Прошу прощения, что невольно увел разговор в сторону. Не хотел разжигать дискуссию на пустом месте, но мне показалось, что принцип, который сформулировал Боря, претендует на абсолютный характер. Отвечаю, просто чтобы не быть неверно понятым.

Производство всегда осуществляется ради какой-нибудь цели. Если эта цель - не личное потребление (прекрасные вещи, пылящиеся в столах и сундуках), то значит это делается для кого-то другого.

В целом верно, но есть исключения из этого правила: "производство", обсловленное творчеством, не всегда осуществляется ради конечной цели. Ни личное потребление, ни создание вещи для других, ни тем более изготовление товара для продажи не являются целью для художника: он создает просто потому, что иначе не может; оттого, что так уж он устроен. Как, для кого и когда возникает меновая стоимость получившегося "продукта", - тема совершенно отдельная.

Человек, производящий товар на продажу, служит людям, удовлетворяет их нужды. Тем самым проявляет смирение и альтруизм.

Это, простите, какой-то опиум с фимиамом. Такой человек служит прежде всего себе, действуя к собственной выгоде - именно это является его целью. Описанная Вами ситуация возникает лишь в том предельном случае, если человек торгует по себестоимости, ради любви к шороху. Кстати, толковый словарь определяет альтруизм как "готовность бескорыстно действовать на пользу другим, _на считаясь со своими личными интересами_". Вынося на рынок товар (как, впрочем, и свою физиономию утром из дому) человек проявляет агрессию по отношению к миру и обществу, вторгается в их существование, так что о смирении речи тоже нет.

А вот "аутист", презирающий рынок - просто эгоист и гордец, считающий себя пупом земли и ставящий свою персону выше Господа Бога.

Видимо, я все-таки неправильно понят. О презрении к рынку разговору нету, это было бы глупо. Я хочу сказать лишь о том, что существуют неописываемые в рыночных категориях акты производства. Возможно, они составляют небольшую часть в жизни социума с точки зрения объема производства, но без них каждому отдельному человеку было бы трудно дышать.