Я задумалась над тем, как повысить адекватность своего поведения в журнале. Ответ был как откровение: подключи котиков.





Ориентировочный или исследовательский рефлекс относится к группе врожденных реакций животного. В старой павловской терминологии эта группа имеет название «сложнейшие безусловные рефлексы», в общепринятой – это «инстинкты».

Павловская физиология без энтузиазма работала с такими реакциями, поскольку они у высших животных и человека сильно искажены взаимодействием с индивидуальным, условно-рефлекторным поведением. По существу, у взрослого человека в норме врожденные реакции (ориентировочная, пищевая, оборонительная, половая) не реализуются самостоятельно, а только определяют тонус коры головного мозга. Определенные стимулы (новый объект, пища, повреждающий агент, привлекательная особь твоего вида) вызывают, прежде всего, активность коры, - органа, заведующего индивидуально приобретенным поведением. Решение о конкретном характере реакции на стимул в итоге будет принято именно там.

Котик на фото демонстрирует нам ориентировочную реакцию в стадии замирания. Тело, голова, глаза уже ориентированы на раздражитель. В коре идут расчеты такого сорта: что за объект впереди, велика ли в нем потребность, если велика, то как прыгать. Никакого сознания, конечно, для этого расчета не требуется.

Посмотрим на ориентировочную реакцию с точки зрения ее роли в человеческом поведении. Роль эта значительна. Когда-то в филогенезе ориентировочный рефлекс был ординарной частью общей примитивной, неспециализированной реакции организма на всякий стимул; затем его задачей стала работа с любой новой информацией и он стал запускаться именно при новизне раздражителя; еще позже, при усложнении систем дистантного восприятия (зрение, слух), ориентировочный рефлекс стал определять, кроме позы, удобной для восприятия, еще и длину временной паузы, в которую вписываются расчеты, идущие в коре. Чем выше биологический вид в эволюции, тем такие паузы существеннее для формирования поведения.

У человека в коре, которую стимулирует из подкорки ориентировочный рефлекс, происходит вот что. Вместо того, чтобы быстро найти и заставить работать отлаженный, высокоустойчивый старый условный рефлекс (можно назвать его привычным алгоритмом успешного действия), в коре просматривается весь запас решений, и в это время даже успевают возникнуть новые связи между всеми наличными данными. В идеале каждая новая ситуация у человека должна формировать новую единицу реакции, новый условный рефлекс. И ориентировочный рефлекс/инстинкт, который был сильно улучшен эволюцией уже на этапе приматов, обеспечивает базу для выполнения этой задачи.

Все эти метаморфозы ориентировочной реакции в филогенезе заметил уже Павлов. Изучая ориентировочные движения собак, которые автоматически поворачивали голову на незнакомый звук и прочее, он понял, что и его исследовательская работа является отдаленной модификацией этого специального поведения, состоящего как бы из двух уровней: ассоциативная суммирующая работа коры и врожденный рефлекс, который... ну, что он делает? Подтаскивает рабочим чипсы и пиво, чтобы им работалось веселее и дольше.

И, между прочим, Павлов же заметил, что из всех инстинктов такую подсобную работу лучше всего делает у человека именно ориентировочный рефлекс, а не, скажем, пищевой. Но он, вероятно, судил по себе, и возможны менее красивые варианты. Надо бы еще рассказать про то, как Павлов наблюдал за шимпанзе Розой, но это история праздничная и для самых благовоспитанных (а вовсе не блоговоспитанных) детей.

Литература: Павлов, Двадцатилетний опыт; О. Виноградова; Л. Фирсов