Из рассказов моей массажистки
Было дело так: приехала в гости подруга. Вообще-то она не к ней приехала, а к маме. Подруга живет в Великом Устюге, а мама тут, у нас, со старшим сыном. Подруге уже за сорок, она впервые выходит замуж и привезла в Израиль своего жениха, показать маме и испросить благословения.
Не сказать, чтобы жених уж очень понравился матери, но делать нечего, дочка бабий век доживает, тут не до жиру. Вздохнула мать и одобрила дочкин выбор. А в честь того, чтобы доходчивее было, подарила она молодым старинный столовый набор ложек, вилок и ножей, серебряный с позолотой на ручках. Как она такой набор из России в Израиль вывезла - уму непостижимо! Красоты необыкновенной! Середина 19-го века.
Дочка обрадовалась, мать расцеловала, значит, точно жениха ее в семью приняли. А тот, как ума лишился! Ни ждал, ни гадал, что такой красотой обладать будет. Там еще лопаточки для тортов были и серебряная солонка инкрустированная. Жених из простой семьи, никогда ничего подобного не видел, в Грановитой палате не был, а тут такое чудо в руках!
Погуляли они в Израиле и домой засобирались. Накупили хумуса, пит, разных израильских сувениров и безделушек, и отправились в аэропорт. Родные надарили им кучу вещей, так что надо было платить за перевес, а им не хотелось. Так и были обвешаны ручной кладью, как елка гирляндами.
Серебряный набор жених в руках держал. Не дам, - говорит, - его в багаж сдавать. Как бы чего не вышло! Багаж пропадет или еще что случится. Не дам. Невеста немного попротестовала, но замолчала, чувствуя его правоту.
Оно и вышло. Стали они свои кошелки через рентген пропускать, тут их и спросили: "Что везете, люди добрые? Колющие, режущие предметы? А ну, вытаскивайте их!"
Достали наши доблестные пограничники вилки с ножами, не посмотрели, что серебряные, и не пустили в самолет. Сказали, чтобы они отдали провожающим. А где эти провожающие? Ушли уже. А у устюжан ни телефона с собой, да и номера все позабыли от волнения.
Так и осталось фамильное серебро в руках неподкупных израильских пограничников, блюдущих безопасность страны. Зато питы с хумусом разрешили вывезти беспрепятственно.
Всю дорогу невеста плакала, отвернувшись к иллюминатору. А он сидел, мрачнее тучи. О чем думал - неизвестно.
Мама тут, конечно, тоже переживала. Хотела обратиться в пограничную службу, а куда - не знает. Концов не сыскать, на коробке даже дочкину фамилию не написали.
Приехав в Великий Устюг, они расстались. Он не выдержал попреков, а она не захотела за такого упертого дурака замуж идти. Может, оно и к лучшему?