Настроение:	bouncy
Entry tags:	katusha, katya, Катя Петрова, Патрик, Патрикеевна

Дышать и получать положительные эмоции...
Первый раз я попал в больницу, когда умерла мама... Потому что первый раз в жизни я не смог ничего сделать, чтобы спасти ее. Последнее ходатайство на изменение меры пресечения для ухода за мамой я написал 17 декабря, а 19 декабря мама умерла. Потом мне рассказывали, что последние три дня она звала меня не переставая. Давление у меня подскочило до 220. Меня увезли из СИЗО на межзоновскую больничку ЛИУ № 15. У адвоката Лодягина был очень радостный вид, когда он ко мне приехал. В этот раз я попал в больницу, после суда по маминой квартире. Суд решил отдать квартиру тете. Эту квартиру получал отец, а когда разводился просил чтобы она осталась мне. Ничего не взял из дома, у меня осталось впечатление что тогда были другие люди. Наследство я не получил ни от отца, ни от мамы.Все осталось чужим людям. Я написал сотни жалоб, я не верю что может быть такая несправедливость. Когда объясняешь каждому человеку отдельно, то все понимают и соглашаются. Когда человек оказывается на должности, он совершает поступки чуждые человеческому пониманию. Судья смотрит на меня, на беременную Иришку и оставляет решение без изменений. В это раз давление подскочило до 195...Первая положительная эмоция, которую я получил, это сон про Чернышова С.В. Иришка позвала меня к окну и я едва успел увидеть как его увозят на милицейском УАЗ-ике, на переднем сиденье в наручниках. Сон про поезд в Москву, когда мы чуть не опоздали, заскочили в первый вагон и добирались до своего через ресторан, потом сельский клуб и стадион. Потом я потерял билеты и Иришка смеясь нашла их у себя. Она кашляет по ночам, после тюрьмы мы часто вместе просыпаемся ночью или на рассвете. Иришка рассказывает мне как мучил ее кашель в СИЗО. Я не злобный человек, но самая лучшая фантазия, это наш следователь в наручниках. По его распоряжению Иришку пристегивали наручниками к стулу и держали так целый день, сажали в карцер на 7 и 15 суток. Как он говорит, он использовал еще не все возможности. Вчера мы искали выписки из банка. Взяли новую в ВТБ-24, а сегодня я нашел выписку о движении средств по счету кредитной карточки Альфа-Банка. 17 сентбря 2006 года нас арестовали, а 18 с этой карточки сняли 2400000 рублей. Говорят Чернышов купил себе новую иномарку сразу после нашего ареста. На допросе в СК: "По существу заданных мне вопросов могу пояснить следующее: по вышеуказанному мной адресу я проживаю совместно со своей супругой Галицыной Ириной Александровной. В настоящий момент я временно не работаю. 08.09.2006 года прокуратурой Волгоградской области в отношении меня было возбуждено уголовное дело № 509274 по признакам составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 242.1 ч. 2 п. «в», 133 УК РФ. 17.09.2006 года я был задержан по подозрению в совершении указанных выше преступлений. 19.09.2006 года судом Центрального района города Волгограда в отношении меня была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 25.11.2008 года решением Центрального районного суда города Волгограда, я был освобожден из-под стражи. Данное уголовное дело находилось в производстве следователя по ОВД СУ прокуратуры Волгоградской области Чернышова С.В. В настоящее время судебное следствие по настоящему уголовному делу закончено. На последнем судебном заседании, которое состоялось в августе 2009 года, мне было предоставлено право последнего слова. К окончанию судебного следствия, меня обвиняют в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 174.1 ч. 2, 242.1 ч. 2 п. «в» УК РФ. Вину в совершении инкриминируемых мне преступных деяниях я не признаю. Считаю себя полностью не виновным. До возбуждения в отношении меня уголовного дела прокуратурой Волгоградской области имели место «бандитские наезды» через телефонные звонки с угрозами, требованиями сказать, кто меня «крышует» со стороны знакомых бандитов Баженовой Яны Александровны, которая в настоящее время является свидетелем по настоящему уголовному делу. Об этом факте я заявлял Чернышову С.В., но это сообщение не произвело на него никакого впечатления. Я сразу понял что «бандитские наезды» на бизнес его не интересуют. Также я сообщал ему, что непосредственно перед моим арестом имели место хищения денежных средств в крупном размере из моей квартиры, расположенной по адресу: город Волгоград, улица Аллея Героев, 3 – 14, совершенные по моему мнению, Петровой Екатериной Александровной, которая также проходит свидетелем по настоящему уголовному делу. Я это связывал с информированностью Петровой Е.А. о предстоящем аресте. 17.09.2006 года Петрова Е.А. также, как и я с моей супругой, была задержана в качестве подозреваемой в совершении аналогичных преступлений. Однако, ввиду того, что Петрова Е.А. активно стала сотрудничать со следствием, ее процессуальный статус был изменен на свидетеля. Я неоднократно заявлял, что участие Петровой Е.А. в моем бизнесе было активным, а моя жена кроме домашней работы и разговоров с девушками, ни в чем не участвовала. Тем не менее, статус Петровой Е.А. был изменен на свидетеля, а моя жена из-за ее не согласия клеветать на мужа, была помещена в СИЗО на 1 год и 8 месяцев. 17.09.2006 года в период времени с 09 часов по 13 часов в съемной квартире, в которой я фактически проживал вместе со своей супругой, расположенной по улице Аллея Героев, сотрудниками правоохранительных органов проводился обыск. Данное следственное действие проводилось следователем Чернышовым С.В. В процессе обыска были изъяты правоустанавливающие документы на квартиры, расположенные по проспекту Ленина, 29 – 75 и по улице Батальонной, 11 – 57-58, денежные средства в размере 60000 рублей, пластиковые карты различных банков на мое имя и на имя моей супруги, в том числе изъяты две карты банка «ВТБ 24». Карта ВИЗА № ххххххххх9018 выпущенная банком ВТБ-24 на имя Галицына Григория Александровича и карта ВИЗА № ххххххххх6990 выпущенная банком ВТБ-24 на имя Писчасовой Ирины Александровны (то есть на девичью фамилию моей жены Галицыной Ирины Александровны). В последствии, с указанных пластиковых карт, хранящихся в сейфе у следователя Чернышова С.В., были сняты крупные суммы денег в период моего содержания в ИВС УВД по городу Волгограду. Я полагаю, что пин-коды к кредитным карточкам стали известны Чернышову С.В. от Петровой Е.А., которая снимала деньги в банкомате по нашей просьбе и которой были так же известны пин-коды этих карточек. Могу предположить, что после снятия крупных сумм в период нашего с Ириной пребывания в ИВС, Петрова Е.А. перешла в разряд свидетелей. Об этом мне стало известно после того, как моя супруга была освобождена на свободу, мера пресечения ей была избрана как подписка о невыезде и она обратилась в банк «ВТБ 24» по поводу восстановления кредитной карты. Взяв электронную распечатку движения денежных средств по двум кредитным картам, принадлежащим мне и Галицыной (Писчасовой) И.А., выяснилось, что в момент нашего содержания в ИВС 18.09.2006 года со счетов данных карт были сняты деньги на сумму 300000 рублей с Ирининой и такая же сумма с моей карточки. При ознакомлении с материалами уголовного дела мне стало известно о том, что в качестве вещественных доказательств признана только одна кредитная карта, зарегистрированная на имя моей супруги. Кредитная карта банка «ВТБ 24» на мое имя из материалов уголовного дела исчезла. Я могу предположить, что данное обстоятельство связано с фальсификацией следователем Чернышовым С.В. протокола производства обыска от 17.09.2006 года, составленного по адресу: город Волгоград, улица Аллея Героев, 3 – 14. Впоследствии я получил подробную распечатку и отчет банка о движении средств по счетам и убедился, что с моей и Ирининой кредитной карты были сняты все средства. В процессе следствия я подавал жалобу по этому поводу, но, насколько я помню, ошибочно запрашивался «Внешторгбанк», где у меня не было счетов. Еще раз хочу заметить, что средства снимались с кредитных карточек банка «ВТБ-24». В процессе предварительного следствия по данному уголовному делу я писал заявления о привлечении к уголовной ответственности Петрову Е.А. в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 158, 159 УК РФ. Поданные мной заявления были приняты как Чернышовым С.В. лично, так и поданы через спец.часть ЛИУ-15. Однако, до настоящего времени решения по данным заявлениям мне неизвестны. Недавно я повторно обращался в Прокуратуру Центрального района и получил извещение от Чернышова С.В., в котором он сообщает, что я буду дополнительно опрошен в рамках поданного заявления. Однако до сих пор меня никто не вызывал. 06.10.2006 года в служебном кабинете СУ прокуратуры Волгоградской области следователя Чернышова С.В. в процессе следственных действий состоялось мое свидание с моей матерью Галицыной Александрой Яковлевной, которая пришла к следователю для выяснения обстоятельств моего ареста. За несколько недель до моего ареста у моей матери случился первый инсульт. В тот день моя мать поинтересовалась у Чернышова С.В. на каком основании я задержан. На что Чернышов С.В. стал кричать, выскочил из-за стола, топал ногами и в грубой форме сказал, что я занимаюсь порнографией. Из-за морального давления, оказанного Чернышовым С.В. на мою мать, у той случился второй инсульт, после которого та была доставлена в МУЗ ГКБ СМП № 25, отделение неврологии. Я считаю что Чернышовым С.В., были применены недопустимые методы допроса и обращался с жалобой в Страсбургский Суд по правам человека, в связи с этими событиями. Также, в связи с указанными событиями я неоднократно обращался к Чернышову С.В. в письменном виде о возможности изменения мне меры пресечения с заключения под стражу на подписку о невыезде для ухода за больной матерью. Однако, Чернышов С.В. на каждое мое подобное ходатайство, отвечал отказом и сообщал мне о том, что сначала я должен признать свою вину в инкриминируемых мне преступных деяниях. Далее, я неоднократно просил Чернышова С.В. обеспечить должный уход за моей больной матерью каким-то другим способом, например, поручить уход за моей матерью моей супруге и передать той денежные средства, находившиеся в распоряжении следователя Чернышова С.В. На что последний отвечал мне отказом. Впоследствии, последний предложил мне передать денежные средства, изъятые у меня, а также ценные бумаги в распоряжение объявившейся сестры моей матери Яковлевой Людмиле Яковлевне. Я сделал это по настоянию Чернышова С.В., так как других способов помочь моей матери у меня не было. Общая сумма средств, переданных Яковлевой Л.Я. составляла 674000 рублей. 16.10.2006 года я был доставлен в МУЗ ГКБ СМП № 25 для свидания с находящейся в тяжелом состоянии своей матерью Галицыной А.Я. В процессе нахождения в данной больнице, мне стало ясно, что денежные средства, выделенные Чернышовым С.В. в пользу Яковлевой Л.Я. для ухода за моей матерью и лечения, расходуются не должным образом. Условия, в которых находилась моя мать, были ужасными. Я считаю, что денежные средства в размере 674000 рублей не расходовались на лечение моей матери. Также моя мать пожаловалась мне, что у нее в больнице украли мобильный телефон, а также драгоценности, документы и денежные средства, которые оказались у Яковлевой Л.Я. По данному поводу мной на имя Чернышова С.В. были поданы письменные заявления с просьбой обеспечить мою мать уходом, так как лица, привлеченные Чернышовым С.В. не исполняют своих обязанностей. Чернышов С.В. ответил мне, что это не в рамках его компетенции и снова потребовал от меня дать признательные показания, используя, тем самым, возникшую ситуацию, как возможность оказать дополнительное давление на меня. 19.12.2006 года моя мать, Галицына А.Я. скончалась. В дальнейшем я просил Чернышова С.В. о вызове для меня нотариуса для подачи заявления о вступлении в наследство после смерти моей матери. Чернышов С.В. постоянно отказывал мне в моих ходатайствах о свидании с нотариусом, требуя от меня подписать протокол ознакомления с материалами уголовного дела. Я предполагаю, что в тот момент Чернышов С.В. знал о том, что моими родственниками, как я предполагаю, было сфальсифицировано завещание на квартиру и все вещи, находящиеся в ней, расположенную по адресу: город Волгоград, улица Порт-Саида, 6 – 40, и сознательно скрывал от меня данный факт. О завещании мне никто ничего не говорил. Наоборот, моя тетя Яковлева Л.Я. в своих письмах сообщала мне, что живет в квартире мамы до моего возвращения из СИЗО. О существовании завещания в пользу моих родственников я узнал в конце мая 2007 года, в ответ на обращение в Нотариальную Палату. В распоряжение моих родственников оказались ключи от всех квартир, принадлежащих мне, в том числе и от той квартиры, в которой я зарегистрирован в настоящее время. Без моего ведома или какого-либо согласия, родственниками стали присваиваться в свою пользу, продаваться принадлежащие мне вещи из квартир. Я полагаю, что данное обстоятельство стало возможно, из-за того, что Чернышов С.В. не предпринял мер для сохранности имущества, принадлежащего мне, оставленного после моего ареста и обыска в квартире, расположенной по улице Аллея Героев, квартире расположенной по проспекту Ленина и квартирах, расположенных по улице Батальонная. Вместо того, чтобы обеспечить сохранность оставшегося после обыска имущества и опечатать квартиры, Чернышов С.В. допустил незаконное проникновение, не уполномоченных мною лиц в эти квартиры и расхищение ценного имущества. В письмах в СИЗО родственники неоднократно намекали мне, что делают это с санкции Прокуратуры и запугивали меня непосредственно Чернышовым С.В. Письма родственников в СИЗО сохранились и прилагаются. После моего освобождения из-под стражи имели место телефонные переговоры с родственниками, которые записывались мной на диктофон, так как я боялся, любого превратного истолкования моих действий, против меня. В телефонных разговорах родственники продолжали запугивать меня Прокуратурой. За время моего пребывания под стражей, родственники мошенническим образом завладели квартирой матери, которая должна принадлежать мне по наследству, свезли туда вещи со всех моих остальных квартир и наемных помещений и в течении долгого времени продавали и дарили, принадлежащие мне и моей семье вещи и материальные ценности. Чернышовым С.В. были переданы родственникам деньги и материальные ценности, изъятые из моих квартир в ходе обысков. В настоящее время ни деньги, ни какие либо вещи родственниками не возвращаются. В течении 10 месяцев меня не пускают ни в квартиру матери, умершей через 3 месяца после моего ареста, ни в квартиру по ул. Аллея Героев, вещи из который были полностью захвачены родственниками и вывезены оттуда. По этим фактам я неоднократно подавал заявления в милицию и суд, по фактам самоуправства, мошеннических действий и кражи моих вещей, совершенных по предварительному сговору, группой лиц, в крупном размере. По этим фактам проводились проверки и возбуждено лишь одно уголовное дело и то в отношении не установленных лиц, хотя вина Яковлевой Л.Я. и Мешкова В.Я. полностью доказана в ходе проводимых ОРД. Когда я обращался к должностным лицам, с вопросом, почему не предпринимаются должные меры, то мне всякий раз намекали, что у моих родственников есть серьезный покровитель в прокуратуре, который препятствует и, пользуясь своей властью, не дает хода расследованию в отношении правонарушений совершенных моими родственниками. Действительно, по моему мнению, можно усмотреть прямую зависимость, в том, что Чернышовым С.В. предпринимаются действия с целью скрыть собственные правонарушения. Если уголовные дела в отношении моих родственников будут расследоваться, то вскроются и другие факты участия Чернышова С.В. в противоправных действиях. 11 сентября 2009 года я в очередной раз звонил в ОД при ОВД Центрального района города Волгограда с целью узнать о движении уголовного дела в отношении моих родственников. Мне сообщили, что следственных действий не проводилось и Яковлева Л.Я. и Мешков В.Я., не признаны в качестве обвиняемых. Несмотря на мои неоднократные ходатайства, ущерб, оцененный мной действиями моих родственников в 5 миллионов рублей, до сих пор процессуально не определен. Хочу напомнить, что наше уголовное дело возникло из бандитского «наезда», а потом уже расследовалось СУ областной прокуратуры, именно следователем по ОВД Чернышовым С.В. Так, в процессе следствия я лишился квартиры по улице Батальонной и ценных вещей из других принадлежащих мне или матери квартир. Неоднократно Чернышовым С.В. предпринимались под надуманным предлогом, якобы в интересах следствия, попытки арестовать принадлежащий мне автомобиль «Хаммер». По этому эпизоду могу пояснить, что 4 марта 2009 года, я подъехал на принадлежащем мне автомобиле «Hummer H2», государственный регистрационный знак «У074ВУ 34RUS» к арке дома, в котором я проживаю, и припарковал свой автомобиль на короткое время. Я отошел на 20 минут для встречи с адвокатом. Когда я вернулся, то увидел свой автомобиль, окруженный тремя служебными милицейскими машинами (ДПС, МОВО ГУВД, МОБ ОВД Центрального района города Волгограда). До этого я спокойно ездил на принадлежащем мне автомобиле, лишь после того, как я заехал на нем к родственникам, которые обещали вернуть мне шнуры от аппаратуры, Чернышов С.В. вновь попытался его арестовать. Также я предполагаю, что решение суда по завещание, было принято в пользу моих родственников под давлением Чернышова С.В. Когда я забирал шнуры, дочь Яковлевой Л.Я., Елена в грубой форме заявила, что квартиру я не получу, вещи свои чтобы я забирал, только те, которые мне отдадут и что меня ожидают в ближайшее время неприятности. Действительно, после того, как я подъехал к своей квартире и отлучился на 20 минут, Чернышовым С.В. была предпринята попытка арестовать мой автомобиль. Исходя из вышеперечисленных фактов, прошу провести расследование, с целью установить факт сговора данных лиц, запросить распечатку телефонных разговоров и произвести другие необходимые мероприятия. Также имеют место неправильное понимание своих обязанностей как заместителя прокурора Центрального района города, а также как государственного обвинителя по нашему уголовному делу, которое выражается в следующих фактах: история с автомобилем, когда Чернышов С.В. пытается арестовать автомобиль в который раз, хотя ему известно, как государственному обвинителю по нашему делу, что повода к аресту автомобиля уже не имеется, в связи с тем, что исковые претензии ко мне погашены, о чем имеется соответствующее решение суда. Как пояснила свидетель Баженова Я.А., в судебном заседании 4 июня 2009 года, именно Чернышову С.В., она обязана тем, что пришла в судебное заседание, несмотря на то, что ранее отказывалась от всех претензий ко мне (что отражено в протоколе судебного заседания). Чернышов С.В. пригласил ее в прокуратуру и лично проводил в суд. Чернышов С.В. требует для меня изменения меры пресечения, называя освобождение от ареста необоснованным, несмотря на уже имеющиеся решения вышестоящих судебных инстанций. Таким образом, на мой взгляд, проявляет неуважение к суду, как Центральному, так и Областному, что в его процессуальном статусе недопустимо. Жалоба Баженовой о якобы нарушении мной неприкосновенности ее личной жизни, написана непосредственно Чернышову С.В. и как я думаю, с его слов, что подтверждает наличие между ними вне процессуального контакта. Причем в отношении уголовного дела по ст. 137 УК РФ, Чернышову С.В., лучше, чем кому-либо известно, что никаких личных архивов у меня не сохранилось, так как они были изъяты 3 года назад. Однако у меня создалось впечатление, что именно он, вопреки фактам, внушает Баженовой убеждение в моей виновности. Причем по этой жалобе, с нарушением подследственности, немедленно возбуждается уголовное дело, тогда как я в течение полугода не могу добиться возбуждения уголовных дел по фактам кражи и самоуправства в отношении моего имущества, похищенного, присвоенного и частично распроданного моими родственниками, о чем я неоднократно подавал заявления. Так, имело место возбуждение уголовного дела в отношении меня по факту публикации в газете «Родной город», где правдиво отражены обстоятельства нашего первоначального ареста и фактически доказана наша невиновность. Также Чернышовым С.В. инициировано возбуждение еще одного уголовного дела, по факту моих заявлений и обращений в органы МВД и прокуратуры как заведомую ложь с моей стороны. А заявления моей жены о вмешательстве в ее личную жизнь и публичное оскорбление в процессе рассмотрения гражданского дела Яковлевой Л.Я. не рассматривается и остается без движения. Со слов участковых мне известно, что именно Чернышов С.В. дает указания не возбуждать уголовные дела в отношении моих родственников. Из всех этих фактов, по моему убеждению следует, что Чернышов С.В., руководствуется в своих действиях, не интересами службы, а личной неприязнью и жаждой обогащения. Также могу дополнить, что Чернышов С.В., любыми способами пытается снова посадить в тюрьму, чтобы таким образом скрыть допущенные им нарушения законности. К настоящему объяснению по моей просьбе прилагаются следующие документы: письма моих родственников в СИЗО с угрозами привлечь прокуратуру к решению наших частных проблем, с предложением дать взятку в следственные органы, с утверждением о фальшивом происхождении завещания на квартиру матери, завещание, выписку о движении денежных средств по счету двух кредитных карточек банка «ВТБ 24», карты ВИЗА № ххххххххх9018, выпущенной банком «ВТБ 24» на имя Галицына Григория Александровича и карты ВИЗА № ххххххххх6990, выпущенной банком «ВТБ 24» на имя Писчасовой Ирины Александровны (то есть на девичью фамилию моей жены Галицыной Ирины Александровны)."