Первый день похода (2)
http://grajo-che.livejournal.com/64336.html

До наступления сумерек революционные массы в приподнятом настроении преодолели около полусотни километров. По пути колонне встретился старый гараж, откуда Лещ и солома, после непродолжительной инспекции, вывели три мотоцикла архаичного типа (один из них был даже трёхместный) и самый настоящий легковой автомобиль. Несмотря на запущенный вид, транспорт в умелых руках студенческой троицы оказался годен к использованию спустя считанные минуты. Егор был более чем в восторге и распорядился усадить на мотоциклы нескольких человек, близких к командованию, чтобы те курсировали взад-вперёд вдоль колонны и доносили о возможных инцидентах. Автомобиль пока приставили в конец марша к трейлеру, и теперь обе машины замыкали шествие, двигаясь вослед него с черепашьей скоростью.
- Вот видите,- сказал Егор Арине, - небеса благоволят нам. Они снабжают нас всем, что бы мы ни пожелали, и даже сверх того.
Знамя Eгор отдал нести Амиго, и тот, небрежно закинув круглый штандарт на плечо и поигрывая своим "Аграмом", шёл с невозмутимым видом туриста, проходящего уже давно знакомый маршрут по лесам, полям и горам. Пёстрый взялся самостоятельно осваивать один из добытых мотоциклов и за десять минут успел два раза свалиться с него на ходу и один раз заехать на всём газу в придорожную канаву; впрочем, Пёстрый обладал удивительной способностью падать и вообще попадать в разного рода аварии без малейшего ущерба для здоровья, и после столь неудачного опыта он лишь с сожалением заметил, что ему нужно взять пару уроков у опытного человека. Солома, отличавшийся в очках орлиным зрением, пристально разглядывал окружающую местность, как будто ожидая, что вот-вот из-под каждого куста высыпет по вражескому отряду. Лёщ шёл с блаженно-мечтательной улыбкой на лице, взвалив на оба плеча тяжёлый гранатомёт и слушая пение птиц, доносившееся с перелесков.
Егор шагал рука об руку рядом с Ариной, и соратники не узнавали его. Всегда серьёзный и выдержанный, никогда ничего никому не говоривший попусту, Егор не замолкал ни на секунду. Он описывал происходящее во всех красках, беспрестанно шутил, давал различные советы, и рассказывал, рассказывал о боях и подвигах минувших дней, о людях, по сравнению с которыми нынешние казались бледными дождевыми червями, и о многом другом, прекрасном, страшном и захватывающем. Девушка слушала, и изумлялась, и переспрашивала, и в глазах её читался неподдельный интерес - ведь она появилась на свет всего две недели назад, и ей всё было в новость и в удивление. Арина то смущалась, то широко, почти по-кукольному, раскрывала глаза, то заливисто смеялась, пронзённая остроумными речами спутника, а тот всё говорил и любовался производимым эффектом. Целиком увлечённый Ариной, Егор более ничему не уделял внимания, лишь изредка вспоминая какие-то организационные детали и перебрасываясь парой слов с шедшим неподалёку Амиго, после чего снова возвращался к девушке и рассыпался перед ней горстью бриллиантов.
Идиллию нарушил вечно беспокойный журналист, который, не теряя времени, облюбовал пассажирское сиденье в трёхместном мтоцикле, и пока водитель разъезжал вдоль шествия, проверяя, всё ли в порядке, корреспондент, прикрепив камеру на борт, снимал самоё себя на фоне идущей толпы и вдохновенно тараторил в микрофон. Время от времени он закруглял свою болтовню словами: "С места событий Иван Почечуев, спасибо за внимание!" и отдышавшись, начинал по новой. Под вечер он как раз добрался до командования и между делом сообщил Егору, что если они найдут по дороге вертолёт, то пусть известят его, так как он давно мечтает заснять марш с высоты птичьего полёта ("фантастические кадры, абсолютный эксклюзив, я вам гарантирую!"). Егор повелел ему заткнуться и посмотрел на часы. Было около шести, и солнце уже задевало верхушки деревьев.
- Объявляю привал на час! - скомандовал он. - Сходим с шоссе и вон к той опушке.
Народ с радостью исполнил приказ. Весёлый и играющий красками майский день сменился нежным и умиротворящим майским вечером, за которым обещала быть волшебная майская ночь. Люди тихо, стараясь не тревожить первозданный покой этих мест, рассаживались на траве и предавались спокойным и размеренным беседам под заходящим солнцем. Кое-кто прихватил с собой в путь гитару, и то тут, то там раздавался мелодичный звон струн, и кто-то тихо и проникновенно пел о любви, о море и о сияющих вершинах, что ждут своих покорителей. Даже журналист прекратил галдеть и суетиться, уселся подле одной такой компании и принялся подтягивать токим голосом, с грехом пополам попадая в ноты. командование в состави уже шести человек расположилось под корнями огромной сосны. Толстые могучие корни выступали из земли словно набухшие вены и образовывали некое подобие кратера, где можно было рассесться по кругу.
- Как странно, - промолвила Арина, когда все устроились поудобнее. - Мы идём почти целый день, и никого до сих пор не встретили. Ни машин, ни людей, ни одной деревни на всём пути от Города. Разве такое может быть?
- Почему же нет, - откликнулся Егор. - Тем более, что здесь когда-то было полным-полно сёл, и полно домов, и из каждой трубы поднимался дым.
- Куда же это всё делось? - спросила девушка.
Егор усмехнулся с чуть заметной грустью.
- Исчезло, - ответил он, - давным-давно... В общем, это долгая история. Если желаете, я вам расскажу.
- Пожалуйста, - попросила Арина.
Амиго широко зевнул и улёгся вздремнуть, а студенты с нитересом приготовились слушать.