Умственный и физический труд
По поводу постинга stavrogina@lj и рассуждений med99@lj.

stavrogina@lj сказала:

Советская власть умудрилась вырастить в своей интеллигенции просто органическую непереносимость к пролетариям. Именно потому что "класс-гегемон".

Современная молодежь сплошь и рядом хочет быть "культурологом, переводчиком, менеджером, юристом, экономистом и психологом", но никак не учителем, врачом или инженером. Но зато все потом жалуются, что в районных поликлиниках сидят бабульки или около того, учителей периодически не хватает и вообще. Машины у нас плохие, ЖКХ никакое и заводы вообще стоят. Советская власть ушла, унеся с собой всю набившую оскомину пропаганду и выбросив наружу всё то интеллигентское презрение. Оно вдруг смогло стать официальным курсом страны...

Такая тенденция, по-моему, ужасна. Именно ставка на то, что все хотят престижную профессию в конце концов (в своей гротескной форме) может привести к тому, что "когда все старые перемрут" занимать физическим трудом будет просто некому. Относиться к рабочему классу презрительно -- по меньшей мере, глупо. Возникает только один вопрос: хорошо, некому будет уголы в попу ставить, так и когда помирать -- ведь тоже никто не придет и не поставит, некому будет убирать подъезды, строить дома, ремонтировать поезда... Прожить без рабочих тем, кто их презирает всё равно не получится. Так зачем тогда ненавидеть? Зачем занимать и культивировать позицию "пусть кто-нибудь, только не мы".

В данной ситуации совершенно необходимо вернуться к уважению к тем, кто работает. Не на уровне "розовых соплей", что любили периодически распускать при Советской Власти, но на уровне банального воспитания среди школьников уважения к. На уровне возрождения обязательной трудовой практики, а главное -- на уровне повышения в обществе престижа трудовых профессий и, разумеется, повышения их престижа у самой власти, т.е. -- повышения оплаты. Без этого никак. Иначе рано или поздно мы придем к абсолютному деградансу.

med99@lj среагировал так:

Не, не. К черту, к черту.
Невозможно допускать даже отдаленно, чтобы пролетарий снова возомнил о себе. Одного раза хватило. Все-таки люди не равны и «культурологи» ступенью выше «железнодорожников», хотя ступенью выше «культурологов» — те, кто спокойно может заниматься и тем, и другим.

И развивает тему:

...Классовое сознание — вещь глубокая. Классовая борьба — борьба не только социально-экономическая, но и духовная. Борьба идеалов, борьба людей с разными представлениями о сути жизни. И очень большая беда и несправедливость жизни в том, что классовое сознание, привитое с ранних лет, в человеке чаще всего остается навсегда, сколько б ни скакал он в жизни по социальной лестнице. Поэтому я беру на себя смелость говорить, что люди не равны. Не равны в самом главном и важном: идеалы одних людей выше, чем идеалы других. Никто в этом не виноват и никто не должен быть унижаем или гоним за свою классовую принадлежность. Я симпатизирую былым коммунистам ровно настолько, насколько они боролись против мучения и издевательства. Но есть другой уровень — тот, где враждующие мировоззрения «бьют друг друга своими подданными». И тут приходится занять позицию самую элитаристскую.

Рабочие, крестьяне, трудовой народ, увы, тормозили и тормозят, я сейчас скажу пошлость, духовный прогресс человечества. Не потому, что у них нет высоких устремлений. Лучше б не было. Они неприемлемы. Павка Корчагин, потно-жизнерадостный коллективизм, деревенские мир_и_согласие, добродушная вульгарность — все это выглядит неплохо, но это, во-первых, тупик, а во-вторых, дает индульгенцию множеству форм зла. Насилию над слабыми, вмешательству в частную жизнь, подавлению личности. Страшно подумать, сколько талантливых людей (а они случаются везде) загнулось где-нибудь в солнечной деревне или рабочем поселке как «дурачки» или «лодыри». Собственно, мещанство, даже самое богатое, в этом смысле сюда примыкает, но там гораздо проще вырваться, там гораздо больше спасительного пофигизма, и поэтому нынешнюю, по преимуществу буржуазную культуру, можно принять как стократно меньшее зло. И надеяться, что придет кое-что получше.

Но только не снова возвышать пролетариат. Не «повышать его престиж», не «внушать уважение». Потому что с ним — на нем — поднимется вот эта тысячелетняя тупиковость, которая, увы — увы! — у рабочего человека на роду написана.

Начну вот с чего. Само разделение на "умственный" и "физический" труд на 90% конвенционально. То есть - что считать "умственным", а что "физическим", в большинстве случаев есть вещь условная.

Разумеется, у этой условности есть границы. С одной стороны - раб с мешком на спине, с другой - "какой-нибудь там Аристотель", который, возлежа, изящно и прлично мыслит о вечном. Однако, между этими полюсами имеется серая зона, где "умственность" или "физичность" труда так просто не определимы.

Вот, скажем, средневековый крестьянин - и средневековый монах-переписчик. Казалось бы, очевидно, что крестьянин занимается физическим трудом, а переписчик - умственным. Но крестьянинское хозяйство - штука хитрая, там нужно всё время думать, как бы, при крайне ограниченных ресурсах, прокормиться сейчас, не остаться без урожая потом, да ещё отбояриться от сборщика налогов, да ещё дочку замуж выдать. Крестьянин владеет массой навыков и умений, он работает головой не меньше, чем руками. Напротив, переписчик занимается тяжёлой, монотонной, механической работой, где задействованы как раз руки и только руки. "Задействованная мелкая моторика". Самый что ни на есть физический труд. Но считается - "умственным", ага.

Перенесёмся в современность. Задачи, с которыми сталкивается какой-нибудь сантехник, не сложнее задач, с которыми сталкивается какой-нибудь менеджер. Даже более того: у менеджера работа, как правило, нуднее, монотоннее, и в чём-то отвратительнее. И уж точно не требующая никакой "интеллектуальности".

Однако ж. У средневекового писца и современного менеджера есть одно непреходящее отличие от крестьянина и сантехника. Они работают в закрытом натопленном помещении и не марают рук, а те - "в грязи ковыряются" и руки марают.

Так что не надо эвфемизмов. "Умственный труд" - это когда руки не пачкаются. И наоборот. К голове и "интеллекту" это всё отношения не имеет.

Отсюда и двойственное отношение к медицине. С одной стороны, медик - это человек, который знает чрезвычайно много. Куда больше, чем представитель любой другой профессии. Но... "там же кровь, гной". Медики ведь пачкаются о самое противное - человеческие выделения, "соки тела". Правда, те же медики вроде как тщательно моют руки, и дурными запахами от них не пахнет... "Умственная работа". Но пьют, как сантехники... Получается, "физическая". Возникает когнитивный диссонанс. Поэтому на какого-нибудь хирурга смотрят как бы двойным зрением: человек-амфибия, в чём-то "типа сантехник", в чём-то "типа менеджер" ^[1].

Есть ещё одно различие, не менее важное. "Физической" считают работу, за которую мало платят. Из этого, кстати, не следует, что за "умственное" обязательно платят много. Какой-нибудь непризнанный художник имеет куда меньше, чем признанный сантехник. Однако, за картину теоретически можно "получить мульон", а за блестяще починенный унитаз - нет.

Наконец, последний параметр - риск. "Физическая" работа не только грязна и малооплачиваема, но зачастую и опасна, причём непосредственно опасна: прямо во время работы можно "ноги лишиться". "Травма на производстве". "Умственная" же работа ассоциируется с безопасностью труда ^[2].

Заметим. Если какое-то занятие, несмотря на то, что оно грязное, опасное и даже малооплачиваемое, всё-таки считается уважаемым, его не называют "физическим трудом". Нет ничего грязнее и опаснее воинского ремесла. Но пока воины были уважаемы (по понятным причинам - "у них оружие"), никто не посмел бы даже в мыслях сравнить блестящего солдата с презренным земледельцем. И сказать ему - "ты занимаешься физическим трудом, подобно крестьянину". Сейчас это стало можно, и такие славные профессии, как солдат или милиционер, перешли в категорию "физического труда", крайне малоуважаемого. Зато стали очень уважать частных охранников - и тут же начались разговоры о том, какой это, оказывается, охрененно интеллектуальный вид деятельности, как много охраннику нужно знать и уметь. "Прям как профессор". Не удивлюсь, если они себе заведут дипломы и прочие принадлежности "интеллектуалов". "Магистр личной безопасности второй степени", ага.

Промежуточный вывод: ярлык "умственного труда" в большинстве случаев наклеивается не на те профессии, которые и в самом деле требуют умственных усилий, а на те, которые чище, безопаснее, лучше оплачиваются. А так - слесарь шестого разряда уж не глупее "культуролога". И, с другой стороны, какой-нибудь профессор археологии на раскопе "пачкается и мёрзнет" не меньше, чем крестьянин в поле. "И ничего".

Настоящие интеллектуалы это всё, как правило, понимают. Не любя людей глупых и злых, они охотно общаются с людьми умными и хорошими, невзирая на "различия культурного кода".

Откуда же берётся та лютая ненависть к пролетариату, которая характерна именно для советской интеллигенции? Эта ненависть не классовая, а этническая. Пролетариат не любят, потому что он русский - а русских позволяют себе не любить, потому что "они же все пролы" (с интонацией - "они и должны быть пролами", "нельзя их пускать в чистые").. "Тупой пьяный Вася" - вот, собственно, универсальная формула интеллигентского взгляда на русских в целом, где одно определяется через другое: если Вася - то тупой и пьяный, что есть повод презирать Васю.

Разумеется, те, кто не любит, сами могут быть русскими по происхождению, это ничему не мешает. Это даже обязаывает "не любить пролов" особенно сильно. Надо ведь постоянно демонстрировать своё полное неприятие "этих грязных Вась", "этих Шариковых".

То-то Швондер радуется.

---

[1] Есть ещё одна сомнительные профессии такого рода - ювелир, кутюрье, "создатели предметов роскоши". В чём тут когнитивный диссонанс, думаю, понятно.

[2] Разумеется, эта ассоциация весьма условна: за иные умствования могут убить, причём мучительно. Но это уже последствия извне. Само же по себе "мышление, писание и говорение" безопаснее, чем строительство, охота или хождение по проволоке.

)(