|
|
Пишет jeanix (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} jeanix)@ 2002-01-02 19:00:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
«Входит свободный человек» в Театре Маяковского
Ходит несвободный человек
Янушкевич
Идея пригласить на роль Джорджа Райли артиста другого театра была интересной и плодотворной - это обозначило бы инаковость данного героя в восприятии зрителей уже на подсознательном уровне. Актёр со стороны, с другой техникой и манерой игры, «чужак», играл бы Райли иначе, чем маяковцы его окружение, и тогда главный герой выделялся бы из своей среды не только поступками и словами, он словно был бы сделан из другого «материала», и зритель это всё время чувствовал бы, и увидел бы этого «другого» - свободным человеком в несвободном мире. Получилось с точностью до наоборот. Янушкевич - гениальный актёр на роль человека из толпы. И это он блестяще демонстрировал:
- в «Процессе», сыграв Йозефа К. - маленького человека, полностью подавленного бюрократической машиной, более того - даже не представляющего возможности другого выбора, чем тот который предлагает ему безликая бюрократиада.
- в «Пляске смерти», сыграв раба своих предрассудков, своего прошлого.
В роли Райли он выглядит чудаковатым раздолбаем, и не более, но никак не изобретателем и, конечно, не свободным человеком. Похоже, что авторам спектакля не приходилось видеть живого изобретателя. В Российской Академии Наук уже много лет существует быль про изобретателя автоматического скальпеля. Это изобретение никто не хотел признавать, а значит и запускать в производство. И вот чтобы пробить своё изобретение, этот изобретатель пришёл на приём к академику, дождался момента, когда вышла из кабинета секретарша, достал свой автоматический скальпель и ... мгновенно отсёк им голову 80-летнего академика. Изобретатель - это демиург, это творец, это фанатик своей идеи, которую ох как не просто реализовать. Весь окружающий нас мир придуман и создан Господом Богом и изобретателями. Вот этот посыл – «от создателя к Миру» в игре Янушкевича физически отсутствует. Он всё время намеренно приземляет своего героя, делает его таким, как все эти посетители пивной - не свободным.
Свободный человек
И всё-таки свободный человек в спектакле есть - это Персефона, супруга главного героя в исполнении Л.Иваниловой. Свобода - это категория, имеющая неисчерпаемое количество определений (также как и жизнь, театр, любовь, брак, ...). Одно из них: свобода - это возможность выбора и ответственность за сделанный выбор. Именно таковым чувством свободы наделена Персефона. Все ударные реплики спектакля принадлежат ей - "Если уж ему суждено быть неудачником, так пусть будет им, но хоть в любимом деле". Счастлив мужчина, когда рядом с ним такая женщина. К финалу я уже таким перевёрнутым и видел спектакль: свободный человек - Персефона, а рядом с ней этот узник обстоятельств и своей хилой фантазии, слабовольный мямлик, неудачливый изобретатель, как вдруг последовал финал, досочинённый театром (пьеса заканчивается получением Джорджем очередной порции денег на карманные расходы) - Райли энергично взбегает на вершину и вдохновенно произносит монолог о тяжёлой и благородной доле идущего впереди. Но тогда с самого начала надо было лепить Райли другим, а именно - свободным человеком.
Пофантазируем каким бы был Дж.Райли в исполнении:
- Гаркалина: эксцентричным, полным куража, свободно парящим над предлагаемыми обстоятельствами.
- Стеклова или Филиппова: сильным, фанатично преданным своим идеям.
- Гвоздицкого: парадоксальным, идущим поперёк жизненных обстоятельств.
- Олега Даля: это действительно был бы свободный человек, смотрящий на мир откуда-то сверху, с какой-то только ему доступной точки. Он был невероятно свободен во всех своих сценических творениях, в «12 ночи», «Балалайкине» и даже в
«Вечно живых» - в классической советской и несколько назидательной пьесе В.Розова.
Благодарности
И всё-таки здорово, что есть театры, замахивающиеся на такие непростые пьесы. Известно, что в планах театра пьеса была уже давно, и первоначально собирался ставить её Б.Щедрин, жаль, что у него не состоялось, у него как раз всегда получались концептуальные пьесы («Цена», «Канотье»).
Ходит несвободный человек
Янушкевич
Идея пригласить на роль Джорджа Райли артиста другого театра была интересной и плодотворной - это обозначило бы инаковость данного героя в восприятии зрителей уже на подсознательном уровне. Актёр со стороны, с другой техникой и манерой игры, «чужак», играл бы Райли иначе, чем маяковцы его окружение, и тогда главный герой выделялся бы из своей среды не только поступками и словами, он словно был бы сделан из другого «материала», и зритель это всё время чувствовал бы, и увидел бы этого «другого» - свободным человеком в несвободном мире. Получилось с точностью до наоборот. Янушкевич - гениальный актёр на роль человека из толпы. И это он блестяще демонстрировал:
- в «Процессе», сыграв Йозефа К. - маленького человека, полностью подавленного бюрократической машиной, более того - даже не представляющего возможности другого выбора, чем тот который предлагает ему безликая бюрократиада.
- в «Пляске смерти», сыграв раба своих предрассудков, своего прошлого.
В роли Райли он выглядит чудаковатым раздолбаем, и не более, но никак не изобретателем и, конечно, не свободным человеком. Похоже, что авторам спектакля не приходилось видеть живого изобретателя. В Российской Академии Наук уже много лет существует быль про изобретателя автоматического скальпеля. Это изобретение никто не хотел признавать, а значит и запускать в производство. И вот чтобы пробить своё изобретение, этот изобретатель пришёл на приём к академику, дождался момента, когда вышла из кабинета секретарша, достал свой автоматический скальпель и ... мгновенно отсёк им голову 80-летнего академика. Изобретатель - это демиург, это творец, это фанатик своей идеи, которую ох как не просто реализовать. Весь окружающий нас мир придуман и создан Господом Богом и изобретателями. Вот этот посыл – «от создателя к Миру» в игре Янушкевича физически отсутствует. Он всё время намеренно приземляет своего героя, делает его таким, как все эти посетители пивной - не свободным.
Свободный человек
И всё-таки свободный человек в спектакле есть - это Персефона, супруга главного героя в исполнении Л.Иваниловой. Свобода - это категория, имеющая неисчерпаемое количество определений (также как и жизнь, театр, любовь, брак, ...). Одно из них: свобода - это возможность выбора и ответственность за сделанный выбор. Именно таковым чувством свободы наделена Персефона. Все ударные реплики спектакля принадлежат ей - "Если уж ему суждено быть неудачником, так пусть будет им, но хоть в любимом деле". Счастлив мужчина, когда рядом с ним такая женщина. К финалу я уже таким перевёрнутым и видел спектакль: свободный человек - Персефона, а рядом с ней этот узник обстоятельств и своей хилой фантазии, слабовольный мямлик, неудачливый изобретатель, как вдруг последовал финал, досочинённый театром (пьеса заканчивается получением Джорджем очередной порции денег на карманные расходы) - Райли энергично взбегает на вершину и вдохновенно произносит монолог о тяжёлой и благородной доле идущего впереди. Но тогда с самого начала надо было лепить Райли другим, а именно - свободным человеком.
Пофантазируем каким бы был Дж.Райли в исполнении:
- Гаркалина: эксцентричным, полным куража, свободно парящим над предлагаемыми обстоятельствами.
- Стеклова или Филиппова: сильным, фанатично преданным своим идеям.
- Гвоздицкого: парадоксальным, идущим поперёк жизненных обстоятельств.
- Олега Даля: это действительно был бы свободный человек, смотрящий на мир откуда-то сверху, с какой-то только ему доступной точки. Он был невероятно свободен во всех своих сценических творениях, в «12 ночи», «Балалайкине» и даже в
«Вечно живых» - в классической советской и несколько назидательной пьесе В.Розова.
Благодарности
И всё-таки здорово, что есть театры, замахивающиеся на такие непростые пьесы. Известно, что в планах театра пьеса была уже давно, и первоначально собирался ставить её Б.Щедрин, жаль, что у него не состоялось, у него как раз всегда получались концептуальные пьесы («Цена», «Канотье»).
