Маленькие домики сложены из подручного материала – их стены сколочены из фанеры, досок и кусков мебели, обмазаны строительным раствором, обложены стеблями тростника и укутаны пестрыми грязными войлочными одеялами. Колоритный вид этих лачуг дополняют телогрейки и яркие цветастые шали, наброшенные поверх их «крыши». Последний элемент гардероба выдает хозяев потаенного городка – ромов, больше известных у нас под просторечивым названием «цыгане».

В лагере никого нет – хотя он выглядит так, будто хозяева покинули свои дома только утром. Однако печка-буржуйка, сооруженная из бочки и водосточной трубы, холодна – ее не топили уже несколько дней. Двери в двух домиках не заперты, и мы заглядываем внутрь, в крохотные, грязные комнатки, где едва помещаются грубо сколоченные лавки и укрытые одеялами лежаки. По ним разбросаны нехитрые предметы быта, какие-то таблетки и пустые пакеты из-под вермишели «Мивина». В самом углу хибарки стоят веник и совок – это значит, что ее жители устраивают здесь какое-то подобие уборки. Спертый воздух отдает гнилью и сыростью – домики буквально вкопаны в склон болотистой лощины. Жители набирают воду прямо из коллектора, зачерпывая ее привязанным за веревку самоваром. Мы попробовали – мутная жижа из протекающего под землей Сырецкого ручья отдает самым обыкновенным дерьмом. А ведь ее наверняка пьют дети – на территории лагеря валяются использованные памперсы, а на веревках, между деревьев, аккуратно висят давно высохшие детские маечки и штанишки. В сделанной из картонного ящика будке скулит милый щенок в красивом ошейнике – вероятно, любимец куда-то подевавшихся отсюда ребят.

Видно и то, чем занимались взрослые – судя по характерным натекам в закопченной железной шашлычнице, жители табора выплавляли нелегально добытый цветной металл. А потом, по какой-то причине, в спешке покинули свои самодельные домики. 

– На прошлой неделе цыгане еще были здесь. А потом исчезли, – никого невидно, – рассказывает нам о «пропавших» ромах охранник расположенной поблизости автомастерской.

– Их давно пытались отсюда выжить. «Беркут» их домики не раз громил, поджигали их, увозили. А они все возвращались и восстанавливали халупы. Да и где им жить? Своей квартиры нет, а чужую им никто не сдаст – цыганам, да еще с таким выводком детей. 

Киев традиционно и неоправданно недружелюбен к людям этого удивительного народа – формальным гражданам Украины, которые зачастую умудряются всю жизнь обходится без паспорта и каких-либо документов. В свое время киевские власти отказались разместить в столице памятник ромам, которые наряду с евреями подверглись гитлеровскому геноциду – тогда в Бабьем яру были расстреляны четыре цыганских табора. Бронзовая кибитка, пробитая пулями, работы известного скульптора Анатолия Игнащенко, до сих пор пылится в мастерской, а несколько бедных ромских общин поныне вынуждены прятаться от милиции и скинхедов по городским окраинам в подобных полуподпольных поселениях. На них нередко нападают киевские расисты-скинхеды, пользуясь тем, что ромы не могут оказать им серьезного отпора. Хотя расхожее обывательское представление о цыганах, в которых нередко видят одних только мошенников и воров, не имеет ничего общего с действительным положением дел.

- Нет, мы цыган пожаловаться не можем, – говорит нам все тот же охранник. – Дети «цветмет» по мелочевке собирали, но воровства никакого не было. Наоборот, их самих грабят при каждом погроме. 

В милиции затруднились ответить, куда делись жители цыганского лагеря на окраине Оболони. Их судьба никого не волнует. А ведь кочевые люди, – циркачи, фокусники, картежники, музыканты и кузнецы, потомки выходцев из Индии, которые до сих пор понимают многие слова в фильмах-мелодрамах «Болливуда», давно стали неотъемлемой частью истории и культуры нашей страны. 

 

Архитектор Анатолий Федорович Игнащенко, автор памятника погибшим в Бабьем Яру цыганам, рассказал, почему он до сих пор не установлен на месте трагедии 

-Как родилась идея вашего монумента?

- Меня познакомили с председателем общества ромской (цыганской) культуры в Украине Владимиром Золотаренко. Потом показали документы: в первые дни оккупации Киева в Бабьем Яру расстреляны четыре табора. Каратели охотились на ромов как на дичь. У цыганского поэта Михаила Козимиренко в годы оккупации Чернигова были расстреляны 37 родственников: самому младшему из них было семь месяцев. Из донесений карательных отрядов, совершавших убийства на территории России, Украины и Крыма, следовало, что их жертвами стали 300 тысяч цыган. А, согласно официальной статистике ЮНЕСКО, жертвами нацистского террора стали полмиллиона цыган. Когда я узнал об этой трагедии, потерял покой: по ночам мне снились цыганские кибитки. И у меня родилась идея еще одного памятника для Бабьего Яра - «Окаменелая кибитка». Увитая траурными гирляндами из кованых цветов, с образом расстрелянного фашистами в 1936 году цыгана, которого причислили к лику святых, кибитка нависла над обрывом. За кибиткой - глубокая колея и следы от конских копыт, детских босых ног - цыганская дорога смерти.

- Цыгане поддержали идею памятника?

-Был сход ромской общественности Киева, на котором постановили начать сбор средств на памятник цыганам - жертвам Бабьего Яра. Памятник практически готов. На заводе «Ленінська кузня» изготовили кованые гирлянды и таблички с текстом на ромском и украинском языках. Завод «Укргранит» выделил каменные блоки общим весом 50 тонн, алмазными дисками на блоке высечены колеса кибитки. Студенты киевских вузов вырыли котлован и залили бетоном фундамент, не потребовав за эту работу ни копейки. Но дальше дело не движется - нет денег. Памятник сооружается методом народной толоки: проект выполнен бесплатно, гирлянды изготовлены за чисто символическую плату, гранитные блоки завод практически подарил, осталось оплатить миниму.

-   Городские власти содействуют в установлении?

-    Проект утвердили. Подписаны все документы. Правда, архитектор района долго не хотел отводить участок: «Еще что придумали - памятник цыганам...»

 

Андрей Манчук

Фото Анатолия Бойко