуги наградой. Его называют отцом ракеты Saturn 5.

    О сотрудничестве ЦРУ с ветеранами фашизма было известно и ранее - их использовали в качестве источников развединформации, а также как ученых. Но данный доклад проливает свет на уровень сотрудничества американских спецслужб с самыми закоренелыми преступниками. Доклад выяснил также, что нацистских преступников допустили в США, зная об их прошлом. "Америка, которая гордилась тем, что стала надежным прибежищем для преследуемых, стала - в небольшой степени - надежным прибежищем также и для преследователей", - говорится в нем.

    Но он все же ставит под сомнение названную ранее цифру в 10 тысяч фашистских преступников - видимо, в США их оказалось все же меньше. К тому же Служба специальных расследований выявила более 300 фашистов, которые не были допущены в США, либо лишены гражданства и депортированы.

    Доклад составил старший юрист Минюста Марк Ричард, который в 1999 году уговорил генпрокурора Джанет Рино начать работу. Он же отредактировал окончательную версию в 2006 году и призвал руководство ведомства опубликовать доклад, но получил отказ. Заболев раком, он сказал семье и друзьям, что хотел бы увидеть доклад опубликованным при своей жизни. Марк Ричард умер в июне 2009 года. Выступая на его похоронах, генпрокурор Эрик Холдер сказал, что говорил с Ричардом за неделю до смерти, и он все еще пытался добиться обнародования доклада.

    И лишь после смерти Ричарда вашингтонский адвокат Дэвид Собел и общественная организация "Архив национальной безопасности" подали в суд с требованием опубликовать доклад согласно закону о свободе информации. Минюст сначала попытался обжаловать иск, но в конце концов передал Собелу копию части доклада, но и там более 1000 фраз и сносок были исключены.

    Минюст утверждает, что доклад, который готовился в течение 10 лет, официально так и не был закончен и не представляет официальных выводов. Ведомство также упомянуло "многочисленные фактические ошибки и недомолвки", но не указало, в чем конкретно они заключаются.

    Раздобыв полный текст и сравнив с урезанным, газета The New York Times обнаружила, что скрыть от общественности пытались конфликт со Швейцарией по поводу награбленных фашистами драгоценностей и безуспешные попытки добиться сотрудничества от властей Латвии.

    Нежелание Минюста опубликовать доклад может вызвать политические затруднения для президента США Барака Обамы. Ведь он взялся сделать свою администрацию самой открытой за всю историю страны, а координацию работы по рассекречиванию правительственных архивов он поручил именно Минюсту.

    Напомним, еще в 2006 году были рассекречены документы, которые свидетельствуют о работе американских разведслужб с нацистами на территории оккупационной зоны в Германии. Эти документы показывают также, что разведка Западной Германии в 1950-е годы располагала информацией, достаточной для захвата оберштурмбанфюрера SS, известного военного преступника Адольфа Эйхмана, но не сделала этого, опасаясь, что Эйхман может обнародовать сведения о нацистском прошлом Ганса Глобке - тогдашнего главы секретариата канцлера Германии и ближайшего помощника Конрада Адэнауэра.

    Американские власти не только сознательно укрывали нацистских преступников, но и использовали их против СССР. Поводом затронуть эту тему стала кончина нацистского военного преступника Питера Эгнера, а по совместительству гражданина США, причастного к уничтожению 17 тысяч человек в концлагере Старо-Саймиште. Он умер на прошлой неделе в возрасте 88 лет, так и не понеся наказания за свои преступления.

    Его выдачи требовали сербские и израильские власти, однако американцы затянули дело и дали нацисту преспокойно умереть. Это далеко не первый случай, когда власти США и европейских стран под разными предлогами не выдают нацистских преступников. Вот, например, история с Сандором Кепиро, возглавляющим список наиболее разыскиваемых Центром Симона Везенталя лиц, обвиняемым в организации убийства как минимум 1250 мирных жителей в сербском Нови Саде в 1942 году.

    Хотя венгерские власти признали его виновным в совершении этого преступления еще в 1944 году, он так и не понес наказания. Кроме Венгрии в списке стран, прилагающих наименьшие усилия в розыске нацистских преступников, находятся Норвегия, Швеция, Сирия, Эстония, Литва и Украина.
    Но и это еще не все. Газета The Times писала, что ЦРУ предприняло попытки завербовать по меньшей мере 23 военных преступников. Известно, что на эту спецслужбу работал высокопоставленный офицер СС Теодор Саевек, ответственный за депортацию евреев из Северной Африки и подавление Движения сопротивления в Италии. Ни Израилю, ни Италии так и не удалось добиться его выдачи. Хорошо знакомо ловцам нацистов и имя Карла Хасса, нежданно-негаданно перевоплотившегося из гитлеровца в ревностного служителя американской демократии.

    А на тех же англичан в послевоенное время работал видный гестаповец Хорст Копков, помогавший им бороться против советского шпионажа. Оказывается, американцам и их союзникам непосредственные носители опыта Холокоста и воплотители плана "Ост" понадобились для борьбы с подъемом коммунизма в Европе. В связи с этим союзники препятствовали иммиграционным властям в депортации таких лиц и даже разглашении их имен.
    Особый интерес вызывают бывшие советские граждане, отличившиеся на службе Третьему рейху. Как известно, согласно Ялтинским соглашениям 1945 года, все представители коллаборантов, имевших ранее советское гражданство, так или иначе сотрудничавших с нацистами, после разгрома Германии должны были быть выданы СССР. В основном это соблюдалось неукоснительно. Были выданы практически все руководители РОА, оказавшиеся в руках союзников. Например, генералы Жиленков и Малышкин, не говоря уже о рядовом составе власовской армии.

    По крайней мере семь тысяч власовцев, а также тысячи эсэсовцев укрылись во Французском иностранном легионе, после службы в котором "всплыли" в тех же Австралии и Штатах под другими именами. Впрочем, кое-кто из бежавших на Запад коллаборантов особо не скрывался, но так и не был выдан СССР. Вот украинец Мыкола Лебедь, также обвиняемый в военных преступлениях, работавший как на армейскую контрразведку США, так впоследствии и на ЦРУ. Но особенно выделяется мрачная фигура господина Майкопского, видного гестаповца, совершившего немало злодеяний на той же Украине.

    Известно также и о секретной встрече в августе 1944 года нацистских лидеров с ведущими германскими промышленниками для планирования организации послевоенной секретной международной сети, которая должна была снова привести их к власти. Встреча проходила под председательством некоего "Доктора Шейда", Обергруппенфюрера (генерала) СС и директора компании "Хермсдорфф и Шенберг", а среди её участников были официальные представители семи немецких компаний, включая Круппа, Релинга, Мессершмидта и Фольксвагена. Известный коммунист, автор книги "Мафия СС" Виктор Александров приводит цитату Шейда, сказавшего, что битва за Францию проиграна, и "с сегодняшнего дня: Германская промышленность должна осознать, что война не может быть выиграна, и ей необходимо предпринять шаги в подготовке к послевоенной коммерческой кампании". "Как только (Нацистская) партия станет достаточно сильной, чтобы восстановить свой контроль над Германией, промышленникам будет заплачено за их усилия и сотрудничество предоставленными концессиями и заказами", - говорится далее.

    Эту же тему поднимает и репортер К.Симпсон в книге "Обратный удар", утверждая, что после второй мировой войны ЦРУ субсидировало нацистских эмигрантов с тем, чтобы они заложили сильную крайне правую основу в США. Эти нацисты заняли видные позиции в "этнических комитетах по предоставлению помощи нуждающимся" при республиканской партии. Симпсон документально подтверждает тот факт, что эти нацисты прибыли в Америку не как индивиды, а как часть организованных групп для решения фашистских политических задач.

    Симпсон показывает, как Госдеп и ЦРУ включили высокопоставленных нацистов в платежные ведомости разведслужб "за использование их знаний и опыта в ведении пропаганды и психологической войны", а также с другими намерениями. Наиболее важным нацистом, который работал на США, был Рейнхард Гелен, самый высокий чин военной разведки Гитлера на восточном фронте. После того, как поражение Германия стало очевидным, Гелен предложил США определенные уступки в обмен на его собственную защиту. Он способствовал стимулированию пропаганды холодной войны в интересах правого политического крыла в этой стране, и помогал американцам формировать восприятия холодной войны.

    Последствия этого "переселения" и "адаптации" нацистов в ноябре 1988 г. раскрыла небольшая газета "Вашингтон Джюиш Уик", утверждая, что в коалицию, поддерживающую избирательную кампанию Буша, входит ряд откровенных нацистов и антисемитов. Эта тема несколько лет спустя была подхвачена К. Симпсоном, рассказавшем о том, что отец и дед Джорджа Буша-ст. имели непосредственное отношение к финансированию Адольфа Гитлера.

    9 мая 1984 г. Симон Визенталь завил: "Нацистские преступники извлекли самую большую выгоду из холодной войны". Менталитет холодной войны, крикливо разрекламированный Р. Геленом и другими нацистами, стал приютом для десятков тысяч нацистских преступников. Помощь крайне правым в этой стране в продвижении истерии холодной войны стала "причиной существования" нацистских военных преступников в США. Как говорит К. Симпсон, холодная война стала тем средством для преступников, которое позволило им "избежать ответственности за убийства, совершенные ими".
    Время от времени в США всплывали неприглядные факты укрывательства бывших нацистов и их пособников. В марте 1977 г. Эйлберг, в то время член палаты представителей от штата Пенсильвания, отправил в Пентагон запрос относительно 48 лиц, подозреваемых в военных преступлениях, в том числе и бывшего бургомистра белорусского города Клецка Ясюка, участвовавшего в расстрелах мирных жителей. Из Пентагона был получен ответ, что имени Ясюка в армейских досье нет. Однако его досье существовало и хранилось под грифом "Содержит секретные данные, рассмотрению Конгресса не подлежит".

    В 1983 г. эффект разорвавшейся бомбы произвело сообщение о том, что бывший шеф гестапо в Лионе Клаус Барбье находился в свое время на денежном содержании американской разведки, а в 1951 г., пользуясь ее возможностями, выехал из Европы в Боливию. Когда французские сыщики вышли на след преступника, американцы дали ему возможность скрыться. В Латинской Америке Барбье быстро установил контакты со старыми знакомыми по службе в СС, был советником тайной полиции Боливии.
    В 1978 г. контрольно-ревизионное управление Конгресса опубликовало доклад, в котором говорилось, что ЦРУ использовало 21 нацистского преступника в качестве "источника информации", а девять из них были платными сотрудниками разведывательного ведомства. В конце 1980 г. министерство юстиции США признало, что в его распоряжении находится около пятисот досье на военных преступников, однако большинство их лежит без движения.

    Красноречив пример самого известного диверсанта, обер штурмбаннфюрера СС Отто Скорцени, арестованного американцами в мае 1945 года. Ему было предъявлено обвинение в расстреле военнопленных во время наступления в Арденнах. Однако в сентябре 1947 г. американский военный трибунал в Дахау оправдал бравого гитлеровского вояку. Генерал Макклур заметил: "Я бы гордился, если бы эти парни служили в одном из подразделений, которыми я командовал".

    В 1948 году Скорцени был вновь арестован - поступило требование о выдаче эсэсовца Чехословакии. Однако он при таинственных обстоятельствах бежал из заключения. Вездесущие журналисты позднее раскопали, что побег для диверсанта N 1 устроила военная полиция. Утверждали, что, находясь в американском плену, Скорцени создал подпольную организацию СС, которая в досье спецслужб США сначала фигурировала как "Движение Скорцени", потом как "Братство" и, наконец, "ОДЕССА" - немецкая аббревиатура "Организация бывших служащих войск СС".

    В 1951 году имя Скорцени совсем вычеркнули из разыскных списков военных преступников. Матерый эсэсовец дожил до преклонных лет и умер в Испании в июле 1975 года. "Старые бойцы" устроили ему пышные похороны, а через несколько лет перенесли прах в его родную Вену.

    Конструктор ракет "Фау-1" и "Фау-2" Вернер фон Браун оказался в США в 1945 году. Вместо того чтобы сесть на скамью подсудимых, он стал работать в Космическом центре в Алабаме и в 1960 г. был назначен его руководителем. При этом не замечались "мелкие" факты, что фон Браун, руководитель научно-испытательного центра ракетостроения в Пенемюнде, был офицером СС и прямо причастен к гибели тысяч подневольных рабочих и узников концлагерей в подземных цехах концерна "Дора".

    С еще большим скрипом работала судебная машина Западной Германии и Западного Берлина. Хотя после войны здесь было проведено около ста тысяч судебных разбирательств, наказаниям подверглись лишь 6465 человек. Приговоры строгостью не отличались. 12 были приговорены к высшей мере наказания, 163 подсудимых получили пожизненное заключение, но очень многие преступники отделались легким испугом.

    В ФРГ распространились различные идеи смягчения наказаний для военных преступников, в том числе срок давности. В судебной практике были фактически узаконены понятия "непосредственный исполнитель" и "лицо, совершившее преступление в силу приказа". В результате этой юридической уловки были оправданы тысячи убийц.

    Земельный суд в Гамбурге оправдал бывшего коменданта учебного эсэсовского лагеря Травники штурмбаннфюрера СС Штрейбеля, принимавшего активное участие в кровавых расправах над узниками многих конц лагерей. Сотни свидетелей из разных стран дали убедительные показания о его зверствах. Ну и что же - Штрейбель лишь выполнял приказы!
    Для осуждения командира роты 15-го полицейского полка СС капитана Пельса свидетели не требовались. Он сам вел протокол своих преступлений, составляя и подписывая отчеты о карательных акциях. Только за полтора осенних месяца 1942 г. под руководством и при личном участии этого эсэсовца в Белоруссии были расстреляны 1170 человек, из них 356 детей и 463 женщины. Западногерманский суд оправдал и этого палача.

    Благодаря маневрам западногерманской юстиции, а также "сердоболию" англо-американских оккупационных властей сохранили свои жизни, а затем и получили свободу 8 из 12 руководителей главных управлений СС, а в целом - 16 из 30 высших руководителей СС и полиции. Из 53 тысяч эсэсовцев, которые исполняли приказ об истреблении "неполноценных народов" в составе "ейнзатцгрупп", были привлечены к судебной ответственности лишь примерно шестьсот человек.

    Политика попустительства привела к тому, что тюрьма для военных преступников в Ландсберге быстро опустела. К началу 1951 г. за решеткой оставались только 142 бывших нациста. А после того, как в феврале того же года верховный комиссар США Джон Мак-Клой помиловал сразу 92 заключенных, тюрьму и вовсе можно было закрыть.

    Казалось, после Нюрнбергского процесса у руководства ФРГ были в руках все средства, чтобы подвести окончательную черту под нацистским прошлым. Но канцлер Конрад Аденауэр тогда решил по-другому - он вовсе не отвергал сотрудничество со старыми кадрами. При этом еще и философствовал: "Грязную воду не выплескивают, когда нет чистой".

    Уже в 1952 г. бывшие нацистские чиновники, включая сотрудников гестапо, согласно федеральному Закону-131 получили право занимать публичные должности в государстве. Но кульминацией этого процесса стал закон об освобождении от судебного преследования, вступивший в силу в 1954 году. По свидетельству историка Норберта Фрея, "почти со всех были сняты обвинения, и никто больше не считался преступником". Затем пришла пора ползучей амнистии. В 1960 г. Бундестаг подтвердил действие двадцатилетнего срока давности лет за убийство, а в 1968 г. - за содействие убийству. В соответствии с этим были прекращены судебные дела против почти трехсот бывших сотрудников Главного управления имперской безопасности.
    Другой маневр юстиции ФРГ заключался в освобождении от наказания военных преступников, осужденных в странах, в которых остался их страшный след. Так, генерал-полковник СС Ламмердинг, заочно приговоренный в Бордо (Франция) к смертной казни за преступления против человечности и военные преступления, виновник смерти семисот жителей печально известного селения Орадур, в том числе более пятисот женщин и детей, спокойно жил в Дюссельдорфе и занимался делами своей строительной фирмы.

    Советским судом были рассмотрены дела нескольких палачей из концлагеря Заксенхаузен. Главный врач Гейнц Баумкеттер был причастен к истреблению многих тысяч людей. Густав Зорге - "железный Густав" - лично замучил и расстрелял тысячи заключенных. Выделявшийся особой жестокостью Вильгельм Шубер лично расстрелял 30 немецких, 33 польских, 636 советских граждан, принял участие в казнях 13 тысяч военнопленных. Все они были приговорены к длительным срокам тюремного заключения и в числе других военных преступников были переданы властям ФРГ для отбывания наказания. На родной земле многие эти головорезы были сразу же освобождены. Каждому выдали пособие в шесть тысяч марок, а Баумкеттера трудоустроили по специальности в один из госпиталей.

    Неэффективность западных юридических механизмов можно объяснить не только обстановкой "холодной войны" и разладом среди бывших союзников, создавших новые военно-политические блоки. Действиям правосудия мешало фашистское подполье, которое располагало большими ресурсами. В органах власти и управления разных стран было немало единомышленников гитлеровских "сверхлюдей". В ряде государств продолжали существовать фашистские или близкие к ним режимы. Все это позволило очень многим нацистам скрыться от правосудия и прожить еще долгие годы под чужим именем далеко за пределами Германии.

    Кто помогал им в таких побегах? Версию о действиях организации "ОДЕССА", к созданию которой был причастен Отто Скорцени, высказывает известный немецкий писатель Гвидо Кнопп в книге "СС: черная инквизиция".

    Он ссылается на данные американской секретной службы, по которым именно "ОДЕССА" занималась переправкой в страны Латинской Америки, Ближнего Востока, Южной Африки. Как знать, может, именно она была причастна и к убийству во Львове украинского журналиста-антифашиста Ярослава Галана.

    Действительно, без помощи организации трудно объяснить успешный побег из Германии таких видных нацистов, как Йоган фон Леерс, Алоиз Брюннер, Фридрих Швендт, Клаус Барбье, Йозеф Менгеле. Как правило, они находили убежище под крылом диктаторских и экстремистских режимов. Есть основания полагать, что бывшие эсэсовцы помогали создавать террористические организации и секретные службы, не забывая совершенствовать сеть своей агентуры на всех континентах, а она и поныне, подобно гигантскому спруту, охватывает своими щупальцами в ряде стран круги крайне правых политиков, систему юстиции и исполнения наказаний, секретные службы, крупные финансовые и бизнес-структуры.

    В секретных перемещениях бывших нацистов участвовало много лиц, организаций и органов власти. Такие палачи, как Адольф Эйхман, попали в Южную Америку через столицу Италии. Секретный агент американцев Ла Виста называл ряд католических организаций, которые якобы занимались нелегальными путешествиями эсэсовцев и их приспешников. Ключевым звеном тайного механизма был епископ, доктор Алоис Худал - ректор колледжа священников "Коллегио тевтоника" для говорящих на немецком языке при церкви Святой Девы Марии в Риме.

    Бывший комендант концлагеря Франц Штангль свидетельствовал: "30 мая 1948 г. я бежал из следственной тюрьмы в Линце. Узнав, что епископ Худал, служивший при Ватикане, помогает католикам - офицерам СС, я отправился в Рим". Штангль возглавлял лагеря смерти в Собиборе и Треблинке, в которых было уничтожено более девятисот тысяч узников. В Риме он попал в "добрые" руки епископа Худала, который предоставил ему приют, снабдил паспортом Красного Креста, визой на въезд в Сирию, а также билетом на пароход и адресом для устройства на работу в Дамаске.

    Через Худала можно было получить не поддельный, а самый настоящий паспорт. В этом непростом деле очень кстати пришлась организация, которая задалась целью помогать всем нуждающимся невзирая на политические убеждения, - Международный комитет Красного Креста (МККК). Сугубо мирная структура, возможно, сама того не ведая, превратилась в перевалочный пункт для нелегалов. Порядок в Красном Кресте тогда был такой, что документы выписывались на любое имя, которое называл человек, обратившийся за помощью. Для идентификации было достаточно подтверждения Папской комиссии помощи.

    За получением въездных виз Худал предпочитал обращаться в представительство Аргентины, президент которой Хуан Перон питал симпатии к нацистской Германии. За работой Международного военного трибунала он наблюдал с явным неудовольствием. Перон называл Нюрнбергский процесс "величайшей несправедливостью, которую история не простит". Беглые нацисты чувствовали себя в Аргентине как дома. У них был свой журнал "Путь" с четко выраженной антисемитской позицией. Помещения издательства стали любимым местом встреч бывших эсэсовцев. Журнал поддерживал контакты с такими матерыми волками нацизма, как Йозеф Менгеле и Адольф Эйхман.

    Полковник Ганс-Ульрих Рудель, известный немецкий летчик-ас, любимец фюрера, основал в Аргентине организацию "Дело соратников". У него были прочные позиции, прибыльный бизнес. В числе друзей летчика был сам президент Перон. Многие дела по торговле оружием Рудель вел с эсэсовцем Вилемом Зас сеном, приговоренным в Бельгии к смертной казни. Оба партнера поддерживали дружеские отношения с диктаторами Альфредо Стресснером в Парагвае и Аугусто Пиночетом в Чили и были их советниками.
    7:27 am
    Как Н.Стариков "спонсоров революции" разоблачал
    Оригинал взят у master_vict в О том как Николай Стариков разоблачил спонсоров революции.

    В своей статье "Как революционеры возвращали долги спонсорам" Стариков продолжает врать про мифических спонсоров революции. Строго говоря ничего нового по сравнению с тем что написано в его книге "Кризис: как это делается" нет, но так как Стариков решил еще раз повторить свою ложь, прокомментирую ее еще раз и я тоже, несмотря на то что я писал об этом в своих комментариях к его книге.

    В данной статье вранье Старикова разбито на 3 части:

    Лена Голдфилдс
    Закупка у шведов паровозов, которую Стариков назвал "Шведский бизнес".
    Концессии, которую Стариков озаглавил "Сделка с дьяволом".

    Теперь все по порядку.
    Лена Голдфилдс

    Сначала ложь про Троцкого. Цитирую:

    напомним, что этот пламенный русский революционер еврейского происхождения около 12 лет в начале ХХ века провёл на Западе и даже умудрился получить американский паспорт

    Обратите внимание на чисто геббельсовский прием манипуляции фактами. Из этой фразы можно сделать вывод что Троцкий получил американский паспорт потому что провел на Западе 12 лет, он скромно умалчивает о том что из этих 12 лет, 7 лет он провел в Австрии, в Вене, а в США он пробыл всего 3 месяца. Кстати только поэтому он не мог иметь американского паспорта, так как чтобы получить американское гражданство (паспорт может иметь только гражданин США), по законам США надо прожить в США как минимум 5 лет.

    На самом деле единственный источник информации об американском паспорте Троцкого это книга Энтони Саттона "Уолл-стрит и большевистская революция". Однако никто этот паспорт не видел и нет никаких документов, подтверждающих что этот паспорт когда либо существовал. Например доктор Ричард Спенс — профессор истории Университета Айдахо, который в интервью "Радио Свобода" по этому поводу заявил следующее:

    Энтони Саттон в своей книге "Уолл-стрит и большевистская революция" пишет о том, что Троцкий покинул Нью-Йорк с американским паспортом в кармане. Я изучил этот вопрос очень тщательно и не нашел этому абсолютно никаких доказательств - ни документальных, ни свидетельств из надежных источников. Никто решительно не видел его с американским паспортом. Да в нем и не было никакой необходимости. У Троцкого на руках были все необходимые для возвращения бумаги – как из русского консульства, так и, что еще важнее, из британского консульства в Нью-Йорке. Ему просто не нужен был американский паспорт.

    Однако про Троцкого подробнее можно прочитать здесь, а мы вернемся к "Лена Голдфилдс".

    Цитата:

    А теперь сами большевики передали британскому консорциуму, владевшему «Лена Голдфилдс», право на добычу золота на реке Лене (и не только там) в течение 30 лет! Площадь концессии охватывала огромную территорию от Якутии до Урала...

    И так далее. На самом деле то что большевики сделали с Лена Голдфилдс был самый настоящий рейдерский захват. Сначала они развели англичан как лохов, пообещав золотые горы, а потом, когда те завезли оборудование и наладили производство, большевики фактически отобрали у них бизнес. Вот как эту политику описывал бывший личный секретарь Сталина Борис
    Бажанов в главе 8 своей книги "Воспоминания бывшего секретаря Сталина":

    В Политбюро давно известно и для себя твердо установлено, что концессии эти были ничем иным, как грубыми жульническими ловушками. Западным капиталистам предлагались концессии на очень заманчиво выглядевших и внешне очень выгодных условиях. Условия договора хорошо соблюдались, пока концессионер ввозил и устанавливал в России машины, оборудование и пускал предприятие в ход. Вслед за тем при помощи любого трюка (каковых трюков у властей было сколько угодно) концессионер ставился в условия, при которых он договор выполнить не мог, договор расторгался, навезенное оборудование и налаженное предприятие переходило в собственность советского государства (я дальше расскажу подробно об одном из таких фокусов с Лена Гольдфильдс, потому что эта история имела неожиданные и забавные последствия) Собственно, для этого трюк с концессиями и был создан.

    Далее в Глава 16 Бажанов рассказывает об этом "фокусе" с Лена Гольдфильдс:

    Когда Советы ввели свою жульническую концессионную политику, в числе пойманных на эту удочку оказалась английская компания Лена-Гольдфильдс.

    Компании этой до революции принадлежали знаменитые золотые россыпи на Лене. Октябрьская революция компанию этих россыпей лишила. Россыпи не работали, оборудование пришло в упадок и было разрушено. С введением НЭПа большевики предложили эти россыпи в концессию. Компания вступила в переговоры. Большевики предложили очень выгодные условия. Компания должна была ввезти все новое оборудование, драги и все прочее, наладить производство и могла на очень выгодных условиях располагать почти всем добытым золотом, уступая лишь часть большевикам по ценам мирового рынка. Правда, в договор большевики ввели такой пункт, что добыча должна превышать определенный минимум в месяц; если добыча упадет ниже этого минимума, договор расторгается и оборудование переходит в собственность Советам. При этом советские власти без труда объяснили концессионерам, что их главная забота - как можно большая добыча, и они должны оградить себя от того, что концессионер по каким-то своим соображениям захотел бы "заморозить" прииски. Компания признала это логичным, и этот пункт охотно приняла - в ее намерениях отнюдь не было "заморозить" прииски, а, наоборот, она была заинтересована в возможно более высокой добыче.

    Было ввезено все дорогое и сложное оборудование, английские инженеры наладили работу, и прииски начали работать полным ходом. Когда Москва решила, что нужный момент наступил, были даны соответствующие директивы в партийном порядке и "вдруг" рабочие приисков "взбунтовались". На общем собрании они потребовали, чтобы английские капиталисты им увеличили заработную плату, но не на 10% или на 20%, а в двадцать раз. Что было совершенно невозможно. Требование это сопровождалось и другими, столь же нелепыми и невыполнимыми. И была объявлена общая забастовка.

    Представители компании бросились к местным советским властям. Им любезно разъяснили, что у нас власть рабочая, и рабочие вольны делать то, что считают нужным в своих интересах; в частности, власти никак не могут вмешаться в конфликт рабочих с предпринимателем и советуют решить это дело полюбовным соглашением, переговорами с профсоюзом. Переговоры с профсоюзом, понятно, ничего не дали: по тайной инструкции Москвы профсоюз ни на какие уступки не шел. Представители компании бросились к центральным властям - там им так же любезно ответили то же самое - у нас рабочие свободны и могут бороться за свои интересы так, как находят нужным. Забастовка продолжалась, время шло, добычи не было, и Главконцесском стал напоминать компании, что в силу вышеупомянутого пункта договор будет расторгнут и компания потеряет все, что она ввезла.

    Тогда компания Лена-Гольдфильдс наконец сообразила, что все это - жульническая комбинация и что ее просто-напросто облапошили. Она обратилась в английское правительство. Вопрос обсуждался в английской Палате. Рабочая партия и ее лидер Макдональд были в это время чрезвычайно прокоммунистическими; они ликовали, что есть наконец страна, где рабочие могут поставить алчных капиталистов на колени, а власти страны защищают рабочих. В результате прений английское правительство обратилось к советскому с нотой.

    Нота обсуждалась на Политбюро. Ответ, конечно, был в том же жульническом роде, что советское правительство не считает возможным вмешиваться в конфликты профсоюза с предпринимателем - рабочие в Советском Союзе свободны делать то, что хотят. Во время прений берет слово Бухарин и говорит, что он читал в английских газетах отчет о прениях, происходивших в Палате общин. Самое замечательное, говорит Бухарин, что эти кретины из рабочей партии принимают наши аргументы за чистую монету; этот дурак Макдональд произнес горячую филиппику в этом духе, целиком оправдывая нас и обвиняя Компанию. Я предлагаю послать товарища Макдональда секретарем Укома партии в Кыштым, а в Лондон послать премьером Мишу Томского. Так как разговор переходит в шуточные тона, Каменев, который, председательствует, возвращает прения на серьезную почву и, перебивая Бухарина, говорит ему полушутливо: "Ну, предложения, пожалуйста, в письменном виде". Лишенный слова Бухарин, не успокаивается, берет лист бумаги и пишет:

    "Постановление Секретариата ЦК ВКП от такого-то числа. Назначить т. Макдональда секретарем Укома в Кыштым, обеспечив проезд по одному билету с т. Уркартом. Т. Томского назначить премьером в Лондон, предоставив ему единовременно два крахмальных воротничка".

    Лист идет по рукам, Сталин пишет: "За. И. Сталин". Зиновьев "не возражает". Последним "голосует" Каменев и передает лист мне "для оформления". Я храню его в своих бумагах.

    Я думаю что дальнейшие комментарии излишни. Более подробно про Лена-Гольдфильдс можно прочитать здесь.
    Шведский бизнес

    Сразу скажу что сделка, которую описывает Стариков, то есть покупка паровозов у шведов, действительно имела место быть. Ложь Старикова заключается в том что он как всегда обвинил в этой сделке Троцкого, хотя тот на самом деле не только не был инициатором этой сделки, но наоборот пытался препятствовать. Вот что пишет Стариков:

    Как же большевики возвращали деньги чужим банкирам? Просто отправить на Запад и написать в графе «Назначение платежа»: «Возврат средств за русскую революцию и победу в Гражданской войне», очевидно, было бы невозможно. Нужен был красивый предлог. Например, что-то купить на Западе, хотя бы те же паровозы. Организует покупку Троцкий, но Ленин, похоже, в курсе сделки и не мешает ей. Иначе сомнительный договор стоил бы Троцкому карьеры.

    Бред про возврат денег через покупку паровозов, я уже комментировал здесь, а по поводу всего остального я хочу сказать что ни в книге, ни в этой статье, Стариков не дает ссылок ни на один источник, что и понятно, так как документов подтверждающих причастность Троцкого к этой сделке не существует.

    В отличие от дилетанта и невежды Старикова, настоящий историк, а именно - специалист по экономической истории России, Доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент РАЕН Александр Алексеевич Иголкин провел исследование на эту тему и написал статью под названием "Ленинский нарком" в которой подробно описаны обстоятельства этой сделки. Причем в качестве источников он дает ссылки на 126 документов.

    Так вот Иголкин пишет что инициатором этой сделки был некто Юрий Владимирович Ломоносов, который с ноября 1920 г. занимал должность уполномоченного Совета Народных Комиссаров по железнодорожным заказам за границей. Именно он имел неограниченные полномочия для закупки железнодорожной техники за рубежом.

    Однако возникает вопрос - каким образом Ломоносов получил такие огромные полномочия, хотя формально он должен был подчинятся Троцкому? Иголкин дает следующий ответ:

    В 1920 г. Ленин хотел бы видеть Ломоносова на важнейшем хозяйственно-политическом посту - наркома путей сообщения. Кандидатуру Ломоносова на пост наркома путей сообщения 24 - 25 мая 1920 г. Ленин обсуждал с Г.М. Кржижановским, Я.С. Ганецким, В.И. Свердловым, В.П. Милютиным, Я.Э. Рудзутаком и другими (всего Ленин выслушал мнение 19 человек). Но почему-то не утвердили.

    Тем не менее Ломоносов получает огромные реальные властные полномочия. 17 июня 1920 г. Ленин подписал "Наказ Российской железнодорожной миссии за границей", а главе миссии - Ломоносову - специальным мандатом Ленина давались все права Народного комиссара, в том числе - окончательного разрешения вопросов на месте. Во всех делах Ломоносов становится подотчетен только Совнаркому, то есть Ленину. Формально - задача Ломоносова покупать и ремонтировать (за золото) паровозы, приобретать вагоны, цистерны, запчасти и т.п.

    А что же Троцкий? Естественно, ему это очень не нравилось. Вот что пишет Иголкин:

    Ломоносов настолько входит во власть, что на него жалуется Ленину (больше некому!) всесильный Троцкий. Иначе не объяснить слова Ленина в письме от 8 декабря 1920 г.: "…С Ломоносова взять письменное (Подчеркнуто Лениным. - Авт.) обязательство не менять ничего ни в системе, ни в решениях Троцкого (Тогда - наркома НКПС. - Авт.) и не смещать главкома, т.е. Борисова" (И.Н. Борисов - начальник Главного управления путей сообщения НКПС. - Авт.). Вот так!

    Но и это не помогло, потому что - цитата:

    Ломоносов - именно ленинский нарком. Отвечать за его деятельность не хотели ни Красин, ни Троцкий, ни Дзержинский.

    А также:

    В 1923 г. Троцкий давал пояснения Дзержинскому о предоставлении Ломоносову полномочий наркома: "Я, помнится, сам предложил послать его на правах наркома, так как не считал возможным нести за Ломоносова ответственность".

    Как видим Троцкий не только не участвовал в заключение этого контракта, но даже не имел никакого влияния. Более подробно об этом вы можете прочитать здесь.
    Сделка с дьяволом

    Никак не могу придумать определение тому что в этом разделе написано. Невежество, некомпетентность, все это слишком мягко. Не хочу быть грубым, но наиболее точное определение этому бреду - ИДИОТИЗМ. Судите сами. Цитата:

    Точное число контрактов и концессий, выданных советской властью американским фирмам на заре строительства нового государства, трудно назвать. Но это и 25 млн долл. комиссионных американским промышленникам за период с июля 1919 по январь 1920 г., и концессия на добычу асбеста, выданная Арманду Хаммеру в 1921 г., и договор аренды, заключённый на 60-летний срок с Фрэнком Вандерлипом и его консорциумом, предусматривавший эксплуатацию месторождений угля и нефти, а также рыболовство в Северо-Сибирском регионе площадью 600 тысяч кв. км.

    Еще с советских времен существовал миф будто Хаммер финансировал большевиков, хотя на самом деле скорее всего было наоборот.

    Сначала пару слов о семействе Хаммеров. Отец Арманда, Джулиус Хаммер, был по специальности врач-гинеколог. Кроме этого он создал компанию по продаже лекарств под названием "Allied Drug". Короче говоря теоретически он был капиталистом, что не мешало ему вступить в социалистическую партию США. Более того, в 1907 году на седьмом второго интернационала в Штутгарде, он лично познакомился с Лениным. Выше я написал что капиталистом Жулиус Хаммер был теоретически, потому что дела у его компании шли из ряда вон плохо. Настолько плохо что Жулиусу пришлось зарабатывать на жизнь незаконно делая аборты на дому.

    Потом сыновья Жулиуса, Виктор и Хамер на базе компании отца создали другую компанию, которую сделали сверхприбыльной продавая настойки на спирту во время сухого закона в США, однако это будет намного позже и ни к революции в России, ни к концессиям никакого отношения не имело, а до этого, в 1920 году, Жулиуса Хаммера посадили.

    Правда посадили его не за то что он был социалистом, а за то что сделал неудачный аборт, в результате которого женщина умерла. Но это еще не все.

    Полиция подозревала что Арманд, который в то время был студентом медицинского вуза, помогал отцу. Есть даже версия что аборт делал именно Арманд, а отец только взял вину на себя чтобы спасти сына. Именно поэтому Жулиус, пользуясь знакомством с Лениным, послал Арманда в Советский Союз, как говорится - от греха подальше.

    Вот какого человека Стариков на полном серьезе считает спонсором революции. Правда в Советском Союзе Хаммер действительно хорошо поднялся, но не потому что он или его отец спонсировал революцию (надеюсь понятно что человек, который вынужден зарабатывать себе на жизнь подпольными абортами, никакие революции спонсировать не может), а потому что Советским властям срочно понадобился образцово показательный бизнесмен, который сумел заработать миллионы, сотрудничая с СССР.

    К тому времени большевики поняли что политика военного коммунизма провалилась и они планировали вводить НЭП и привлекать иностранные инвестиции. Однако иностранные бизнесмены боялись иметь дело с большевиками и чтобы завоевать их доверие понадобился такой образцово-показательный бизнесмен. И Армонд Хаммер оказался в нужное время, в нужном месте. Именно поэтому Ленин дал ему концессию на давно заброшенные асбестовые месторождения (которые Хаммеру принесли одни убытки) и многое другое.

    Совсем другое дело Фрэнк Вандерлип, который когда-то был и помощником министра финансов Лимана Гейджа и вице-президентом, а потом и президентом одного из крупнейших банков США — National City Bank of New York (сейчас Citibank). Он имел и деньги и связи и действительно мог многое, но только существует одна проблема - Фрэнк Вандерлип никаких договоров с советским правительством никогда не заключал, а Николай Стариков в очередной раз доказал что он никакой не аналитик или историк, а безграмотный дилетант.

    На самом деле в то время в Советский Союз приехал некто по имени Вашингтон Вандерлип, то есть однофамилец банкира. Пользуясь этим, он выдал себя за известного банкира. Самое удивительное что, несмотря на то что его звали Вашингтон, а не Фрэнк, ему поверили. Причем поверили до такой степени что его лично принимал Ленин и именно с ним советские руководители подписывали все договора, в то время как настоящий банкир, Фрэнк Вандерлип, об этом ни сном ни духом.

    Вот как эту историю описывает известный историк, доктор исторических наук, профессор Дипломатической академии МИД РФ, а также Ассоциированный профессор Парижского (Франция), Кембриджского (Великобритания) и Пристонского (США) университетов, Владлен Георгиевич Сироткин в своей книге под названием "Зарубежное золото России". В § 2 под названием "Где же эти Клондайки и зачем они нужны?", он пишет:

    А сколько раз в 1990-1993 гг. повторялся в демократической России "казус Вандерлипа"! Этого американского горного инженера и золотоискателя, еще в начале XX в. побывавшего на о. Сахалин и полуострове Камчатка в поисках золота, в 1920 г. даже Ленин принял за американского миллионера Ф.А. Вандерлипа, хотя "лже-миллионер" ничего общего, кроме фамилии, с настоящим не имел (65).

    Горный инженер из Калифорнии, за которым не было никаких крупных капиталов, обдурил Ленина как мальчишку. С "миллионером" в 1920 г. носились как с писаной торбой. И если в японском суде некий японский летчик талантливо сыграл роль "русского генерала" Подтягина, то почему бы авантюристу-американцу не сыграть роль "дядюшки Сэма" - тут и перевоплощаться не надо. Инженер скромно намекнул, что за ним стоит "вся республиканская партия" (в 1920 г. в США проходили очередные выборы, и действительно демократ Вильсон их проиграл, а выиграл республиканец Гардинг), хотя ни к той, ни другой партии не имел никакого отношения (разве что как рядовой избиратель).

    Проходимца принял лично Ленин, другие "вожди", зампред Совнаркома А.И. Рыков подписал с лже-миллионером договор о концессии (аренда - с планируемой прибылью в 3 млрд. долл., - всей Камчатки, которая в 1920 г. еще входила в состав ДВР; полуостров ради дружбы с "миллионером" 15 декабря 1920 г. срочно "изъяли" из ДВР и "присоединили" к РСФСР) (66).

    При этом "миллионер" наобещал Ильичу семь бочек арестантов, а, главное, скорое дипломатическое признание Советской России. По некоторым данным, Ленин даже снабдил Вандерлипа № 2 письмом в Вашингтон "кому следует" о том, что большевики готовы отдать США ... бухту Петропавловска-на-Камчатке для строительства там военно-морской базы (по типу Гуантанама на Кубе) сроком на 99 лет.

    Вся афера оказалась полной туфтой, особенно, когда новый президент США Гардинг заявил, что знает совсем другого Вандерлипа и ни о каких "камчатских концессиях" он от подлинного миллионера ничего не слышал.

    Ильич выкрутится, и, обозвав "лже-миллионера" в декабре 1920 г. по-русски "американским кулаком", тем не менее заявит, что он, как всегда, был прав - дело, де, не в личностях, а том, что "мы беремся восстанавливать международное хозяйство - вот наш план"(67)

    Вся эта история получила огласку благодаря писателю Герберту Уэллсу, который в то время тоже находился в Москве и которому Ленин все рассказал. Вот как это описывает историк и журналист Сергей Нехамкин в статье с самим за себя говорящем названием "Липа Вандерлипа". Описывая беседу Ленина с Гербертом Уэлсом, в которой Ленин рассказывал Герберту Узллсу об сделке с Вандерлипом, Нехамкин пишет:

    Разговор переводил сотрудник Наркоминдела Ротштейн. Он покашливал, морщился, наконец, впрямую напомнил Ленину о необходимости быть сдержанным. Но Ильича несло. «Поможет это укрепить мир? Не явится ли началом новой всемирной драки? Понравится ли такой проект английским империалистам?»

    Далее:

    Но почему нервничал товарищ Ротштейн? Только из-за того, что увлекшийся Ильич пробалтывал дипломатические тайны? Не только.

    Дело в том, что приехавший в Москву Вандерлип был не тем Вандерлипом. Миллиардера и воротилу звали Фрэнк А. Вандерлип. А этого – Вашингтон Б. Вандерлип. Действительно – владелец фирмы «Синдикат Вандерлипа». Но что за фирма, какое имеет отношение к империи того Вандерлипа – вопрос.

    Когда это сообразили – ситуация стала двусмысленной. Приезжает в Россию какой-то прохиндей, самозванец, разводила и, пользуясь тем, что у него одинаковая фамилия с финансовым магнатом, пробует выцыганить Камчатку. А серьезные люди с ним ведут переговоры. «Московский» Вандерлип заявил, что является родственником миллиардера и его посланцем. Но доказательств не представил.

    Из Москвы он тем не менее уехал с проектом договора, по которому США обещалась аренда Камчатки сроком на 60 лет, – если Гардинг подтвердит полномочия гостя.

    И наконец:

    Пришедший к власти Гардинг заявил, что «московского» Вандерлипа знать не знает, и США на Камчатку не претендуют. Вопрос снялся сам собой.

    Сейчас об этой истории знает весь мир кроме одного великого российского аналитика и историка, который до сих пор считает что Фрэнк Вандерлип действительно заключил этот договор.

    Более подробно про эту историю, со ссылками и цитатами, можно прочитать здесь.
[ << Previous 20 ]
About LJ.Rossia.org