Недавно была у родителей. У них есть знакомый фотограф.  Вообще у них много знакомых фотографов, наверное, потому что их вообще слишком дохуя, как и юристов. Если я стану фотографом, меня нужно будет пристрелить как нерезаную собаку два раза подряд. Родители показывали мне снимки Максима. Я люблю таких людей, как этот папин юныйдрук. Они – просто ходячая реклама самих себя.

Максим везде рассказывает, что он не какой-то там самоучка, а выпускник ВУЗа, у него дорогая камера, оптика и специальные перчатки. Его хорошо покупают на свадьбы.  Он уверен, что является профессионалом. А еще он всем,  кто с ним заговорит, раздает визитки: «У меня сейчас очень много дел, но, пожалуй, я расскажу Вам о себе и цене последнего объектива, кстати, вот моя визитка, и да, я не какой-то там..»  Пока мне удалось случайно застукать его за этим занятием на остановке и в банке.

 У него два вида работ, первые – когда смотришь и думаешь   - Что ты хотел сказать? Чочо вапще, блеать? Как это должно цеплять? Такое равнодушие охватывает тошнотворное, которое в секунду превращается в ненависть. Хочется порвать все вот это изображение, чтоб этим никакизмом не стошнило.

Я щетаю, что зацепить может все, что угодно. Капля воды на травинке – пошлость, но нельзя отрицать, что возможно существование кадра, когда эта пошлая банальщина может как-то стрельнуть и задеть. Важен взгляд одного единственного человека.  Иногда фотография, по технике исполнения являющаяся ошибкой, кажется шедевром. Но это сцуко редкость. Сейчас развелось так много креативщиков, которые щелкают всякую шнягу, убирают цвет, добавляют контраст и щетают это априори шедевром.  Только и зыркают вокруг своим черно-белым контрастным взглядом.

Второй вид  фотографий Максима, наверное, еще хуже. Потому что ты думаешь: «Не мог ты взять правее? Там так круто стоит странный дедок, он здорово смотрелся бы вооон в тооом луче света. Не мог ты не засветить это? Почему ты обрезал тот охуительный старый домик? Зачем ты вообще вытащил руки из жооопы!!!11»

 Ты видишь что-то, что может зацепить на этом почти никаком снимке, ты не охуительный фотограф, и руки у тебя растут прямиком из жопы, и ты тоже не сможешь сделать этот снимок хорошо, но как, черт возьми, печально, когда ты видишь, что охуительный фотограф не видит этот старый домик,  в крышу которого чуть не воткнулся солнечный луч, если бы его не обрезали к херам на самом интересном месте, а на крыше цветная плесень.  А этот дедок уже не будет таким. И крыша. И солнце. Но ты видел, что могли бы, почти застукал этот момент, и чижало.

Иногда вот смотришь фильм, и думаешь: «Чоооорт, они испоганили идею, зачем я это смотрела, а вдруг кто-то бы снял лучше, но будет уже не торт, всё не торт, батхёрт сцуко!»  И тут с фотографиями – блин ну как он мог, ну пааачииимуууу.    

Когда я смотрела его свадебные работы, меня мучил один вопрос: «Где остальные части тела этих людей?» Где нога невесты? Почему у жениха только половина лица?  Портрет  «Полтора супруга», блеать?  Морда невесты и полморды жениха. Охуеть. Ну ладно,  мой кот часто общается со мной только одной своей половиной, вторая – за углом, за стулом, за стиральной машинкой. Я называю его «Половина Васи». Но жених-то никуда не прячется, вот он, стоит лыбится. Смотрит на тебя, ты сказал ему «сиськи», он сказал «ыыы» и ждет честного целого портрета, он хочет показать эту фоточку внукам и не хочет, чтоб они называли его «Половина деда Коли». Нахуй им такие фоточки не понравятся вапще.  Тут нефиг выдумывать, нефиг искать, все найдено, выпучено тебе в объектив, без изюма, чо есть, улыбаеццо, а твои жопные руки даже щелкнуть ровно не могут это лицо. А ты потом гордишься этим. Ты гордишься любым своим высером.

Я говорю родителям, что Максим не прыгнет выше своей крышечки, если за столько лет даже не научился смотреть на себя со стороны, что должна же быть самокритика, причем он дорогой фотограф.  А мама сказала, что Максим всего добьется, потому что он пробивной и наглый. Но если гавно назвать экскрементами, оно не перестанет являться чем-то другим.  Найдутся друзья, родня, которые скажут «ты крут». Может быть,  хоть  иногда, стоит ставить под сомнение самое объективное, независимое и авторитетное мнение самого себя.

Ивапще.