Войти в систему

Home
    - Создать дневник
    - Написать в дневник
       - Подробный режим

LJ.Rossia.org
    - Новости сайта
    - Общие настройки
    - Sitemap
    - Оплата
    - ljr-fif

Редактировать...
    - Настройки
    - Список друзей
    - Дневник
    - Картинки
    - Пароль
    - Вид дневника

Сообщества

Настроить S2

Помощь
    - Забыли пароль?
    - FAQ
    - Тех. поддержка



Пишет half_back ([info]half_back)
@ 2007-07-24 01:42:00


Previous Entry  Add to memories!  Tell a Friend!  Next Entry
Entry tags:смешное

На тему фотографирования
Однажды Владимир Владимирович™ Путин с супругой и дочерьми прогуливался инкогнито по улицам Москвы. Вокруг светились огни наружной рекламы, сверкали мигалки чиновников, тускло мерцали кремлевские звезды и весело блистали вспышки фотокамер.
Вдруг Владимир Владимирович™ увидел, как из дверей ресторана Центрального дома литераторов выходит мужчина с очень знакомым лицом.
- Папа, смотри!

- воскликнули дочери Владимира Владимировича™, - Это же Абдулов! Абдулов!
Владимир Владимирович™ немедленно узнал народного артиста Российской Федерации Александра Гавриловича Абдулова.
- Папа, снимай! - закричали дочери Владимира Владимировича™ и захлопали в ладоши. Владимир Владимирович™ кивнул и рядом с ним как будто из воздуха соткался сотрудник Федеральной службы охраны с фотокамерой в руке. Сотрудник вскинул фотоаппарат и направил его на Александра Гавриловича.
- Сука! - сказал Александр Гаврилович, увидев направленный на него фотоаппарат, - Блядь! Если хоть одна фотография где-нибудь появится, я тебя убью!
Сотрудний Федеральной службы охраны опустил фотоаппарат и с недоумением посмотрел на Народного артиста.
- Слышишь, мамой своей клянусь, убью! - продолжал Александр Гаврилович - Ты больше ни одного снимка в своей жизни не сделаешь. Я тебя запомнил! Я тебя все равно найду! Ты жить не будешь…
Вдруг из дверей ресторана показался другой мужчина с очень знакомым Владимиру Владимировичу™ лицом.
- Папа, смотри, Ярмольник, Ярмольник! - воскликнули дочери Владимира Владимировича™.
Владимир Владимирович™ немедленно узнал народного артиста Российской Федерации Леонида Исааковича Ярмольника.
- Сука, отдай фотоаппарат! - закричал Леонид Исаакович, хватая сотрудника Федеральной службы охраны за руку и пробуя вырвать у него фотокамеру, - Меня снимать нельзя!
Сотрудний Федеральной службы недоуменно оглянулся на Владимира Владимировича™. Владимир Владимирович™ пожал своими президентскими плечами. В этот момент Леонид Исаакович схватил сотрудника за форменную футболку и ударил его в лицо.
- Леня, Леня, подожди, - подскочил к Леониду Исааковичу Александр Гаврилович - Я ему сейчас все объясню.
И Александр Гаврилович тоже ударил фотографа в лицо.
- Здорово! - смеялись дочери Владимира Владимировича™, - Артисты жгут!
- Так жалко их... - пробормотала супруга Владимира Владимировича™, наблюдая, как воздух рядом с Народными артистами загустевает.
Владимир Владимирович™ вздохнул.


Отсюда


(Добавить комментарий)

Ja vot ,4to srazu vspomnila..(ne prinimat' na svoj s4et...)
[info]al_bogd@lj
2007-07-23 18:43 (ссылка)
Джером К.Джером. Увлекающаяся натура

На следующий год Беглли совершенно забросил теннис и страстно увлекся
фотографией. Тогда все его друзья стали умолять его вернуться к теннису,
вовлекали его в разговор о подаче, об отбитых и срезанных мячах, о случаях
из жизни Реншо, но он не желал и слышать о теннисе.
Где бы он ни был и что бы он ни увидел, он все фотографировал. Он делал
снимки со своих друзей и этим превращал их в своих врагов. Он снимал
маленьких детей и вселял отчаяние в сердца любящих матерей. Он снимал
молодых женщин, и на их семейное счастье ложилась тень. Один юноша как-то
влюбился в девушку, которая, по мнению его друзей, была ему не пара. Но
чем больше они чернили ее, тем больше он к вей привязывался. Тогда его
отцу пришла в голову счастливая мысль, и он уговорил Беглли
сфотографировать ее в семи различных позах.
Когда влюбленный увидел первую фотографию, он сказал:
- Что за уродство! Чья это работа?
Когда Беглли показал ему вторую, он сказал:
- Слушайте, дорогой мой, да тут нет ни капли сходства. У вас она вышла
безобразной старухой.
При виде третьей он сказал:
- Помилуйте, что вы сделали с ее ногами? Не может быть, чтобы они были
такого размера. Это противоестественно.
Увидав четвертую, он воскликнул:
- Пресвятое небо! Во что вы превратили ее фигуру? Как это могло
получиться?
При взгляде на пятую он зашатался.
- Великий боже, - воскликнул он, содрогаясь от ужаса. - Это не человек,
а призрак! У людей такого выражения лица не бывает!
Беглли уже начал не на шутку обижаться, но его взял под защиту
находившийся тут же отец молодого человека.
- Беглли тут ни при чем, - стал вкрадчиво уверять пожилой джентльмен. -
Он не виноват. Что такое фотограф? Простое орудие в руках науки. Его дело
- установить аппарат, а тот уже сам изображает все, что перед ним
оказалось... Не надо, - продолжал пожилой джентльмен, удерживая Беглли,
который собирался продолжать демонстрацию своих произведений, - не стоит,
не показывайте ему двух остальных...
Мне жаль бедную девушку! Она, по-видимому, искренно любила этого юношу,
и наружность у нее была нисколько не хуже, чем у других. Но какой-то злой
дух, казалось, вселился в аппарат Беглли. С непогрешимым инстинктом
литературного критика он схватывал недостатки и преувеличивал их до такой
степени, что они затмевали все достоинства. Человек с прыщом превращался в
прыщ с человеком на заднем плане. Люди с резкими чертами лица становились
придатками к своим собственным носам. Никто не подозревал того, что один
из наших соседей уже четырнадцать лет носит парик. Аппарат Беглли сразу же
раскрыл обман, притом с такой очевидностью, что все друзья этого человека
долго удивлялись, как это могло ускользнуть от их внимания.
Аппарату, очевидно, нравилось показывать человечество с самой плохой
стороны. Невинные младенцы у него неизменно получались с хитровато-глупым
выражением лица. Молодым девушкам приходилось выбирать, что им больше по
вкусу: лицо бессмысленно идиотское или злое, как у начинающей ведьмы.
Кротких старушек аппарат делал наглыми и циничными. Нашего священника,
прекраснейшего пожилого джентльмена, Беглли изобразил каким-то дикарем с
нависшими бровями и с явно недоразвитым интеллектом. Виднейшего адвоката
города он запечатлел с таким лицемерным выражением лица, что не многие из
видевших его портрет решались потом доверять ему свои дела.
Мне, пожалуй, не следовало бы говорить о себе, так как я могу быть
пристрастным. Скажу одно: если я хоть чуточку похож на свою фотографию,
сделанную Беглли, то все, что критики когда-либо и где-либо говорили по
моему адресу, справедливо и даже больше чем справедливо. Однако я готов
утверждать - хоть я и не претендую на красоту Аполлона, - что левая нога у
меня отнюдь не длиннее правой и вовсе не изгибается дугой. Это я берусь
доказать. Беглли уверял, что с негативом что-то произошло во время
проявления, но на фотографии этого пояснения нет, и потому я продолжаю
считать себя незаслуженно оскорбленным.
Аппарат в руках Беглли не подчинялся никаким законам перспективы - ни
божеским, ни человеческим.

(Ответить) (Ветвь дискуссии)


[info]half_back@lj
2007-07-24 02:21 (ссылка)
Вахмистр между тем переписывал свой рапорт, который он ночью дополнил кляксами, размазав их по тексту, словно мармелад.
Он все переделал заново и вспомнил, что позабыл допросить Швейка еще об одной вещи. Он велел привести Швейка и спросил его:
- Умеете фотографировать?
- Умею.
- А почему не носите с собой аппарата?
- Потому что его у меня нет,-- чистосердечно признался Швейк.
- А если бы аппарат у вас был, вы бы фотографировали? - спросил вахмистр.
- Если бы да кабы, то во рту росли бобы, - простодушно ответил Швейк, встречая спокойным взглядом испытующий взгляд вахмистра.
У вахмистра в этот момент опять так разболелась голова, что он не мог придумать другого вопроса, кроме как:
- Трудно ли фотографировать вокзалы?
- Легче, чем что другое,-- ответил Швейк.-- Во-первых, вокзал не двигается, а стоит на одном месте, а во-вторых, ему не нужно говорить: "Сделайте приятную улыбку".
Теперь вахмистр мог дополнить свой рапорт. "Zu dem Bericht No 2172 melde ich..." /В дополнение к моему сообщению No 2172 докладываю... (нем.)/ В этом дополнении вахмистр дал волю своему вдохновению:
"При перекрестном допросе арестованный, между прочим, показал, что умеет фотографировать и охотнее всего делает снимки вокзалов. Хотя при обыске фотографического аппарата у него не было обнаружено, но имеется подозрение, что таковой у него где-нибудь спрятан и не носит он его с собой, чтоб не возбуждать подозрений; это подтверждается и его собственным признанием о том, что он делал бы снимки, если б имел при себе аппарат..."
С похмелья вахмистр в своем донесении о фотографировании все больше и больше запутывался. Он писал:
"Из показаний арестованного совершенно ясно вытекает, что только неимение при себе аппарата помешало ему сфотографировать железнодорожные строения и вообще места, имеющие стратегическое значение. Не подлежит сомнению, что свои намерения он привел бы в исполнение, если б вышеупомянутый фотографический аппарат, который он спрятал, был у него под рукой. Только благодаря тому обстоятельству, что аппарата при нем не оказалось, никаких снимков обнаружено у него не было".


Ярослав Гашек, Похождения бравого солдата Швейка (http://www.gashek.org.ru/razdel-al-ebook-566/)

(Ответить) (Уровень выше) (Ветвь дискуссии)


[info]al_bogd@lj
2007-07-24 09:26 (ссылка)
Toje interesno!)

(Ответить) (Уровень выше)