|
| |||
|
|
А вот кому сапфические строфы? Муравей спешил по своим делишкам. Нравы в муравейнике, ох, суровы: Принеси еду, или стань едою. Тут-то и влип он. И теперь лежит во гробу янтарном, Словно в пирамиде иль мавзолее. Миллионы лет проползают мимо, А ему похрен. Будь ты хоть Аттилой, хоть Чингисханом, Хоть Петром Великим, хоть невеликим, Никому настолько не светит вечность, Как муравьишке. Это хорошо, не люблю тиранов. Нравы в человейнике, ох, суровы. Знаем про величье мы всё, спасибо, Лучше не надо. Но с другого боку взглянуть на это - Фигли ж говорят: "Доброта бессмертна"? Муравьишка, чай, был не мать Тереза, А сохранился. Боги захотят - одарят бессмертьем, Чисто по приколу, заслуг помимо. Так вот побежишь, шевеля усами, Плюх - и готово. Потому не требуй с судьбы расписки И не хлопочи о посмертной славе. Думаешь, ему сейчас очень клево В брошке янтарной? |
|||||||||||||