"ссышь значит уважаешь"
pioneer_lj@lj пишет об антисемитизме и уважении.

То, что евреи вообще обо всех отзываются дурно и никого не любят, ничего не значит. Евреи всех ругают, и даже евреев. Мы говорим об уважительном отношении к народу. В порядке уменьшения еврейского уважения: немцы, венгры, поляки, прибалты, украинцы, чеченцы... Русские (великороссы) наиболее презираемый евреями народ, потому что никогда не причиняли евреям настоящего зла. Русских евреям не надо бояться, и значит не за что и уважать. Отсюда столько нелепых еврейских побасенок про "русский антисемитизм". Можно безбоязненно предаваться самым буйным жидоморским фантазиям, т.к. в действительности нечего опасаться... [и т.д.]

Всё это, разумеется, совершенно правильно. Но с одной оговоркой: ровно то же самое можно сказать практически о любом "народе" вообще. То есть это вполне естественная, "общечеловеческая" реакция. Уважение (или хотя бы видимость его) всегда основано на страхе. Этот страх может быть "погребён в глубинах сознания", но, тем не менее, именно он является основой всего.

Еврейский случай просто более показателен в силу крайней "публичности" еврейских реакций. Но, в принципе, это именно "правило отношений". Хорошие отношения между соседствующими народами бывают только после того, как два народа убедились в том, что они способны уничтожить друг друга, но при этом готовы не делать этого. Тогда возникает нечто вроде взаимного уважения.

Русских же презирают все (не только евреи, разумется) именно потому, что понимают - они БЕЗОБИДНЫ (о чём я давно писал). Нам, увы, свойственно идиотское добродушие, моральную (а не физическую) неготовность сделать ПО-НАСТОЯЩЕМУ БОЛЬНО. Кстати, эта готовность приобретается именно через опыт слабости, накопление рессентимента: надо однажды почувствовать себя угнетаемым, чтобы научиться ненавидеть "долго и расчётливо". Русский способен "ударить в гневе" - но в гневе больших дел не наворотишь, а когда гнев пройдёт, он уже будет безопасен. В то время как еврей, англичанин или немец дождётся слабости врага, убедится в ней, ещё раз убедится - и тогда достанет пыточный инструментарий.

Как замечательно писал писал Набоков:

"Маленькая гемютная Германия" -- ах, кирпичные домики, ах, ребятишки ходят в школу, ах, мужичек не бьет лошадку дрекольем!.. Ничего, -- он ее по-своему замучит, по-немецки, в укромном уголку, каленым железом.

ВОТ КАК надо-то. А то - - -.

)(