Провокатор ФСБ П.Хуеплет и художник Д.Пригов
Петр: На не так давно состоявшемся закрытии выставки «Верю» художник Осмоловский сказал очень интересную фразу, что наконец-то русское искусство поднялось до европейского уровня, т.е. стало качественным, серьезным блокбастером. Он говорил это с оттенком искреннего восторга. И кажется, что Дмитрий Александрович Пригов разделяет эту позицию, что задача русского искусства – чтобы, наконец, поднялись до Европы, т.е. были престижность, номинации и т.д. Хотя совершенно очевидно для русских художников, что европейское искусство – это нечто наигранное, лишенное таких основополагающих черт для искусства, как глубинная творческая агрессия или сексуальная энергия, которая совершенно необходима в искусстве.

Долгин. Интересно, так ли это ясно «русским зрителям»?

Пригов: Может быть, это ясно для русских художников, но для московских художников это не совсем ясно, это во-первых. Во-вторых, насчет сексуальной энергии, если она в тебе есть…


Петр: Но в Европе ее нет совершенно!

Пригов: Если она в тебе есть, то независимо, русский, японский, корейский, индобразильский художник, независимо от тебя она проявляется. Не надо быть русским художником, чтобы являть сексуальную энергию.

Петр: Мы говорим о формах существования европейского искусства, которое исключает эти формы и проявления.

Пригов: Полно региональных искусств: индонезийское, финское и т.д. Если идешь в финский музей, там полно финских художников, это позиция. Есть искусство, ориентирующие на интернациональный контекст, есть искусство, рассчитанное на национальное. Ничего специфического для России в этом нет. В России, как во многих регионах: в Индии, в Индонезии – существует эта ориентация, в этом нет ничего особенного. Просто у нас ориентация на разное искусство, на разные дискурсы. Вы существуете в своей зоне, я в своей зоне, мы не противники друг друга, у нас разные публика, площадки, так что все замечательно. Я не вижу здесь проблемы.