Как важно ходить в синагогу (вместо пятничного поста)
Помните, как я неделю назад ходила в московскую синагогу и там выпендривалась?
Довыпендривалась!

Рассказываю.

Сегодня утром звонок и приятный мужской голос спрашивает:
- Я говорю с Кирулей?
- Да.
- С вами говорит раввин такой-то из московской синагоги. Мы может встретиться по важному делу? Приходите на встречу в ресторан московского общинного центра. Я буду в черном и с бородой.

Пришла. Не обманул - действительно, в черном и с бородой, как и десяток других.
Сели за столик, и он меня спросил:
- Скажите, у вас есть израильское гражданство?
- Да.
- И вы постоянно живете в Израиле?
- Да. А к чему эти вопросы? - удивилась я.
- Каков ваш уровень владения ивритом?
- Как родной.
- Вот вы нам и нужны! - воскликнул он.
- В Москве мало израильтян? - спросила я.
- Нет, немало. Но они либо давно живут в Москве, либо плохо говорят на иврите, либо не говорят по-русски. А в вас сошлись все требуемые качества.

- Да объясните, наконец, в чем дело! - не выдержала я.
- Девятого октября ночью приезжает делегация Кнессета, и им нужен переводчик.
- У вас нет переводчиков?
- Есть, но они не имеют права работать. А вы можете.
- Милый мой, - возмутилась я. - Я хоть и атеистка, но не позволю делать из себя шабес-гоя.

- Нет-нет, что вы! - замахал он руками. - Вы совсем не так меня поняли. И это только потому, что вы атеистка. Позвольте вам объяснить. Израильтяне празднуют один день окончание праздника Суккот, а евреи за пределами Израиля - два дня. Поэтому произошла накладка. Те, кто покупал билеты для членов Кнессета, не подумал об этом. Она там у себя, в Израиле, отпразднуют, вечером сядут на самолет и прилетят. Но нам-то, евреям в диаспоре, нельзя еще один день работать. Мы не можем брать грех на душу и предлагать евреям-переводчикам, постоянно живущим в Москве, работать в "йом тов", то есть в выходной, когда заповедано отдыхать. А вы можете. Вы - израильтянка и живете в Израиле.

- Не могу, - покачала я головой. - Я улетаю.
- Отмените! Перенесите билет! Мы оплатим издержки, пришлем за вами БМВ с водителем, заплатим вам хорошие деньги за день перевода. Да и что там переводить? Здравствуйте, как дела, дружба-фрондшайфт. Госпожа посол опять же будет присутствовать.
- Насколько мне известно, - сказала я, - госпожа посол говорит на русском и иврите лучше меня. Никак нельзя, чтобы она помогла?
- Никак, - вздохнул он.
- Извините, - сказала я. - У меня ёлки. Не могу, мне вечером на работу в Израиле. Я слово дала.

И ушла.
Знаете, даже если бы я захотела, то не смогла бы такое придумать.
На самом деле я бы могла задержаться. Но я очень соскучилась по детям и внучке.