Вадим Давыдов | ARDET VERBUM

Маленькое государство Катар, расположенное на Аравийском полуострове, и насчитывающее всего около 1 миллиона 700 тысяч жителей, в последнее время все более активно заявляет о себе в международных делах. Абсолютная монархия, которая с помощью принадлежащей ей телекомпании Аль-Джазира пропагандирует демократические ценности, союзник США, предоставляющий свою территорию для военной базы Ас-Салиях, ставшей центром управления коалиционными войсками НАТО в ходе агрессии против Ирака, участник операции НАТО в Ливии, будущий центр переговоров афганского правительства с талибами, — и еще много довольно странных инициатив для столь незначительного, но крайне амбициозного игрока на международной арене. (Григорий Тинский, WIN.RU)

В последнее время Европейские страны проявляют обеспокоенность и в связи с растущей инвестиционной активностью Катара на территории ЕС. Разбогатевший на продаже нефти и газа Катар пытается вкладывать свои нефте и газо доллары в экономику Европы. Идя по стопам наших олигархов, он приобрел парижский футбольный клуб Paris Saint-Germain, одновременно заключив контракт с итальянским тренером Карло Анцелотти. Теперь объявлено о создании инвестиционного фонда объемом 50 миллионов евро для финансирования инфраструктурных проектов в предместьях Парижа. Эти шаги Катара стали объектом критики со стороны лидера Национального Фронта Франции Марин Ле Пен. Во время пресс-конференции 13 января с. г. она заявила, что Франция позволяет иностранному государству выбирать регионы для инвестиций в зависимости от религиозной принадлежности людей в них проживающих (то, что предместья Парижа говорят по-арабски, известно всем).

Покупка популярного французского футбольного клуба, очевидно, является попыткой создания репутации футбольной страны, которая непонятно почему стала столицей футбольного Кубка мира 2022 года. Чем бы ни руководствовались власти Катара, инвестируя в парижские арабские предместья, обвинения Марин Ле Пен в двойной игре им будет парировать очень трудно. Действительно, как объяснить, с одной стороны, имидж преданного партнера Запада и борца за демократию и, с другой стороны, откровенную поддержку панисламизма в странах «арабской весны»? Есть и другой вопрос, адресованный Ле Пен президенту Франции: «Каким образом абсолютная монархия, исповедующая панисламизм, и активно поддерживающая самый экстремистские мусульманские движения, стала привилегированным партнером Франции в экономической, финансовой, политической и военной областях?»

«Засветились» катарские инвесторы и в другой европейской стране — Польше. Первые шаги на польском рынке были предприняты ими еще в 2009 году. «Проводником» в этой неизвестной для них стране катарцы избрали весьма интересную личность — ливанского торговца оружием Абдула Рахмана Эль-Ассира. Этот «знаток» польского рынка был в 2008 году фигурантом громкого скандала, связанного с незаконными поставками оружия в Грузию польским оборонным холдингом «Bumar». Тогда Эль-Ассир, который, в свою очередь, представлял интересы могущественного некогда саудовского миллиардера Аднана Кашогги, не успел получить причитающиеся ему комиссионные от польско-грузинской оружейной сделки по причине арестов и увольнений руководства Bumara. Теперь он предпринял новую попытку получить свои заработанные тяжким трудом миллионы под прикрытием именно катарских «инвесторов».

Сам Эль-Ассир фигура слишком интересная, чтобы не ознакомить с его яркой биографией российского читателя. По информации польской «Газеты Выборчей» он широко известен в мире, как торговец оружием, наркотиками и специалист по «отмыванию грязных денег». Еще в середине 80-х годов прошлого века он выступал посредником между французским и перуанским правительствами в сделке по продаже 26 самолетов Mirage 200. Тогда первоначальная стоимость контракта в 600 миллионов долларов была завышена на сто миллионов, оказавшиеся случайно в карманах Эль-Ассира и правительственных чиновников обеих стран. В Португалии ливанец до сих пор разыскивается за хищение 40 миллионов евро из банка Grupo Banco Portuguęs de Negócios, где он получал кредиты на подставные фирмы. Свою деятельность в Испании он свернул после скандала с комиссионными за поставки испанского оружия в Марокко.

Один из самых громких скандалов с участием Эль-Ассира связан с поставками оружия в Саудовскую Аравию. В 1994 году французское правительство, возглавляемре в ту пору Эдуардом Балладюром, подписало контракт на поставку подводных лодок Agosta за 850 миллионов долларов и двух фрегатов за 3 миллиарда долларов в эту «просвещенную» монархию. Посредниками выступили сам Эль-Ассир и второй ливанец — Зиад Такеддин. Комиссионные посредников составили 100 миллионов долларов. Кроме ливанцев в сделке посредничали и пакистанские генералы. В 1995 году вновь избранный президент Жак Ширак распорядился не выплачивать комиссионные. В мае 2002 года, через семь лет после описываемых событий 11 сотрудников французской военной верфи погибли в результате взрыва бомбы в Карачи. Вначале подозрение пало на Аль-Кайду, но в результате расследования французской разведки было установлено, что террористический акт организовали пакистанские военные в отместку за неполученные комиссионные.

И вот человек с такой биографией был избран Катаром для представления его интересов на польском рынке. Сначала объектом интереса арабских инвесторов были объявлены знаменитые польские верфи, в том числе колыбель польской бархатной революции — Гданьская верфь. Эль-Ассир даже внес положенный для участия в инвестиционных торгах залог в сумме 8 миллионов долларов. Однако вскоре выяснилось, что сделка не состоится, поскольку покупка верфей была очень сложно увязана с получением комиссионных за сделки по продаже оружия в Грузию в 2008 году. Польское Агентство Внутренней Безопасности в результате прослушивания телефонных разговоров катарцев с их польскими контрагентами пришло к выводу о том, что кроме ущерба, ничего другого продажа верфей польской казне не принесет. Пришлось катарским инвесторам не солоно хлебавши возвращаться на аравийский полуостров.

Желание катарской монархии угнездиться в Европе и ее дурная репутация в странах, которые принято относить к развитым, заставило катарских инвесторов предпринять еще одно усилие по реализации своих бизнес-проектов в Польше. Прельстив поляков, испытывающих исторический дискомфорт от своей энергетической зависимости от России, проектом строительства газопорта в Балтийском порту Свиноустье, в Варшаву в ноябре прошлого года прилетел даже сам монарх — эмир Катара Хамад ибн Халифа ас-Сани. Польская пресса просто захлебнулась от восторга, описывая четыре роскошных Эйрбасов, которыми прилетел в аэропорт имени Шопена эмир и его многочисленная свита.

 
Президент Польши Б. Коморовский пожимает руку катарскому эмиру

Пожалуй, единственным СМИ усомнившимся в чистоте намерений инвесторои из Катара стал сайт Евроислам, опубликовавший текст Яна Вуйцика под заголовком «В сказках Тысячи и одной ночи мы играем роль слепого нищего». Польский аналитик считает, что Катар не может быть инвестором в Европе, поскольку вся внешняя политика этого государства подчинена цели усиления влияния суннитского ислама в мире и поддержки экстремистских суннитских организаций. Участие Катара в операции НАТО в Ливии он объясняет желанием укрепить Ливийскую исламскую группу Борьбы, возглавляемую Абдул-Азиз Белхаем, и причисленную бритаснкими властями к террористическим организациям. Ян Вуйцик вслед за Марин ле Пен обвиняет Катар в идеологизированной инвестиционной политике — он считает, что в Европе проживает слишком большое количество мусульман-суннитов, чтобы наивно полагать будто катарские инвестиции не имеют религиозно-политического аспекта.

Инвестиционная активность разбогатевших на нефти мусульманских монархий в условиях европейского экономического кризиса начинает вызывать опасения у европейцев не только в Польше. В оборот даже запущено хлесткое словечко «финансовый джихад». Ярким представителем этого нового направления в финансовой политике является Исламский Банк Катара. Главным советником по вопросам шариата в этом замечательном финансовом учреждении является суперрадикальный исламист — шейх Юсуф Аль-Карадави.

 
Юсуф Аль-Карадави

Прославился шейх не на ниве финансового менеджиента, а в качестве идеологического лидера знаменитого Мусульманского Братства. Ранее он исполнял аналогичную роль в американском Банке Аль-Таква, закрытого Министерством финансов США за финансирование Аль-Кайды. Аль-Карадави известен также своими хвалебными высказываниями о Гитлере и организацией Union of Good — объединения 57 мусульманских благотворительных фондов, включенных министерством юстиции США в список организаций, финансирующих терроризм. Исламский банкинг, по мнению шейха Аль-Карадави, высказанному им в интервью ВВС еще в 2006 году, — это «использование денег, полученных в соответсвии с шариатом, для джихада, поскольку Аллах учит нас, что бороться с нашими врагами мы должны не только оружием, но и деньгами».

Всё это позволяет сделать вывод о том, что катарские «инвесторы» не напрасно вызывают опасения у французов и поляков. Катаром желудка в XIX веке называди современный гастрит — предвестник язвы. Слабеющий в результате кризиса Западный мир такой язвы может и не пережить. Кстати, в Индии словом «катар» называют кинжал «джамадхар» или «клинок бога смерти». Тоже весьма подходящее название.