Правильные люди - 2
По одной рассылке пришел от социолога А. Бикбова, находящегося в настоящее время в городе Парыже, прекрасный рассказ, который воспроизвожу (автор разрешил):


...о самоорганизации слева в области все
того же официального администрирования этнических вопросов. Вчера я
был на собрании жителей парижского пригорода, готовых бороться против
ареста и высылки нелегалов из Франции. Пригород - преимущественно
малые частные дома, много неартистических сквотов и артистических
мастерских, смешанный социальный состав: "альтернативная" богемная
буржуазия, белые воротнички, трудяги с разным цветом кожи. Помимо
прочего, есть несколько так называемых "общежитий", где целыми
этническими общинами живут люди без виз и без права на пребывание во
Франции; при этом живут полулегально, т.к., например, совместно платят
аренду или за ремонт здания и за вывоз мусора. Неподалеку от пригорода
есть "лагерь задержания", куда арестованных нелегалов помещают на
месяц, а затем оттуда насильно отправляют на родину.

На собрании было человек 35, возрастом, в основном, от 20 до 40. В
основном, люди артистических профессий или намерений, одновременно
активисты или сочувствующие разных социальных инициатив. Несколько
самых активных - из французских семей интеллектуальной буржуазии и с
противоположного полюса, из мигрантов. Обсуждали, как коллективно
действовать в случае, если в пригороде начинается полицейская облава
по поимке одиночек, массовая проверка документов в "общежитиях"
нелегалов, перевозка группы депортируемых из "лагеря задержания" в
аэропорт. Было много флуда: долго обсуждали, кто будет покупать
мобильный чип и для чего это нужно, кто будет печатать флаеры о
благотворительном ужине и каким шрифтом т.п. Но - что принципиально -
во всех, в т.ч. скучных, обсуждениях исходили из той очевидности, что
они сами, своими руками-телами будут действовать. По смс-команде
собираться на месте полицейской операции, звать друзей, знакомых и по
возможности блокировать облаву, оперативно писать на сайт о
происходящем, сопровождать полицию до "лагеря задержания". В какой-то
момент на улице замигали полицейские маячки. Мы высыпали на улицу.
Через три дома - две полицейских машины. "Практическое занятие",
"Наверно, выселение нелегалов". Основная часть участников осталась на
пороге дома - никакого героизма. Несколько человек пошли посмотреть,
что происходит. Легковая полицейская машина на перекрестке, в
отдалении; белый "воронок" - у ограды дома, два молодых полицейских
выводят верещащего подростка, который пытается их убедить, что ничего
не сделал. Мы тремся рядом: никакого наскока или явного вызова
полицейским, просто подходим к самой машине, заглядываем в окна,
выжидательно смотрим на полицейских. Те ничего не говорят, но на нас
тоже подозрительно косятся. Короткие вопросы к там же оставшемуся
прохожему: не знаете, что происходит? Подростки дрались, полиция
приехала вылавливать их по дворам. Машина с подростком уезжает, за ней
вторая. Мы возвращаемся, объясняем остальным. Возобновляем обсуждение.
Некоторое время спустя два других подростка перелезают во двор дома,
где происходит собрание. Они звонят своим матерям по мобильным, и два
человека с собрания отправляются на встречу с матерями, чтобы те
пришли в дом, забрали своих сыновей и провели их по улице. Все это
происходит спокойно, с большой долей сдержанности, даже "идейной"
неопределенности: в отношении полиции, в отношении подростков.

Что еще более примечательно, та же сдержанность в отношении
"глобальных" вопросов характеризует все многочасовое собрание. Никаких
теоретических споров о смысле "миграции". Никаких разборок о "чистоте"
марксистских позиций тоже. Обсуждение касалось только тактики
действий: что делать, чтобы сплотить нелегалов в "общежитиях" и как
защищать их от арестов на улицах. Все понимали, зачем они собрались. В
т.ч. двое чернокожих одного из "общежитий", которые пришли со своим
знанием нелегальной миграции, в т.ч. знанием его страхов и инерции, и
пытались вместе с "белыми" придумать, как распространить удачный опыт
сопротивления одного из общежитий, как выводить людей на демонстрации,
как блокировать улицу в случае полициейской операции.

Собравшись вместе, люди становятся уличным активом местного
сообщества, который делает местных жителей чувствительными к, в общем,
не самой близкой им проблеме и одновременно обеспечивает в пригороде
повседневный порядок, соответствующий левым политическим взглядам. В
т.ч. защиту этого порядка от полиции. Это не ред-скины. Это более
тонкая и преимущественно мягкая, но эффективная форма сопротивления,
которая опирается на локальную мобилизацию и предполагает, например,
массовую (и, опять же, преимущественно ненасильственную) блокаду улицы
в крайнем случае. Не пускаясь в далеко идущие сопоставления, должен
сказать, что такая ориентация участников (в рамках частной инициативы)
не на признание среди таких же белых интеллектуалов, а на
принципиально внешнюю - социально, культурно, политически - публику,
представляется весьма действенной. В других подвижных коллективах
место "черных" нелегалов из общежитий может занимать и занимает вполне
местная публика, с которой они пытаются работать, поддерживая в
решении частных проблем и одновременно перетягивая на левые
политические позиции.

Думаю, эту экспансивную практическую установку на разогрев нейтральной
внешней публики и кооперацию с объектом преследований стоит принять к
сведению по крайней мере для того, чтобы в российской ситуации перейти
от коммуникации с узкой (в общем, привычной) аудитории к каким-то
частным формам сотрудничества с внешними партнерами.


Уважаю очень.