Мурси - познавательно )!

Про Берберову интересно. Спасибо за ссылку.

>>> Ужасно было в “новых людях” пренебрежительное отношение к истине.

Очень важное замечание. Лгать можно по разным причинам, иные лжецы бывают достойны и понимания, и уважения. Но здесь - просто самоутверждение посредственности над чем-то великим. Как в этой истории про Раневскую и Мону Лизу.

Да, абсолютно. Меня это тоже зацепило больше всего.

А что за история про Мону Лизу?

Кто-то в ее присутствии заявил, мол, видел я эту вашу Мону Лизу, она меня совершенно не очаровала. На что Раневская заметила, что она очаровывает уже так долго, что может выбирать, кого.

А, да. Как раз сегодня прочитал историю про то, как молодой Шопенгауэр сказал Гете: если бы мы не видели Солнце, его бы не было. Гете ответил: это вас бы не было, если бы Солнце вас не видело.

Да-а... "Если бы мы его не видели"... Идет старший товаровед, мы его не замечаем, идет директор магазин, мы на него плюем. То-то обидно было бы Солнцу.

Но ведь к Богу именно такое отношение.
Последнее время почему-то часто думаю про то, что не здоровые имеют нужду во враче, но больные.

Юм отвергал, как не имеющие значения (в смысле скорее meaning чем value), все понятия, которые не сводимы к восприятиям. По этой причине он отвергал также и исчисление бесконечномалых, т.к. геометрические основы их сопоставления выходят за пределы нашего опыта. - это из моих заметок прошлогодних, когда я помогал дочери с рефератом по философии.

"Когда бы грек увидел _наши_ игры"(с) (выделение с пластинки, где это декламирует Юрский)

а, вот еще из этих заметок (ну, чтобы не уподобляться собеседнику Раневской, говоря о великих):

Далее автор довольно пространно пытается изложить давно нам понятную мысль, что сравнивать на практике вещественные числа и, соответственно, отрезки вещественной оси, можно только с определенной степенью точности. При этом логика математического доказательства не имеет никаких затруднений в оперировании суждениями, опирающимися на точное совпадение указанных величин.

Многие философы просто отказываются дать определение равенства вообще, апеллируя к неопределяемому интуитивному представлению о равных предметах. В наше время наиболее близко продвинулись к представлению о соизмеримости произвольных абстрактных объектов специалисты в области топологии и алгебраической геометрии. Их суждения строятся вокруг интуитивного ясного нам понятия «класса эквивалентности»: два объекта «равны», если в каком-то существенном для нас отношении один из них можно заменить другим, ничего не теряя в требуемом результате; два яблока на обеденном столе эквивалентны, но те же два яблока на весах продавца могут различаться по весу или сорту в мере, достаточной для того, чтобы повлиять на сумму к оплате. Таким образом разрешается противоречие между количественным характером приближенного сравнения и качественным различием в параметрах, определяющих класс эквивалентности.

Таким образом, в вопросе о бесконечномалых философия и здравый смысл, в эпоху автора, оказались в неразрешимом противоречии. Нам, с позиции нынешнего времени, знакомого с физическими явлениями, выходящими за пределы здравого смысла, легко иронизировать над этим противоречием. Но в то время философия и научное познание вообще делало первые робкие шаги за пределами поля, очерченного догматикой либо Церкви, либо авторитета Аристотеля. Поэтому неудивительно стремление тогдашних философов держаться «здравого смысла», даже ценой отказа от выдающихся достижений математических умов.

В принципе, исходя из замысла труда, вполне однозначно очерченного автором вначале, - исследование человеческой природы, - вполне допустимо отстраниться от таких достижений этой природы (математических открытий), которые побуждают этой природой восхищаться, но мало помогают ее понять.

"Хочу сказать, что внутреннее биение нерва мысли Канта - это проблема: не призрак ли я в этом мире. Или, иначе говоря, проблема реальности. Очень странная вещь. На основании моего опыта жизни и чтения у меня сложилось твердое убеждение, что у так называемых идеалистов было какое-то рвение, какая-то плодотворная страсть доказать реальность мира, доказать реальность вещей вне нас. Тогда как у материалистов... такого рвения не было. Им это казалось само собой разумеющимся. Поэтому очень часто их воображение тупо молчало, мысль не приходила в движение. Рука не уставала бить кремень о металл, но искры не высекались. Это пример того, как опасно считать что-то само собой разумеющимся. А с другой стороны, опасно в присутствии дураков проявлять рвение, доказывая реальность внешнего мира, потому что по ходу доказательства ты многое ставишь под вопрос, многое становится сомнительным и слишком много ограничений накладывается на человеческое познание и сознание, на его возможность что-то утверждать о вещах" (М. К. Мамардашвили. Кантианские вариации)

Да, где-то так.

У старца Нектария Оптинского было рассуждение о том, что значит "думать" и "мыслить". Тот, кто "мыслит", должен обладать определенным мужеством в своем мышлении. Мужеством принять какие-то может быть весьма неожиданные выводы. А те, кто способен лишь "думать", вполне могут позволить себе и "пренебрежение истиной". Ведь это же все равно все понарошку.

Так что мыслителя от дурака отличает не количество "глупых" противоречий со здравым смыслом, а мужество в их приятии.

Вы, наверно, читали "Черное облако" Хойла? Там в конце главный герой умирает, потому что не может принять новое знание, полученное от Облака.

Концовку уже успел подзабыть. Но и умереть от какого-то там "нового знания" - уже поступок, достойный мыслителя. Трудно представить себе на его месте члена клуба пренебрегающих истиной. "Тоже мне, проблему нашел".

Все-таки к исходной цитате. Особенно огорчительно, что пренебрежение к истине автор обнаруживал в людях, которых обучили профессионально заниматься наукой. Где вся понятийная структура принципиально выше обыденного сознания, включая и представление о истине. Еще раз показывает, что умение решать задачи еще мало о чем говорит - в плане глубокого ума и пр.

Так ведь и в физике зачастую так. Многие тоже, по сути, занимаются эпатажем. Когда важно высказать яркую идею, эффектную, необычную, а о правильности вопрос даже и не понимают.

Zamechatel'noe opredelenie sovka! Deistvitel'no poznavatel'no, sapsibo!
Ia by eche dobavila o Viki Obolenskoi, kotoroi otrubili golovu v Gestapo.
Eche, esli razvivat', est' nekoe poniatie "sovdepovskoi modeli", ne zaimstvovannoe, no iavno priblijaucheesia k sovku, v tom smysle, chto oznachaet zashorennost' i ochen' shablonnoe vospriatia mira, kotoryi IMHO nepostijim.