Елена Батурина и мужик
Вся Москва говорит: Елена Батурина, супруга Юрия Лужкова, завела себе любовника - первого заместителя мэра Росляка. В полном теперь смысле - заместителя мужа.
Я бы простил Батуриной любовную интрижку с простым мужиком - автослесарем, например, или журналистом. Она бы их, выросших в печальных голубятнях Хрущева, катала на лошадях, приучала к белому эльзасскому и розовому тосканскому. Одевала бы в тибетский кашемир, водила к портнихе, стоматологу и логопеду, исправила бы им ушные хрящи в Институте красоты. Зарывшись в мягкие груди Батуриной, мужик вспоминал бы маму, первый звонок и еще три-четыре масштабных и добрых события его прошлого. Батурина показала бы ему ЖИЗНЬ.
Но - Росляк. Нетрудно представить себе, как они лежат в тогах, смакуя сырокопченые соловьиные языки. И вместо плотских утех, соприкосновения мохнатых лобков, проникновенного познания друг друга две корпускулы лужского капитализма вычисляют возможный процент от продажи гостиницы "Россия" Шалве Чигиринскому. Мечтают о ярлыке на мэрство, спорят, кого приблизят из нынешних служивых, кого удалят.
Кличут из предбанника евнуха. Тот приносит им торт, творение рук Церетели - кремовый Лужков в полный рост. Вгрызаясь зубами в прототип мужа и начальника, Батурина и Росляк тяжело дышат - вычисление процентов очень тяжелая работа.
Я бы простил Батуриной мужика. Но Росляка - не прощу. И Лужков не простит - разгневается когда-то и выкинет Росляка в мужики. Вот тогда любовники и познают сладкий грех соития.