О некотором неудобстве русских анонимных обращений второго лица единственного числа
Как это ни покажется странным, русский язык терпит великую нужду в удобном и общепринятом вежливом обращении к незнакомым людям.

Если абстрагироваться от вульгаризмов наподобие ну ты, бля! или мужчина-а!, обнаруживается, что:

Советское товарищ отсохло по причинам идеологическим.

Советское же, но менее идеологически окрашенное гражданин успело себя дискредитировать в советскую же эпоху. Причина забавна: "товарищами" называли всех, кроме лиц сомнительной репутации, которые "нам не товарищи". То есть это было типичное "милицейское" обращение к задержанному или подозреваемому (ср. знаменитое "пройдёмте, гражданочка"). То же и в речи чиновников: "граждане" и "гражданки", выправляющие свои бесконечные "справочки", тем самым демонстративно лишались части статуса.

Поскольку же официальный язык был источником и составной частью бытовой лексики, то и в народной речи переход от "товарища" к "гражданину" был маркирован как резко снижающий статус субъекта: "ещё не оскорбительно, но уже неуважительно". Например, во время выяснения отношений в очереди: "а вас, гражданин, тут не стояло!" [агрессия] - "ну что вы такое говорите, товарищ, я просто отходил, вон та женщина в платочке может подтвердить" [попытка примирения] - "гражданин, уйдите!" [отказ от предлагаемого перемирия, начало свары]. *

С "господином" же получилось вообще очень интересно.

Я уже где-то писал, что само это слово долгое время воспринималось как "импортное", точнее - предназначенное для обслуживания знатных иностранцев. "Господами" в газетах называли в первую голову - иностранных послов, а также - западных политиков, визитирующих на советскую землю, западных же негоциантов, с которыми советская власть "имела некоторые дела", ну и прочий импортный крупняк.
"Господами" ещё ругались в советских фильмах старые дамы "из бывших", для комического эффекта: "господа, чай подан" - а тут чекисты с мандатами наперевес, смешно.

Когда же слово было введено в обиход, у него обнаружилась странная особенность: обращение "господин" в качестве "вежливого" обязательно предполагает продолжение. То есть: можно сказать фразу типа "да, господин Петров", или "да, господин Президент". Но фраза "да, господин" не звучит. Точнее, звучит - либо как издевательство ("да, господин начальник!"), либо как часть диалога саба с Мастером ("Да, мой Господин, я плохо себя вела. - Как мне жаль твою бедную попку.")

Чёрт его знает почему, но звучит это именно так. Возможно, из-за слишком живой семантики слова. Всякие там западные "сэры" и "херры" (и даже "паны"), имеющие то же самое (сословное) происхождение, уже как-то стёрлись, сдохлись, от них осталось именно что засушенная оболочка. В то время как долгое неупотребление "господина" в таком служебном качестве оживило слово - в нём зазвучал грозный призрак "настоящего господства", "власти". К тому же - с крестьянско-советским издевательским душком. "Гаспода кушать изволют". "Гаспада чистенькие".

Итак. Похоже, в русском языке нет безличных выражений градуированной степени вежливости. Типа "да, сэр".

И что с этим делать, непонятно.

---

[дискуссия на ту же тему у i_shmael@lj. Там же опрос на тему "какое обращение вы слышали в России или где ещё обращаются сегодня по-русски - если обращаются без имени"? Результаты опроса здесь.

)(