Приснится же такое
В интернетах новый фильм Нолана уже переименовали в «Мочало», и так тому и быть.



Пройдемся по уровням.



Тема сна во сне и связанных с этим временных парадоксов – это тема не столько Нолана все-таки («Бессонница»), сколько Филипа Дика. Старик посвятил разработке этой темы жизнь и здоровье, без преувеличений. В итоге сконструировал или переоткрыл параноидальный мир, где никто в себе не уверен и все предают, а картинка за окном меняется по мановению некоего внешнего архитектора. Парадокс в том, что наиболее «диковским» фильмом в этом смысле был «Темный город», формально к нему отношения не имеющий вовсе. Это был фильм с небольшим бюджетом (правда, и тот еле отбил), без звезд, зато перевоплощения собственно города там были удивительные, магические. Нолан в самом начале показывает, «что я делаю с вашими деньгами» - ну в смысле спецэффектами – просто сгибает мир пополам и складывает. А по бокам зеркала, упертые друг в друга. Это символично и дьявольски изысканно. И вот, очень аккуратно получается. И никакой темноты.



Темный, темный...
В кинотеатре вчера я вспомнил «Темного рыцаря» и был вынужден сквозь сердце скрепя зубы признать, что «Темный рыцарь» был-таки вполне приличным фильмом и даже почти не скучным, по сравнению с этой вот развесистой канителью под громоподобную музыку Ганса Зиммера. Хотя чем дальше в прошлое, тем безотраднее в настоящем – ведь до «Темного рыцаря» был «Престиж», а до него «Мементо»...
Очень интересно, почему те или иные авторы становятся тем популярнее, чем хуже снимают. Например, Тарантино. Например, Нолан. Например, Манн. И каждый раз мы наблюдаем очередную версию «Королевского жирафа» - крики критики «Браво, браво», рев толпы, восторги и безжалостное забвение спустя месяц после премьеры шедевра. Никто на днях не пересматривал «Джонни Д.»? А что так?
Марион Котийяр. Сексуальная идолица нулевых. Во всех смыслах. Девушка-нуар. Хочется пожелать режиссеру каждую ночь провалиться сквозь сон три и четыре раза, и чтобы на каждом уровне его ждала Марион Котийяр в пеньюаре и с увесистой бородавкой на лбу. Чтобы он наконец понял, насколько это действительно страшно – но не в том смысле, в каком он задумывал.



Недаром же Эллен Пейдж при виде Котийяр (а видит она ее довольно часто, раз восемь за фильм) каждый раз застывает с открытым ртом и выражением слабо мотивированного ужаса в глазах. Впрочем, это выражение ей и в другие моменты изгнать из глаз не удается. Даже на премьере.



Котияйр и нуар. Ди Каприо и режиссеры. Странный морок, непонятные слияния. До сих пор я полагал, что это только Скорсезе на старости лет с ума сошел – смотрит на Ди Каприо, а видит молодого Де Ниро. Смотрит на коротышку с треугольным лицом, а видит высокого небритого мачо в плаще с поднятым воротником и сигаретой в зубах, Сэма Спейда этакого. А больше никто не видит. Оказывается, Нолан тоже возлагает какие-то надежды на Лео. Оказывается, для Нолана Ди Каприо – тоже вполне сносная кандидатура на роль героя-супермена.



И то сказать – Лео, пронзительно похожий на молодого Ульянова, актер экстра-класса. Кто бы другой мог пол-фильма беззвучно рыдать, при том что у фильма жанр вроде бы как боевика? Кто бы другой мог так усердно пучить глаза, символизируя внезапность пробуждения? Разве ваше сердце не разорвалось, когда Лео и Марион в пятнадцатый раз за фильм выясняли, что реально, а что нереально? И эти вечные дети. Две чудесные малютки. Хочется почему-то так их просклонять, на манер стиральных машинок. Разве в вашем горле не встал комок, когда они-таки обернулись? Я вот ждал, что у них хотя бы окажутся брутально-отвратительные хари мутантов, но нет, от Нолана сюрпризов ждать не приходится. Он как волчок, запущенный во сне – кружится на одном месте, и хрен его собьешь. Как тот индус, восклицающий: «Ну что, видели?!» - и обнаруживающий, что за спиной у него мирно дрыхнет аудитория...
Нолан поставил перед собой амбициозную, но понятную задачу. Показать, как действие одновременно разворачивается на многих уровнях. В том числе с помощью символов и метафор. Литературный аналог – «Улисс». Говорят, что «Улисс» Джойсу не удался, что вообще это самый переоцененный роман прошлого века... Ну, много чего говорят. Тем не менее, отдельные страницы «Улисса» - образцы такого владения словом, какое не под силу было ни одному современнику Джойса, не говоря уже о более поздних авторах. Давайте попробуем найти в «Начале» отдельную сцену, которая являла бы собой образец кинематографического мастерства. Хоть одну. Любую. Какой-нибудь эпизод, дышащий величием. Нет, патины, конечно, наведено изрядно – взять хоть «Мир, Который Мы Построили Вдвоем» - состоящий из одних неумолимо ветшающих и распадающихся прямоугольников... Есть какие-то попытки величия, но это в основном спецэффекты.



Есть куча актеров - от модных до талантливых. Есть красиво стареющий Майкл Кейн и некрасиво постаревший зализанный Гордон-Левитт, похожий на лакея-китайца, есть умирающий Постлетуэйт, Беренджер в соку и пугающий Киллиан Мерфи. Есть среднего уровня экшн, им тут зрителя не балуют, в среднем на две сцены с Ди Каприо в слезах приходится одна сцена со стрельбой. Одновременность происходящего демонстрируется очень просто – параллельным монтажом: вот тут драка, а тут автобус в воду падает, а драка продолжается, а автобус все еще падает, всех уже перестреляли, а автобус вот-вот коснется воды... Мочало, мочало, начинай сначала. Больше двух уровней одновременно в эпизоде держать не получается, да и при этом второстепенные персонажи сливаются в пятно, что уж говорить о врагах, которые вообще непонятно откуда взялись и что здесь делают. Как в том анекдоте – «это все ваши проекции». Один лишь Лео верен себе – на всех уровнях сна и не менее грустной реальности мужественно зарастает нечастой щетинкой и держит в глазах влагу, всегда готовую пролиться.



Мы тут еще о мифологии забыли упомянуть. Опять же по аналогии с Джойсом, у которого «тоже не получилось». У него там что ни герой был, то какой-нибудь античный правительственный деятель. Практически все греческое политбюро с римским рейхом. Но критики отмечали, что нет, не считывается Ариадна, не вытанцовывается Одиссей. Людей видим, архетипы можем только до-мысливать. Нолан решил не заморачиваться – вот вам Ариадна, а вот спроектированный ею лабиринт, и понимайте как хотите. И вот еще волчок, который Не Падает (кто-то по этому поводу вспоминал другие фильмы, мне на память пришел финал «Сталкера», эпизод «Девочка и стакан»). Как бы мифология и как бы смысл. Обильная пожива для любящих «вумное». При этом, если очистить сюжет от выкрутасов, перед нами типичная афера, разводка лоха, которому внедряют нужную идею. Например, такую: «Начало» - это очень хороший, умный и сложный фильм, который непременно нужно посмотреть в кинотеатре. Мы все так говорим, значит, это правда.