В защиту пчел, или введение в политическую энтомологию

Многие годы здесь находился особенный, ни на что не похожий старый киевский магазин под названием «Пасечник». Показывая его друзьям, я обычно именовал это место «Лавкой чудес». Магазин помещался в большом железном «сундуке» – вроде того, в которых нередко работали советские кафе типа «Снежинка», памятные своими соками, мороженным и разливным пивом. На его стене, украшенной объявлениями о продаже «пчелопакетов» и «чистопородных карпатских пчеломаток», был нарисован добрый олимпийский мишка с большой ложкой меда – последний привет из далеких восьмидесятых. Это удивительное заведение официально работало всего три часа в день – с девяти до двенадцати утра, и в эти часы вы могли встретить в нем самых известных пчеловодов нашей страны. Они собирались в странной полутемной комнате, заставленной антикварной посудой и сакральными аксессуарами пчеловодов. На ее пыльных полках стояли подшивки специализированных журналов о пчелах и все тома дореволюционного словаря «Брокгауз и Ефрон» – золото-черной, пчелиной расцветки. Здесь же висели любительские картины с видом на пасеки, авторства киевского художника-пчеловода. А икона святых Зосимы и Савватия – покровителей пчеловодства, подаренная монахами-пасечниками из Лавры соседствовала с портретом Тараса Шевченко и огромной учебной схемой внутренностей медоносной пчелы. 

За прилавком «Пасечника» обычно стоял Анатолий Иванович Максименко, представитель легендарной династии пасечников, которого иногда подменяли его сын или внук. Патриарх семейства, девяностолетний Иван Иванович, Почетный пасечник Украины, в свое время основал этот магазин на месте бывшей рюмочной-«наливайки». Усилиями Максименко был основан и захиревший ныне Музей пчеловодства на Боричевом Току, в двух шагах от офиса, где в 2004 году находился предвыборный штаб будущего президента Ющенко. В то время он запросто заглядывал в «Пасечник», не забывая прихватить с собой журналистов, умильно писавших о пчелином хобби единого демократического кандидата. 

– Виктор Андреевич мне говорил: «приходишь к тебе, как в родной сарай», – рассказывал мне Анатолий Максименко, когда я последний раз заглядывал в сумрачное нутро «Пасечника». – Пообещал помочь. С тех пор ждем».

Семья Максименко и прочие киевские пчеловоды ждали от медоносного президента помощи в защите от регулярных нападений рейдеров. Которые, в итоге уничтожили не только «Пасечник», но и знаменитый кооперативный магазин «Медок» на Большой Васильковской, куда традиционно свозили свою продукцию сотни пасечников со всех регионов страны. Работников магазина даже не уведомили о его закрытии – «лица спортивной национальности» без разговоров выкинули их на улицу, прямо в тапочках и халатах. Можно не сомневаться: на месте славной медовой лавки, где покупали недорогой качественный мед для своих детей киевские мамаши, гарантированно откроется очередной чертов бутик. 

Бедным пчелам вообще не везет с политиками. Как правило, образом этих трудолюбивых насекомых прикрываются отъявленные негодяи, чей «труд» сводится к профессиональному дерибану в особо крупных размерах. В Украине пчелиный брэнд впервые использовала партия специалистов в области грабительской неолиберальной приватизации, лидеры которой оптимистично обещали нам реформы вкупе с порядком. Во время Кучмы народ обзывал этих субъектов «трутнями» – однако те, кто знает о важной роли мужских особей пчел в жизни пчелиной семьи, наверняка согласится, что эти насекомые не заслужили позорящего сравнения с украинскими политиканами. 

После этого за несчастных пчел взялись имиджмейкеры будущего украинского президента. Его увлечение пчеловодством исподволь преподносилось избирателям с целью формирования образа рачительного хозяина, заботливого пасечника, неустанно пекущегося о своем государственном улье. 

Акцент на пчелиной теме был так силен, а отвратительные истории вроде «послереволюционного» аукциона, на котором бизнесюки втридорога покупали бочонки «президентского» меда, имели столь негативный общественный резонанс, что скорый обвал популярности президента боком ударил по репутации украинского пчеловодства, превратив его в излюбленную мишень политических шуток и анекдотов. Хотя судьба двух старых киевских магазинов доходчиво показала – наследники черниговского пасечника Петра Прокоповича, изобретателя первого рамочного улья, вкусили и выкусили от сладких обещаний президента ничуть не меньше остальных украинских граждан.

Интересно, знает ли кто людей, работающих на придворной президентской пасеке, где иногда еще фотографируется для своего портфолио Ющенко? Я очень хотел бы узнать, сколько денег платят им за непростой труд пасечников, и не задерживают ли эту зарплату? 

В конце прошлого года, во время дешевого фарса, именуемого «интернет-конференцией президента Украины» я задал Ющенко ставший популярным вопрос: «Коли гігантські бойові бджоли нарешті почнуть охороняти Державні кордони України?». Тогда кое-кто счел его удачным стебом, разоблачающим неуклюжую попытку имитировать общение между президентом и невиртуальным украинским народом. Однако, в вопросе о боевых пчелах был и другой подтекст. Ведь эти трудолюбивые насекомые умеют обороняться от хищников, крадущих собранный ими мед: птиц-щурок, бражников «мертвая голова» с пятном в виде эсэсовского черепа, разнообразных ос, уцелевших еще медведей и вороватых соседей пасечника. Азиатские пчелы выработали успешную защиту от чудовищного шершня vespa mandarina – они окутывают его своими телами, и двигают крылышками, поднимая высокую температуру, которая быстро губит гигантскую осу. Хороший намек для миллионов «маленьких украинцев», чей труд бессовестно присваивают себе большие боссы от бизнеса и политики. 

 

 

Андрей Манчук