|
| |||
|
|
Социал-колумнизм Не верь, не бойся, не проси Андрей Манчук / 10.08.2007 Тема уличных нищих, собирающих подаяние в центре столицы, вновь стала популярной в трамвайно-автобусных разговорах киевлян. Люди говорят о том, как используют детей и инвалидов их оборотистые хозяева – при явном попустительстве милиции и наплевательском равнодушии городских властей. Ведь, в конце концов, самой малой толики от запредельных прибылей киевских застройщиков и земельных спекулянтов с лихвой хватило бы на решение проблем всех столичных бездомных. Все верно. Однако сгорбленная фигура нищенки, с консервной жестянкой в протянутой руке, которую я ежедневно вижу на Крещатике и Контрактовой, глубоко символична. Она образно выражает собой пассивную жизненную позицию большинства киевлян. Мы все время просим, выпрашиваем милости у властей, которые всецело заняты собственным обогащением, и отвлекаются на нас лишь раз в несколько лет – перед новыми выборами. Чтобы милостиво сунуть гражданам ту, или иную подачку, или же ограничиться очередным обещанием, которому изначально суждено остаться на бумаге агитационных листовок. Вдумайтесь – если раньше мы просили у них улучшить нашу жизнь, то теперь умоляем о том, чтобы власти не отбирали у нас то, что мы еще имеем: социальные льготы, доступные тарифы и старые дешевые гастрономы, детские площадки, озера, скверы, и даже возможность учить в школах наших детей. Нам самое время вспомнить старую лагерную заповедь – «Не верь, не бойся, не проси», – которая позволяла выживать в самых суровых условиях, отказываясь от сотрудничества с чужой и враждебной тюремной властью. Увы, но вместо этого мы все еще верим тем, кто, сменяя друг друга во власти и на телеэкране, вновь обещает нам стабильность, справедливость, честную власть и нормальную жизнь. И при этом, не на шутку боимся за свое будущее – поскольку понимаем в душе, чего стоят эти заученные наизусть лозунги. А главное – мы по-прежнему просим. Выпрашиваем то, что принадлежит нам по праву жителей этого города и по праву человеческого достоинства – вплоть до того, чтобы они позволяли нашим детям сидеть на школьной скамье, а не расти под забором, пополняя ряды все тех же несчастных уличных попрошаек. Круг замыкается. И мы опять стоим с протянутой рукой, у разбитого корыта, в которое успел превратиться наш город. Так не пора ли перестать верить, просить, и бояться? |
|||||||||||||