О множественности творческого субъекта и единстве субъекта морального, или опять о Скунсе
Снова ставим опыты на Скунсе (видит Бог, не специально, просто он как-то всё подворачивается). Учтите, будет очень занудно.

Вот nataly_hill@lj пишет про Аммосова:

История Скунса-Аммосова весьма интересна в психопатологическом плане. Я, конечно, дилетант, но тут все настолько ярко проявляется, что и дилетанту многое очевидно.
Думаю, основная проблема этого человека - в расщепленности личности.
Он пытается быть не тем, кем является на деле. Предъявляет к себе и к окружающим совершенно различные требования (взять хотя бы ту же внешность - думаю, тебе известно, что сам Скунс, мягко говоря, не блещет ни красотой, ни здоровьем). Позиционирует себя как "рыцарь Добра" или кто-то в этом роде - и одновременно отстаивает свое "право" на полную этическую либертарность в быту. Хочет, чтобы окружающие относились к нему качественно лучше, чем он сам относится к ним.
Все это может быть безопасно для психики, когда этим осознанно занимается расчетливый подонок, изображающий из себя героя, но прекрасно понимающий, где и в чем он врет. Но Аммосов, как ты верно заметила, инфантилен. Ему неприятно сознавать, что он врет. Он хочет действительно быть и тем, и тем одновременно.
А это прямая дорога в Кащенку.
Создав Скунса, он попытался диссоциировать свою личность: вот здесь - герой, здесь - подонок, и они не смешиваются. Но окружающие эту игру не приняли (и в самом деле, только человек со столь искаженным восприятием реальности, как Аммосов, мог рассчитывать, что примут), и замысел провалился. Да и эти выборы, похоже, стали для него слишком тяжкой нагрузкой. Сейчас, когда порицают действия Скунса, огрызаться и оправдываться (причем вполне в стиле Скунса) начинает уже Аммосов; из этого видно, что искусственная структура, с помощью которой он поддерживал какой-никакой порядок в своей искореженной психике, разрушена.
Последствия печальны. Уже начались прилюдные истерики, громогласные закрытия и открытия журналов. Дальше будет хуже.

Опять же, не берусь судить, насколько подобный диагноз точен в "клиническом смысле". Для меня это, скорее, повод для рассуждения о "виртуалах" и обращения с ними.

Начать с того, что само по себе обзаведение виртуалами может (а в идеале должно) быть актом вежливости по отношению к читателям.

Дело в том, что человек as is - такой, какой он есть в свовкупности всей своих свойств - довольно непривлекательное существо. Интерес для окружающих н представляет - в самом лучшем случае - процента на полтора от того, чем он на самом деле является. Причём эти полтора процента друзья, читатели и почитатели предпочитают, как правило, получать в дистиллированном виде, не портя себе впечатления от остальных девяноста восьми и пяти десятых.

Я не имею в виду сугубо "духовную" сферу. Сказанное относится к людям в целом: как правило, в нём бывает интересно "только что-то одно". Петя - гениальный художник, но совершенно несносный тип. Люда прекрасна в постели, но лучше бы рта не раскрывала. Инна играет на скрипке и чудесно готовит выпечку, а во всём остальном - пустое место. С Васей хорошо выпить и побухтеть за жизнь, но больше он ни на что не годен. Etc, как говорится, etc.

Но в сфере чистого общения всё сказанное становится особенно явным. Один человек отлично шутит, но становится невыносимо скучен, когда начинает рассуждать о политике. Другой, наоборот, преотлично разбирается в тонких деталях политического механизма, но пишет графоманские стихи, от которых сводит клювы у голубей. Третья изо дня в день описывает свою повседневную жизнь, причём делает это красиво и интересно - но периодически срывается в разговоры о литературе, "шо ужас". И, опять-таки, т.д.

При этом понятно и то, что люди разные, и кому-то могут понравиться именно рассуждения девушки о литературе, а вот её литдыбр - наоборот. Кто-то, совершенно не интересующийся политикой, может любить плохие стихи (ну что делать, есть люди, которые любят плохие стихи). И, как уже было сказано, т.п.

Традиционный выход из положения - распараллеливание коммуникационных потоков. Что все и делают: с разными людьми мы, как правило, разговариваем о разном. С кем-то о литературе, с кем-то о политике, а с кем-то - только в койке.

Интернет и ЖЖ, однако, склеивает все эти потоки. Человек, пишущий в один и тот же журнал "про всего себя" - от аквариумных рыбок и до мистических откровений, напрягает и любителей рыбок, и любителей откровений. Особенно если человек разносторонний и "его много". "Не поймут-с". В таком случае обзаведение виртуалами - это, скорее, жест вежливости, причём не специальной интернетовской, а самой что ни на есть общечеловеческой. Ещё раз: вы не будете говорить с Петей о жизни, а с Васей об искусстве. Так можно же сделать то же самое: одного виртуала для "петь" и другого виртуала для "вась". Многие так и делают, "и все довольны".

Желание распараллелиться связано и с другим обстоятельствам. Дело в том, что творческие способности человека довольно часто не соответствуют его "настоящей личности". О том, какая пропасть может лежать между, скажем, "человеком" и "поэтом" ("художником", "учёным"), написаны премногие тома, и тратить время на это мы не будем. Напомним только, что оная пропасть (ну или канава, это уж как случится) и в самом деле бывает. Извечная манера творческих людей использовать псевдонимы и прочие романтические маски и плащи связаны ещё и с этим обстоятельством: желанием обозначить отдельную субличность, которая "не совсем я".

Но вернёмся к нашей виртуальщине. Тут люди ведут себя по-разному. Кто-то официально заводит три дневника, кто-то, наоборот, тщательно соблюдает инкогнито всех трёх, кто-то ещё как-то устраивается. Но во всех случаях действует общее правило: человека имеет смысл оценивать по той его части, которая вам кажется самой лучшей. Если хороший поэт одновременно является плохим художником, но вы имеете возможность не смотреть его пейзажики, а только читать стихи, за чем же дело стало? Читайте стихи и не тратьте времени на всё остальное.

Однако, это область, так сказать, "позитивного поведения" - "что человек нам даёт". Но люди не только дают, но и отбирают, не только радуют, но и огорчают.

Та область, где речь идёт про отбирания и огорчения, называется моралью.

И здесь всё устроено наоборот: человека судят не по самым хорошим, а по самым плохим поступкам - как в этом пришлось убедиться Макфларену-строителю. Или более жёсткий пример: отличный поэт и вор Франсуа Вийон, повешенный вместе со всеми своими талантами. Сурово, но справедливо. "А ты не попадайся".

Это, конечно, очень неприятно. Посему человеку, склонному к паскудству, но не желающему нести за это ответственность, тоже обычно приходит в голову идейка - разделить потоки. Например, если брать тот же ЖЖ: сделать себе виртуала, который будет "всеми любим" (обычно его отождествляют с собой), а весь негатив сливать через другие каналы. Чаще всего - скрываясь и таясь, иногда - полуоткрыто, но требуя от окружающих "различать". Дескать, вот он я настоящий, добрый доктор Джекил, который джентльмен, не употребляет мата и старомодно вежлив с дамами. А вот он, противный мистер Хайд, который свинствует в комментах, называет вашу жену блядью, а дочку - подстилкой, и заканчивает каждую фразу словами "я тя на хую вертел, выпиздыш". Когда же человека берут за галстук, он тут же оборачивается добрым доктором Джекилом: "ну я же не имел в виду, что я... вас... по-настоящему... Вы знаете, Шура, как я вас уважаю".

Для такого фортеля, правда, нужно выдать моральную сторону поступка за творческую. Дескать, это я вас не материл в хвост и в гриву, а "мой литературный персонаж".

Но, как уже было сказано - если разделение на несколько частей творческой личности - оправданно и даже похвально, то разделение на части личности моральной - неоправданно, и, более того, является отягчающим обстоятельством. Ибо то, что в первом случае является вежливостью, во втором может быть названо в лучшем случае сцыкливостью, в худшем - попыткой выписать себе индульгенцию на любые мерзости.

Это всё, конечно, простые случаи. Дескать, нарисовал человек стишок - его он волен считать не своим, а "от музы". А вот скажет "ракА" в чей-то конкретный адрес - это сделал он, и никакие ссылки на "музу" не катят. Допустим, а что если в стишке (который от Музы), имеется это самое "ракА" по конкретному адресу?

Возьмём какие-нибудь пушкинские эпиграммы - некоторые из них зело преобидные. Так чего? Бить поэту морду за нехороший поступок или всё-таки считать творчеством?

Тут поступают по-разному. Стратегий, в общем, две. Одна называется "наградить орденом и расстрелять": отдать должное таланту автора, а самому автору от души набить морду или даже убить. Вторая - "делать поправку": то есть заменить битьё морды чем-нибудь менее болезненным, ибо "ну не удержался человек, муза ему нашептала". Но общий принцип от этого не меняется: творческая часть личности может быть рассматриваема отдельно от автора (а разные её части - друг от друга), моральная и ответственная - всегда связана с конкретной личностью, "с этим вот чуваком".

Интересно, что даже некоторые законченные мерзавцы такие вещи всё-таки понимают - и брезгуют заводить подставное лицо. Например, два человека, которых я считаю^[1] редкими образчиками человеческой низости - r_l@lj и prof_umoriarty@lj - имеют за душой хотя бы одну последнюю добродетель, последнее прибежище негодяя: оба пишут от себя, "светят фамилией". Правда, это единственное, что можно сказать о них хорошего.

Про Аммсова (который казался человеком более приличным) нельзя сказать и этого. Сначала он просто скрывал авторство, потом, будучи ущучен, начал называть "скунса" - "проектом", "персонажем" и т.п. и усиленно пытался изобразить позицию "если вы на меня обиделись, значит, вы недалёкий человек, не понимающий тонкостных мувментов литературного творчества". Что особенно смешно и гадко именно потому, что автор в своей первой ипостаси пытается строить из себя моралиста. "Эт-то что-то особенное".

Отвратительнее "скунса", пожалуй, только его читатели - как опырыши образом отвратительнее того кала, в котором они обитают. На эту тему, впрочем, уже высказался acat@lj, добавить здесь нечего.

---

[1] По крайней мере, как риторических персонажей - по жизни они мне не знакомы, а профессиональные их успехи я оценить не могу, да и не хочу.

)(