Казус Зубкова
Нисколько не претендуя на глубину анализа, тем не менее, выскажу, пожалуй, некоторые свои соображения о недавних претубирациях.

На первый взгляд мне совершенно не вериться, что Зубков человек Путина. Ну, просто, по своему психотипу, жизненному пути и опыту это должны быть совершенно разные люди. Могущие друг друга терпеть, но никогда не быть близкими.

Ну, представьте – кто такой путька? Стукач! Нет, это не ярлык, это суть. Вспомните, ведь он пришёл в органы предлагать сотрудничество ещё пионером. Какое сотрудничество он мог предложить? Только одно – стучать, доносить о подозрительных типах. Конечно, Вова собирался стучать на врагов, шпиёнов, плохих парней, но это ведь значит одно - пионер Вова ощущал окружающих вокруг себя людей настолько чужими, что многие из них, с его точки зрения, вполне могли быть даже шпионами.

Представили сознание этого щуплого пионера?

Так и чудится, что-то крысиное, глубоко ущербное, остро осознающие невозможность своего существования в этом мире, и потому ненавидящее и боящиеся окружающих, не видящие для себя никакого иного выхода, кроме как примкнуть, прислониться, прилепиться к тому, в чём чудилась мощь и сила, к тому, что для окружающих было чужим и пугающим.

То есть Вова сызмальства ощущал окружающих людей настолько опасными для себя врагами, что ещё в розовом детстве решился на подлость по отношению к ним, ища в страшной для всех конторе защиту и опору. Ну а дальше, по классической схеме развития отчуждения, его дальнейшая эволюция была всё большей и последовательной инкорпорацией в чуждую и противостоящую людям и обществу систему.

Но нужен ли он был тогда гэбе? Конечно же, нет. Ну, кто он был такой, что он мог сообщить интересного, чем оказаться полезным? Да ничем! Наверное, гэбешник, к которому он явился, механически отметил, невольно скривившись от отвращения: “Ну, вот ещё один подлец сыскался, запомним, потом может на что-нибудь сгодиться”.

Нормальный человек стучать не пойдёт. Чтобы человек стучал его надо взять, подловить, обработать, заставить … Это прекрасно знают мастера этой кухни. Может быть поэтому, в специализированные учебные заведения его не взяли, такое … там не нужно.

А вот в гражданском университете, Вова оказался полезным, как-никак студенты, преподаватели... Говорят, что у гэбе была практика устраивать на более – менее престижные факультеты своих стукачков. Вот Вова и сгодился, помогли, наверное, устроиться.

Судя по всему, стучал он хорошо, самозабвенно. Должно быть, проявил рвение. Не зря же поощрили - отправился в ГДР, “разведчиком”. Только что разведывать в ГДР, самой лояльной, преданной и открытой СССРу стране-союзнице? Смешно, право…

Так что разведывать там было нечего, по первому намёку все “секреты” с подробными разъяснениями гэдэровцы передавали своим “старшим братьям”, а вот следить за многочисленными советскими гражданами, работающими и служившими в ГДР, очень даже было нужно. Так что работал он там по своему прямому назначению – писал доносы, читал доносы, вербовал доносчиков … Синекура.

Путь Зубкова совсем другой. Зубков с самого начала пошёл в непрестижный сельскохозяйственный вуз. То есть в самом начале своего жизненного пути он понимал, что ему не на кого, и не на что расчитовать, кроме как на свои силы. Что ему придётся тяжело и упорно работать в самой тяжёлой и непрестижной отрасли народного хозяйства. Конечно, наверное, он сделал это, потому что качество его подготовки не позволяло поступить в другой, более престижный вуз, но он же не пошёл в стукачи, в надежде, что органы помогут ему устроится в престижное место, где бы было на кого стучать.

Почувствуйте разницу – один делает ставку на подлость и помощь могущественной структуры, другому не на что надеяться, кроме как на свое трудолюбие. Один идёт стучать, другой землю пахать (в буквальном смысле).

Раньше я писал, что сделать ещё в детстве выбор – стать стукачём, можно только имея какоё-то врождённый нравственный дефект. Это можно только ненавидя людей, считая их чужими, подлецами. И судьба не обманывает стукача – ему всю жизнь приходится жить только с подлецами. Рядом с такими же подлецами как и он сам, собравшимися в конторе, или с теми, кого они заставляют стучать, ловя на чём-то непотребном. Так что вся жизнь Вовы была среди подлецов, обращена исключительно на подлецов и сконцентрирована на копании в человеческой мерзости.

Поэтому естественно возникновение следующей аберрации – подлец, значит, свой, человек с которым можно иметь дело. Хочешь соратника - поймай его на чём-то непотребном, скомпрометируй и заставь работать на себя, чтобы он тебе стучал, а не на тебя. Найди слабость у товарища по конторе, скомпрометируй его, и будет он тебе - преданый друг, тебе огромный бонус во внутриведомственной конкуренции.

Только разоблачённый подлец может стать сотрудником, соратником, полезным членом сообщества, принести пользу …, нормальный же человек – никогда!

Вот так и варился Вова всю свою жизнь. Поэтому когда он радостно приветствовал израильскую делегацию, изъявлением восторга по поводу того, что израильский примъер попался на изнасилованиях, он не хотел их унизить, он действительно возликовал и хотел донести до высоких гостей свою радость, что их премьер оказался, к его радости, своим человеком, родным, понятным. Что вот теперь то с ним можно по настоящему плодотворно работать, взаимовыгодно сотрудничать, заиметь особые отношения …

Сработал рефлекс. Это непреодолимо.

Напротив Зубков начал работать в колхозе. Ему пришлось работать с простыми русскими людьми. И у него не было иного пути, как найти в них что-то положительное, хорошие, вдохновить, заинтересовать …

Если Вове для “работы” нужны были подлецы и извращенцы, то Зубкову нужны были совсем другие люди – работяги. Если Вове надо было зацепиться за что-то мерзкое и стыдное, вытащить это, сделать на этом акцент, оперется на эту гнусность, то бригадиру Зубкову можно было только опираться на что-то совсем другое.

Да и долгие годы работы должны были оставить у них совершенно разные представления, например, о целях работы.

Зубков мог продвинуться, на каком бы уровне он не работал, только если достигал осязаемый результат, а Вова, … а Вова сначала писал доносы, потом принимал доносы, и снова писал доносы, Вова мог продвинуться, если кто-то допустил оплошность, а он бы узнал и донёс. Если кто-то проваливался у Зубкова, то он проваливался вместе с ним, ведь страдало совместное дело, оплошность каждого влияла на общий результат, а если кто-то оплошал рядом с Вовой, то Вова выигрывал, надо было только вовремя настрочить донос.

Для Зубкова порядок был, если без сбоев шла конкретная работа, когда каждый на своём месте делал свою часть дела, а для Вовы - если у него на всех, кто был рядом, был бы компромат, чтобы они не дёргались. Для Зубкова нормальное состояние было, когда окружающие его люди активно работали, желательно творчески, то есть постоянно улучшали бы и развивали совместный проект, а для Вовы – нормальное состояние, когда, все вокруг так были бы оплетены компроматом, что никто бы не смел против него дёрнуться. На него настучали – он тут же донос накатал. Чтобы всё было - как мухи в паутине.

Наконец Зубков своим опытом неизбежно научен понимать причинно следственные связи в экономике, практикой научен. Ну, предположим - провели дорогу, перестали яйца при транспортировке биться, построили новый коровник – стали больше удои, пустили автобус, развозящий доярок по фермам – повысилась производительность труда ….

Жизнь неизбежно выработало у него рефлекс - чтобы был результат надо что-то делать. Сделал – получил результат.

А что же мог усвоить Вова? А что – он сидит, пишет доносы, ему пишут доносы, все кругом пишут на друг друга доносы, все повязаны компроматом, потому никто и не дёргается. Всё стабильно и предсказуемо – как результат, очередное повышение звания, прибавка к окладу, путёвка в Сочи… Волей неволей у Вовы возникает рефлекс – главное стабильность, чтобы все были повязаны и не дёргались, тогда всё приложится, само собой. Возникнет откуда-то, законы природы, наверное, такие…

Чтобы был результат – надо всех так скрутить, чтобы все были крепко повязаны, на крючке, насаженные по самые яйца. Главное кабы чего не вышло, чтобы чего-то нового не возникло, неизвестного, на что ещё донос не написан.

К чему я это говорю – ну не может, с моей точки зрения, Зубков быть креатурой Вовы. По крайней мере, мне так кажется. Ну, смотрите, кто пришел с Вовой – те, кому и с кем он доносы писал (его сослуживцы из конторы) и те, кто ему доносы писали (те, кого он завербовал). Вот эти последние - настоящие его кадры, на все сто. Так вот, те, кого он завербовал – все, как на подбор, ни на что не годные дураки и идиоты. Даже по виду! Греф, Миронов, Грызла, Козак, Милер, Иванов ….

Даже физиогномические Зубков совершенно другой человек!

Более того, если хоть капля того, что говорят о Вове, правда – что он педофил (и имеются недвусмысленные плёночки), что он разграбил Петербург (и имеются документики), что он взрывал дома, что он травил ядами множество людей (Литвененко только один из них) и т.д. и т.п., то единственным его преемником мог быть кто-то из исполнителей этих преступлений. Так что идеальным преемником для него, полностью обеспечивающий его грядущую безопасность, во веки веков, может быть только парень типа Лугового.

Да и выглядит Вова в последнее время каким-то явно неадекватным. Так что, судя по всему, Вове прямо, и очень доходчиво, сказали – надоел ты нам братец, давай слазь со своей шпаной, а не то …

Возможно Зубков – компромиссная фигура. С одной стороны не из конторы и не вовкин пацан, но все ж таки лично знаком, как бы из питерских, сосед по даче, вроде не живодёр.… Авось пронесёт…

Пофантазирую немножко, почему сейчас нужен Зубков, а не какой-нибудь вовкин охранитель. Если рассматривать интерес правящего класса, тех, кто присвоил народное достояние при приватизации, то Вовка выполнил свою миссию:

1)Стабилизировал ситуацию.

2)Повысил тарифы на всё что можно, и тем обеспечил максимально возможные доходы правящему классу.

3)Довёл “приватизацию” до логического конца, когда счастливую жизнь больше не отягощает необходимость тратится на всякие дотации населению.

Но в результате возникли определённые издержки:

1)Рассорился с Западом, а это приносит очевидный дискомфорт. (С Куршавеля выгнали, в Лондоне полиция зверствует и т.д. и т.п.)

2)Инфраструктура страны находится на гране краха, а это может обернуться большими неприятностями (Вдруг всё в стране накроется медным тазом, например в результате холодов, а на Западе обозлятся и туда не пустят. Как жить тогда?)

3)Его сатрапы обнаглели и стали требовать слишком большой доли.

Поэтому нужен человек, который сможет косметически поправить ситуацию, по возможности наладить работу механизма, ничего в нём принципиально не меняя. Ну, например, подлатать инфраструктуру, хоть немного построить дорог и т.д. и т.п..

Ведь понятно, что Вовкины пацаны на никакой полезный и производительный труд принципиально не способны. Полоний врагу сыпануть – это, пожалуйста. И то криво получилось, потеряли навык, ампулы побили, порошок рассыпали, наследили … Тьфу!

А вот Зубков может потянуть, вспомним, ведь он сумел добиться результатов в сельском хозяйстве. Совхозы и колхозы были принципиально неработающими системами. Но ведь Зубкову как-то удалось что-то там сделать, как-то со скрипом крутилось!

Ну, теперь осталось определиться по поводу всей этой ситуации. Я считаю, что дело не в том хороший Зубков, или нет, лучше он Вовки, или хуже - принципиально неприемлема сама ситуация, когда кто-то сверху нам спускает кого-то в качестве президента.

Вчера спустили Вовку, чтобы всех скрутить в бараний рог, отнять льготы и повысить тарифы, сегодня (может быть) дают Зубкова, чтобы както-то подлатать развалившееся хозяйство, сгладить вопиющие диспропорции, а завтра, например, эти кто-то, решат, что с быдляком надо окончательно кончать, и будет нам всем (например) – Ахмат Кадыров, полный и радикальный.

Что ж остаётся только меланхолически заметить – что в Украине такая ситуация принципиально невозможна. Просто потому, что там власть завоевал народ, и кто бы там ни были во власти, они вынуждены служить народу Украины, считаясь с каждым его чихом, иначе майдан – и под зад!

Но, увы, похоже, нам, остаётся только завидовать …