Знакомый таксист сказал, что любит свою профессию за ее коммуникативную составляющую.  А я вот думаю, что должна была работать архивариусом. В морге. Должен же и там быть какой-нибудь архив.

Мне нравится отдыхать с мужем вдвоем еще и потому, что с ним можно молчать. Недавно мы пошли лежать в траву и я час кормила муравьев, а он подглядывал в бинокль за бабами, иногда бросали друг другу фразы типа «Смотри, какой большой кусок он тащит!», «Смотри, какая большая жопа!»

А вчера пошли на иванкупалу. Сидим на жопе, пьем, слушаем прекрасную песню со смыслом «Ойлёлюшкилёли-ай да лёли» и тут я вижу знакомое улыбающееся ебало. Одноклассник машет мне двумя руками, я киваю, мол – ога, превед,  безумнащаслива видеть тебя. Но этого показалось ему мало. Он подсаживается и вытянутыми губами пытается ткнуться в мою щеку и обнять. Я отшутилась – нононо, что за телячьи нежности.

А потом одноклассник складывает мне на ноги свои руки и визжит со слюнями истерично: «Помнишь в пятом классе… было очень обидно…зачем ты это сделала?», - и смотрит так, что до меня доходит - в пятом классе обидела его я и должна немедленно извиниться, и вообще, он делает мне одолжение, что предоставляет такую возможность.  Вздыхаю,  и говорю: «Дима, что надо тебе от меня?» Он орет мне в лицо:  «Блять, как мне было плохо, ты поступила со мной…»,  - видимо,  думая, что вопрос был: «Дима, что ты имеешь в виду? Подробней, пожалуйста, мне нужно вспомнить каждую деталь».  Я понимаю, что должна немедленно залечить его давнюю душевную рану, и раскаяться во всех грехах, совершенных с первого по пятый класс, и повторяю немного жестче: «Дима, хуле надо?» До одноклассника начинает доходить, что несправедливость восторжествовала, он встает и печально уходит за березу.  

На празднике жизни я была в вышиванке и с висящей из башки косой, поэтому несколько раз ко мне подходили разные люди, хватали за руки и спрашивали: «Э, ты ща плясать буишь?» или «О, а спой нам чонибуть!» Видимо, я должна была взвизгнуть, поклониться, начать махать руками, топать и кружиться. Люди с элементами этнической одежды на себе обычно, как только замечают на себе чей-то  взгляд, тут же пускаются в пляс и горланят песни.

 В очереди за сигаретами женщина сзади, стала трогать меня так, будто я тюль в магазине «Ткани», еще минуту и она бы попросила отрезать ей три метра.  Я повернулась и говорю: «Чем я могу Вам помочь?» «Хватит», а женщина ответила: «А чо?»

И много было еще всего восхитительного. О, мир, ты прекрасен! Позитив! Добро! Счастье! Мир во всем мире! Пиздетс!