|
|
Пишет Поток сознания (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} leon_orr)@ 2011-07-09 13:50:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
МУЗЫКАЛЬНЫЙ МАГАЗИН. ИСТОРИЯ ПЕСНИ.
Думаю, все слыхали лагерную песню "Не печалься, любимая":
Чередой, за вагоном вагон,
С мерным стуком по рельсовой стали
Спецэтапом идет эшелон
С пересылкой в таежные дали.
Заметает пургой паровоз,
В окнах блещет морозная плесень.
И порывистый ветер донес
Из вагона печальную песню.
Припев:
«Не печалься, любимая,
За разлуку прости меня,
Я вернусь раньше времени,
Дорогая моя.
Как бы ни был мне приговор строг,
Я вернусь на любимый порог
И, тоскуя по ласке твоей,
Я в окно постучу».
Здесь на каждом вагоне замок,
Две доски вместо мягкой постели,
И, укутаны в синий дымок,
Нам кивают угрюмые ели.
Двадцать лет трудовых лагерей,
И в подарок рабочему классу
Там, где были тропинки зверей,
Мы проложим таежную трассу.
Утопали в снегах трактора,
Даже «сталинцу» сил не хватало,
И тогда под удар топора
Эта песня в тайге прозвучала.
Среди серых отрывистых скал,
Где раскинулись воды Байкала,
Где бродяга судьбу проклинал,
Эта песня и там прозвучала.
Так песня звучит в исполнении Славы Вольного ( в замене слов "раньше времени" на "преждевременно" чувствуется влияние языковой среды: на момент записи исполнитель уже долгое время жил в Германии, куда его увезли родители, когда ему было двенадцать лет):
"Воровские" варианты.
Поёт Александр Смогул (увы-увы, лучшего файла найти не удалось):
Поёт Владимир Туриянский:
Существовали и другие варианты песен на этот мотив. Например, песня "Серая юбка":
Когда в море горит бирюза,
Опасайся дурного поступка.
У нее голубые глаза
И дорожная серая юбка.
Припев:
Брось, моряк, не грусти,
Не зови ты на помощь норд-веста.
Эта мисс из богатой семьи,
Эта мисс ведь чужая невеста.
Увидавши ее на борту,
Капитан вылезает из рубки
И становится с трубкой во рту
Перед девушкой в серенькой юбке.
И, наружно владея собой,
Капитан к незнакомке подходит,
О поэзии грустной морской
Разговор оживленный заводит.
Говорит про оставшийся путь,
Мисс любуется морем и шлюпкой,
А он смотрит на девичью грудь
И на ножки под серенькой юбкой.
А наутро в каюте видна
Позабытая верная трубка,
И при матовом свете огня
Вся измятая серая юбка!
А как кончится рейс наконец,
Мисс уедет на берег на шлюпке,
И другой поведет под венец
Эту девушку в серенькой юбке.
И опять он стоит на борту,
Только нету в зубах верной трубки.
А в далеком британском порту
Плачет девушка в серенькой юбке!
которую исполняла Кира Смирнова. К сожалению, мне удалось найти её лишь в исполнении Александра Хегая ( все поклонники передачи "В нашу гавань заходили корабли" знакомы с ним):
Первоисточником всех этих вариантов была, возможно, песня "Тоска по родине" Жоржа Ипсиланти:
ИПСИЛАНТИ ЖОРЖ - музыкант, руководитель оркестра Петра Лещенко, первый муж Аллы Баяновой. После эмиграции из России Жорж Ипсиланти жил в Румынии, в конце второй Мировой войны перебрался в США. Написал танго «Тоска по Родине».
Танго, написано не позднее 1945 года. По другим данным, Жорж Ипсиланти - не только автор музыки, но и соавтор слов.
Видимо, это песня из репертуара Петра Лещенко (1898-1954) и для него написана, хотя на пластинку им записана не была. Родившись под Одессой, Петр Лещенко основую часть жизни прожил в Бухаресте. В 1930-е годы он открыл там собственный ресторан, где пел для посетителей под гитару. Музыкант и композитор Жорж Ипсиланти руководил ресторанным оркестром и создал несколько песен для Лещенко.
Известны поддельные записи этой песни "под Лещенко" с голосом москвича Николая Маркова, сделанные в начале 1950-х на "ребрах" ("костях") - самодельных пластинках из использованных рентгеновских снимков. Такие диски гуляли в СССР на барахолках (Примечание leon_orr: эту запись найти не смогла, буду рада, если кто-нибудь ею поделится).
Кроме Аллы Бояновой "Тоску по родине" пел Вадим Козин, записей не нашла.
На неё существовал "женский ответ":
ТЫ ДАЛЕКО
Слова и музыка неизвестного автора
Ты далеко. В руках моих от тебя письмо,
Как светлый луч из темных туч. Я забыла всё:
И боль, и обиду разлуки лихой,
И помню я счастье, что было с тобой.
Вернись ко мне, вернись скорей, милый мой!
Припев:
Но ты далеко, а сердце вечно с тобой.
Ты далеко, услышь мой зов, милый мой.
Ты далеко, а мне одной нелегко.
Обнять так хочется тебя, но ты далеко.
Твое письмо я перечла уж не в первый раз.
Ночь напролет я не сомкнула усталых глаз.
И всё мне казалось, что ты предо мной,
Что будто бы голос я слышу родной.
Вернись скорей, вернись ко мне, милый мой!
Припев.
Записи не нашла, но есть ноты:
У "Девушки в синем берете" есть ещё более старый вариант, возможно, 20-х годов прошлого века, относящийся к "улично-уркаганскому" репертуару ( так в те годы называли блатняк). Не исключаю, что Ипсиланти и его соавтор Храпак переработали старую уличную песню.
ДЕВУШКА В СИНЕМ БЕРЕТЕ
(улично-уркаганский вариант)
На театре давали «Кармен»,
А у рампы, в сияющем свете,
Молодой симпатичный шатен
Рядом с девушкой в синем берете.
А когда погасал в зале свет,
Взоры все устремлялись на сцену,
И склонялся тот синий берет
На плечо молодому шатену.
И ласкал он её, обнимал,
И лежала рука на корсете,
И округлости плеч целовал
Он у девушки в синем берете.
И уста целовали уста,
И сиял яркий луч на паркете,
Но душа у шатена пуста
Против девушки в синем берете.
Он просил, он её умолял
Сделать в банке бумагам подмену;
Управляющий ей доверял,
И она совершила измену.
Но про это узнал комиссар, (1)
И за всё оказался в ответе
Не шатен, а любовный угар
Этой девушке в синем берете.
На процессе шатен молодой
Вышел чист и за всё не в ответе,
Со своею осталась бедой
Эта девушка в синем берете.
Он красиво умел говорить,
Не собьёшь на фальшивом ответе,
Только нет! – он не сможет любить
Заключённую в синем берете.
______________________-
(1) - До начала 60-х годов во главе крупных органов милиции стояли комиссары милиции (соответствуют нынешним начальникам ГУВД, генеральская должность.
Приблизительно так она звучала:
Вот так иногда переплетаются судьбы "приличных" песен, имеющих известных авторов и исполнителей и легитимную сценическую жизнь, с песнями тюрьмы, каторги, беды и горя. Я не знаю, как обстоят дела в других странах, но в СССР и России это перепление жанров и судеб существовало всегда, как всегда в речь вплеталась "феня", а в жизненный опыт - знание лагерных законов, и это знание не зависело ни от уровня образования, ни от социального уровня людей.
Если вам интересны подобные "расследования", я и в дальнейшем буду знакомить вас с ними.
ОГЛАВЛЕНИЕ. МУЗЫКАЛЬНЫЙ МАГАЗИН.
Оригинальный пост находится здесь http://leon-orr.dreamwidth.org/1071019.h
Думаю, все слыхали лагерную песню "Не печалься, любимая":
Чередой, за вагоном вагон,
С мерным стуком по рельсовой стали
Спецэтапом идет эшелон
С пересылкой в таежные дали.
Заметает пургой паровоз,
В окнах блещет морозная плесень.
И порывистый ветер донес
Из вагона печальную песню.
Припев:
«Не печалься, любимая,
За разлуку прости меня,
Я вернусь раньше времени,
Дорогая моя.
Как бы ни был мне приговор строг,
Я вернусь на любимый порог
И, тоскуя по ласке твоей,
Я в окно постучу».
Здесь на каждом вагоне замок,
Две доски вместо мягкой постели,
И, укутаны в синий дымок,
Нам кивают угрюмые ели.
Двадцать лет трудовых лагерей,
И в подарок рабочему классу
Там, где были тропинки зверей,
Мы проложим таежную трассу.
Утопали в снегах трактора,
Даже «сталинцу» сил не хватало,
И тогда под удар топора
Эта песня в тайге прозвучала.
Среди серых отрывистых скал,
Где раскинулись воды Байкала,
Где бродяга судьбу проклинал,
Эта песня и там прозвучала.
Так песня звучит в исполнении Славы Вольного ( в замене слов "раньше времени" на "преждевременно" чувствуется влияние языковой среды: на момент записи исполнитель уже долгое время жил в Германии, куда его увезли родители, когда ему было двенадцать лет):
"Воровские" варианты.
Поёт Александр Смогул (увы-увы, лучшего файла найти не удалось):
Поёт Владимир Туриянский:
Существовали и другие варианты песен на этот мотив. Например, песня "Серая юбка":
Когда в море горит бирюза,
Опасайся дурного поступка.
У нее голубые глаза
И дорожная серая юбка.
Припев:
Брось, моряк, не грусти,
Не зови ты на помощь норд-веста.
Эта мисс из богатой семьи,
Эта мисс ведь чужая невеста.
Увидавши ее на борту,
Капитан вылезает из рубки
И становится с трубкой во рту
Перед девушкой в серенькой юбке.
И, наружно владея собой,
Капитан к незнакомке подходит,
О поэзии грустной морской
Разговор оживленный заводит.
Говорит про оставшийся путь,
Мисс любуется морем и шлюпкой,
А он смотрит на девичью грудь
И на ножки под серенькой юбкой.
А наутро в каюте видна
Позабытая верная трубка,
И при матовом свете огня
Вся измятая серая юбка!
А как кончится рейс наконец,
Мисс уедет на берег на шлюпке,
И другой поведет под венец
Эту девушку в серенькой юбке.
И опять он стоит на борту,
Только нету в зубах верной трубки.
А в далеком британском порту
Плачет девушка в серенькой юбке!
которую исполняла Кира Смирнова. К сожалению, мне удалось найти её лишь в исполнении Александра Хегая ( все поклонники передачи "В нашу гавань заходили корабли" знакомы с ним):
Первоисточником всех этих вариантов была, возможно, песня "Тоска по родине" Жоржа Ипсиланти:
ИПСИЛАНТИ ЖОРЖ - музыкант, руководитель оркестра Петра Лещенко, первый муж Аллы Баяновой. После эмиграции из России Жорж Ипсиланти жил в Румынии, в конце второй Мировой войны перебрался в США. Написал танго «Тоска по Родине».
Танго, написано не позднее 1945 года. По другим данным, Жорж Ипсиланти - не только автор музыки, но и соавтор слов.
Видимо, это песня из репертуара Петра Лещенко (1898-1954) и для него написана, хотя на пластинку им записана не была. Родившись под Одессой, Петр Лещенко основую часть жизни прожил в Бухаресте. В 1930-е годы он открыл там собственный ресторан, где пел для посетителей под гитару. Музыкант и композитор Жорж Ипсиланти руководил ресторанным оркестром и создал несколько песен для Лещенко.
Известны поддельные записи этой песни "под Лещенко" с голосом москвича Николая Маркова, сделанные в начале 1950-х на "ребрах" ("костях") - самодельных пластинках из использованных рентгеновских снимков. Такие диски гуляли в СССР на барахолках (Примечание leon_orr: эту запись найти не смогла, буду рада, если кто-нибудь ею поделится).
Кроме Аллы Бояновой "Тоску по родине" пел Вадим Козин, записей не нашла.
На неё существовал "женский ответ":
ТЫ ДАЛЕКО
Слова и музыка неизвестного автора
Ты далеко. В руках моих от тебя письмо,
Как светлый луч из темных туч. Я забыла всё:
И боль, и обиду разлуки лихой,
И помню я счастье, что было с тобой.
Вернись ко мне, вернись скорей, милый мой!
Припев:
Но ты далеко, а сердце вечно с тобой.
Ты далеко, услышь мой зов, милый мой.
Ты далеко, а мне одной нелегко.
Обнять так хочется тебя, но ты далеко.
Твое письмо я перечла уж не в первый раз.
Ночь напролет я не сомкнула усталых глаз.
И всё мне казалось, что ты предо мной,
Что будто бы голос я слышу родной.
Вернись скорей, вернись ко мне, милый мой!
Припев.
Записи не нашла, но есть ноты:
У "Девушки в синем берете" есть ещё более старый вариант, возможно, 20-х годов прошлого века, относящийся к "улично-уркаганскому" репертуару ( так в те годы называли блатняк). Не исключаю, что Ипсиланти и его соавтор Храпак переработали старую уличную песню.
ДЕВУШКА В СИНЕМ БЕРЕТЕ
(улично-уркаганский вариант)
На театре давали «Кармен»,
А у рампы, в сияющем свете,
Молодой симпатичный шатен
Рядом с девушкой в синем берете.
А когда погасал в зале свет,
Взоры все устремлялись на сцену,
И склонялся тот синий берет
На плечо молодому шатену.
И ласкал он её, обнимал,
И лежала рука на корсете,
И округлости плеч целовал
Он у девушки в синем берете.
И уста целовали уста,
И сиял яркий луч на паркете,
Но душа у шатена пуста
Против девушки в синем берете.
Он просил, он её умолял
Сделать в банке бумагам подмену;
Управляющий ей доверял,
И она совершила измену.
Но про это узнал комиссар, (1)
И за всё оказался в ответе
Не шатен, а любовный угар
Этой девушке в синем берете.
На процессе шатен молодой
Вышел чист и за всё не в ответе,
Со своею осталась бедой
Эта девушка в синем берете.
Он красиво умел говорить,
Не собьёшь на фальшивом ответе,
Только нет! – он не сможет любить
Заключённую в синем берете.
______________________-
(1) - До начала 60-х годов во главе крупных органов милиции стояли комиссары милиции (соответствуют нынешним начальникам ГУВД, генеральская должность.
Приблизительно так она звучала:
Вот так иногда переплетаются судьбы "приличных" песен, имеющих известных авторов и исполнителей и легитимную сценическую жизнь, с песнями тюрьмы, каторги, беды и горя. Я не знаю, как обстоят дела в других странах, но в СССР и России это перепление жанров и судеб существовало всегда, как всегда в речь вплеталась "феня", а в жизненный опыт - знание лагерных законов, и это знание не зависело ни от уровня образования, ни от социального уровня людей.
Если вам интересны подобные "расследования", я и в дальнейшем буду знакомить вас с ними.
ОГЛАВЛЕНИЕ. МУЗЫКАЛЬНЫЙ МАГАЗИН.
Оригинальный пост находится здесь http://leon-orr.dreamwidth.org/1071019.h
