«Бумер», Пётр Буслов, 2003
Дежа вю: На последнем дыхании

Как только эти ребята в чёрных кожаных куртках погнали на угнанном чёрном «Бумере» прочь из Москвы, вспомнился другой кинобандюган – Мишель Пуакар (Ж.-П.Бельмондо) из «À bout de souffle (На последнем дыхании)» Годара. Он тоже начал с угона авто (вот только не помню - какой марки, может тоже BMW?), весь фильм он куда-то мчался, а последние дыхания свои совершал тоже под хлопки полицейских выстрелов. Фабулы фильмов похожи, а вот внутреннее наполнение этих схожих сюжетных схем заставляет задуматься о существенном различии дыхания французской жизни середины двадцатого века и русской жизни конца того же века. Пуакар был один, и он бежал куда хотел и когда хотел, точнее – куда и когда хотела его «левая нога», он был свободен, абсолютно свободен, свободен от всего и от всех – от морали, от законов, от общества. Бумеровцев четверо, это – бандитская группа, более того, все они – часть ещё более мощной группировки. И они – не свободны, все их действия, начиная с угона, побега, вызваны необходимостью. Пуакар весь лоснился от самодовольствия, бумеровцы – какие-то пришибленные, пришибленные своими проблемами – где достать налик, как убежать, где вылечить раненого. Они даже мобильники выключают и вынимают из них батарейки – чтобы их не засекли. Пуакар катился по солнечной Франции как колобок по гладкой дорожке, у него и проблем никаких никогда не было: чик и «уноси готовенького!». Бумеровцы движутся по неухоженным русским провинциальным дорогам, как будто гуськом идут по узкому тюремному коридору – шаг влево или вправо невозможен, в пути они постоянно натыкаются то на ментов с автоматами, то на других бандюгов с пистолетами, то на дальнобойщиков с заточками. И все им угрожают, режут, бьют их, стреляют в них. Пуакар не был связан ни с кем никакими обязательствами, бумеровцы хотят разбежаться, один из них даже хочет вообще уйти из этого опасного «бизнеса» - но не могут. Чёрно-белый воздух «Последнего дыхания» был наполнен свободой, беспредельной аморальной свободой, расстрелянный полицейскими герой Бельмондо убегал в «вечную свободу». В цветном, временами по-клиповому аляповатом пространстве «Бумера» - как в тюремной камере – «век свободы не видать!». Двух бумерцев менты по-деловому расстреливают из автоматов, третьего как загнанного волка обкладывают со всех сторон и берут в «плен», т.е. в тюрьму, а четвёртому удаётся скрыться, где-то в лесу он бросает чёрный «Бумер», «эмблему несвободы», как простой работяга сидит на автобусной остановке, дожидается рейсового автобуса и уезжает на нём. Уезжает «в жизнь». Какой она будет его новая жизнь? Есть ощущение, что такой же не свободной, как и предыдущая бумеровская.