|
|
Пишет Поток сознания (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} leon_orr)@ 2012-07-24 19:35:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
МУЗЫКАЛЬНЫЙ МАГАЗИН. История артиста. Пётр Лещенко
В конце восьмидесятых годов, на волне перестройки, было издано, еще на виниле, несколько пластинок песен в исполнении Петра Лещенко. На удивление, они стали хитами продаж сезона!
Почти через сорок лет после своей смерти Петр Лещенко пережил новый взлет славы.
«Самый пошлый и безыдейный белоэмигрантский кабацкий певец, запятнавший себя сотрудничеством с немецко-фашистскими оккупантами», – так характеризовала его во времена Сталина официальная советская пропаганда.
Но все было, разумеется, гораздо сложнее…
Петр Константинович Лещенко родился 7 июля 1898 года под Одессой в бедной семье.
Мать - Мария Константиновна - была бедной, неграмотной крестьянкой. Об отце известно лишь, что он умер, когда сыну было три года.
Его мать Мария Константиновна вышла замуж за Алексея Васильевича Алфимова.
С ранних лет Петр Лещенко жил как многие дети из бедных деревенских семей: учеба в сельской школе, пение в церковном хоре, приобщение к труду и самостоятельному заработку.
Вопреки принятому обыкновению, отчим полюбил приемного сына как родного. Он рано заметил музыкальные способности Петра и подарил ему свою гитару.
Петр Лещенко о себе: «В возрасте 9 месяцев с матерью вместе, а также с ее родителями, переехали на жительство в город Кишинев. До 1906 года я рос и воспитывался дома, а затем как имевший способности по танцам и музыке был взят в солдатский церковный хор.
Регент этого хора Коган позднее определил меня в 7 народное приходское училище в Кишиневе. Одновременно с этим регент архиерейского хора Березовский, обратив на меня внимание, определил в хор. Таким образом, к 1905 году я получил общее и музыкальное образование.
В 1915 году, ввиду перемены голоса, я в хоре участвовать не мог и остался без средств, поэтому решил пойти на фронт. Устроился вольноопределяющимся в 7 Донской казачий полк и служил там до ноября 1916 года. Оттуда я был направлен в пехотную школу прапорщиков в город Киев, которую окончил в марте 1917 года, и мне было присвоено звание прапорщика. После окончания упомянутой школы через 40 запасной полк в Одессе был отправлен на румынский фронт и зачислен в 55 пехотный Подольский полк 14 пехотной дивизии на должность командира взвода.
В августе 1917 года на территории Румынии был тяжело ранен и контужен — и отправлен в госпиталь, сначала в полевой, а затем в город Кишинев. Революционные события октября 1917 года застали меня в этом же госпитале. Еще и после революции я продолжал находиться на излечении до января 1918 года, то есть до момента захвата румынскими войсками Бессарабии».
В 1917 году в семье родилась дочь Валентина, в 1920 году – еще одна, Екатерина. Будущий семейный персонал знаменитого бухарестского ресторана Петра Лещенко оказался, таким образом, почти сформированным. Но до самого ресторана было еще очень далеко.
После выхода из госпиталя Лещенко жил у своих родственников.
До 1919 года работал токарем у одного частника, затем служил псаломщиком в церкви при Ольгинском приюте, подрегентом церковного хора в Чуфлинской и кладбищенской церквей. Кроме того, участвовал в вокальном квартете и пел в Кишиневской опере, директором которой была некая Белоусова.
С осени 1919 года в составе танцевальной группы «Елизаров» (Данила Зельцер, Товбис, Антонина Кангизер) четыре месяца выступал в Бухаресте в театре «Алягамбра», затем с ними же весь 1920 год — в кинотеатрах Бухареста.
До 1925 года как танцор и певец в составе различных артистических групп гастролирует по Румынии. В 1925 с Николаем Трифанидисом уезжает в Париж, где встречается с Антониной Кангизер. С ней, ее девятилетним братом, матерью и Трифанидисом Лещенко в течение трёх месяцев выступает в парижских кинотеатрах.
В феврале 1926 года в Париже Лещенко случайно встретил знакомого по Бухаресту Якова Вороновского. Тот собирался уезжать в Швецию, предложив Лещенко свое место танцора в ресторане «Норманди». До конца апреля Лещенко выступает в этом ресторане. Здесь он знакомится с Жени Закис из Риги, латышкой, по профессии артисткой.
Я так и не выяснила настоящего имени Жени Закис. Чаще её в воспоминаниях ( например, Константин Сокольский) называют Зинаидой Закит, но это может быть просто иным транскрибированием нерусского имени.
В 1926 году Жени Закис стала женой Лещенко.
В 1928году они вернулись к родным Лещенко в Кишинев. Он любил сонную и щедрую бессарабскую землю, которая стала его родиной, однако Кишинев был глухой провинцией, и ни о какой артистической карьере помышлять здесь не приходилось. А кроме того, жена мечтала о ребенке. Она хотела родить его непременно в своей родной Риге.
В 1930 году чета Лещенко переезжает в Ригу, где им уже довелось гастролировать двумя годам раньше.
В тридцатые годы Ригу называли «прибалтийским Парижем». Культурная жизнь латвийской столицы кипела, и немалая заслуга в этом была у «русскоязычной» колонии, где такую заметную роль играл знаменитый эстрадный композитор Оскар Строк.
Решающим оказалось знакомство Лещенко на одном из вечеров с Оскаром Строком.
Но до встречи с ним, так изменившей судьбу Лещенко, было еще далеко.
Сперва Петр Лещенко выступал вместе с женой в кафе и кинотеатрах, причем, скорее, как партнер Закис по танцам. Пока жена переодевается для нового номера, он поет под гитару, поет, как все танцовщики, – «на коротком дыхании». Голос несильный, помещения большие и часто с плохой акустикой, публика невнимательная, – все понимают, что это пение так просто, пока танцовщица меняет свой сценический облик.
Много позже за Лещенко утвердится репутация «пластиночного певца», который по-настоящему раскрывался именно в студии. Или для этого нужна была какая-то камерная обстановка и внимательная аудитория.
В конце концов, Лещенко повезло. Его пригласили спеть в доме известного врача Соломира. Знаменитый отоларинголог спас для сцены немало певцов, среди его благодарных пациентов были Собинов и Шаляпин. В уютной гостиной Соломира и состоялся дебют Лещенко в качестве певца перед избранной аудиторией. Среди его слушателей оказался знаменитый Оскар Борисович Строк.
Началось плодотворное сотрудничество певца и композитора.
Строк, уезжая в Лиепаю, включил его в программу концерта. Но в большом концертном зале голос Лещенко потерялся.
Успех пришел к нему после выступлений в небольшом уютном кафе под названием «А.Т.». В кафе играл маленький оркестр под управлением прекрасного скрипача Герберта Шмидта. Во время одной из пауз в игре оркестра Шмидт подошел к столику, где сидели Строк и Соломир. Они уговорили его поработать с Лещенко, а Строк взялся помочь с репертуаром. Петр, узнав об этом, разумеется, очень обрадовался.
Начались репетиции, и через две недели состоялось первое выступление певца. Это было в конце 1930 года, который и можно считать началом певческой карьеры Петра Лещенко как сольного исполнителя.
Первые две песни, спетые им, прошли с умеренным успехом, но когда объявили, что будет исполнено танго Оскара Строка, публика, видя в зале самого автора, стала аплодировать ему. Строк поднялся на сцену и сел к роялю. Это окрылило Петра, и он проникновенно исполнил новое произведение композитора «Мое последнее танго». Зал разразился бурными овациями, танго пришлось бисировать.
Жени родила сына, которого по желанию отца назвали Игорем.
В Риге пробил звездный час Лещенко. Петр стал регулярно выступать в кафе «А.Т.». На фирме «Беллакорд» Лещенко записал шестьдесят одно произведение. Среди них сочинения самых разных авторов, либо музыка, либо то и другое вместе. Но славу ему принесли в основном танго и фокстроты Оскара Строка и Марка Марьяновского.
Строк открыл дорогу Лещенко в мир грамзаписи, сделал его королем пластинок, а певец, в свою очередь, обессмертил прекрасные танго Оскара Строка.
Но самой популярной песней Лещенко стало танго Марьяновского «Татьяна». В СССР ей досталось как «шедевру пошлости», наверное, больше всех остальных подобных произведений вместе взятых. Что, вероятно, лишь способствовало народной популярности «Татьяны». Ее знали наизусть, переписывали с магнитофона на магнитофон и слушали, слушали, слушали.
Режиссёр Марк Розовский включил это танго в спектакль «Песни нашего двора». Увы, увы, я не смогла найти фрагмент спектакля именно с этой песней.
Розовский прекрасно обыграл её популярность: пока идёт какая-то жизнь двора, парень стоит, притулившись к стене дома и ноет снова и снова, по кругу:
Татьяна, помнишь дни золотые,
Кусты сирени и луну в тиши аллеи?
Татьяна, помнишь грезы былые?
Тебя любил я, не вернуть нам юных дней.
Упали косы, душистые, густые,
Свою головку ты склонила мне не грудь.
Татьяна, помнишь дни золотые?
Весны прошедшей мы не в силах вернуть.
Так пел танго «Татьяна» Пётр Лещенко:
В 1932 году Петр Константинович выступал в Майори, в летнем ресторане, каких множество на Рижском взморье. Его пение так понравилось двум англичанам, что они пригласили артиста к себе в пансион, где он своим мелодичным голосом разбередил их души. Очевидно, ему встретились деловые люди, потому что по их совету некая английская фирма организовала вояж Лещенко через Ла-Манш в туманный Альбион для участия в развлекательной программе на светском рауте. Исполнение Лещенко произвело сенсацию, последовало приглашение на английское радио. Позже певец совершил вторую поездку в Лондон и в течение месяца выступал в респектабельных ресторанах «Трокадеро», «Савой», «Палладиум».
В Англии Лещенко записал более шестидесяти пластинок.
После возвращения из Англии Лещенко переезжает на постоянное жительство в Бухарест. Основавшись на новом месте, Лещенко перевез туда всю свою кишиневскую родню, купив для этой цели небольшой домик.
Некоторое время он поет в кафе «Галерея Лафайета» с хорошо оборудованной эстрадой и новинкой - висячим микрофоном, сводящим на нет все изъяны акустики.
В 1933 году Геруцкий, Кавура ( кто это такие, выяснить не удалось. Их имена назвал, вспоминая о Петре Лещенко, Константин Сокольский, но не объяснил, кем они приходились певцу) и Лещенко открыли в Бухаресте небольшой ресторан «Наш домик». Капитал вложил представительный на вид Геруцкий, который и встречал гостей. На кухне хозяйничал опытный повар Кавура, а Лещенко с гитарой создавал настроение в зале. В гардеробе посетителей принимали отчим и мать Лещенко.
В 1935 году Лещенко дважды выезжает в Лондон: выступал по радио, записывался на студии звукозаписи и по приглашению известного импресарио Гольта Лещенко дал два концерта.
Продолжение следует
ОГЛАВЛЕНИЕ. МУЗЫКАЛЬНЫЙ МАГАЗИН.
Оригинальный пост находится здесь http://leon-orr.dreamwidth.org/1251729.h
«Он был и остался моим единственным
любимым певцом и артистом,моим
самым верным и преданным другом.
Он подарил мне мир, сцену и, увы, только
десять лет счастья.
Потом наступили годы без права
на любовь, только с правом на память.
Скажите, почему?...
Вера Белоусова-Лещенко
любимым певцом и артистом,моим
самым верным и преданным другом.
Он подарил мне мир, сцену и, увы, только
десять лет счастья.
Потом наступили годы без права
на любовь, только с правом на память.
Скажите, почему?...
Вера Белоусова-Лещенко
В конце восьмидесятых годов, на волне перестройки, было издано, еще на виниле, несколько пластинок песен в исполнении Петра Лещенко. На удивление, они стали хитами продаж сезона!
Почти через сорок лет после своей смерти Петр Лещенко пережил новый взлет славы.
«Самый пошлый и безыдейный белоэмигрантский кабацкий певец, запятнавший себя сотрудничеством с немецко-фашистскими оккупантами», – так характеризовала его во времена Сталина официальная советская пропаганда.
Но все было, разумеется, гораздо сложнее…
Петр Константинович Лещенко родился 7 июля 1898 года под Одессой в бедной семье.
Мать - Мария Константиновна - была бедной, неграмотной крестьянкой. Об отце известно лишь, что он умер, когда сыну было три года.
Его мать Мария Константиновна вышла замуж за Алексея Васильевича Алфимова.
С ранних лет Петр Лещенко жил как многие дети из бедных деревенских семей: учеба в сельской школе, пение в церковном хоре, приобщение к труду и самостоятельному заработку.
Вопреки принятому обыкновению, отчим полюбил приемного сына как родного. Он рано заметил музыкальные способности Петра и подарил ему свою гитару.
Петр Лещенко о себе: «В возрасте 9 месяцев с матерью вместе, а также с ее родителями, переехали на жительство в город Кишинев. До 1906 года я рос и воспитывался дома, а затем как имевший способности по танцам и музыке был взят в солдатский церковный хор.
Регент этого хора Коган позднее определил меня в 7 народное приходское училище в Кишиневе. Одновременно с этим регент архиерейского хора Березовский, обратив на меня внимание, определил в хор. Таким образом, к 1905 году я получил общее и музыкальное образование.
В 1915 году, ввиду перемены голоса, я в хоре участвовать не мог и остался без средств, поэтому решил пойти на фронт. Устроился вольноопределяющимся в 7 Донской казачий полк и служил там до ноября 1916 года. Оттуда я был направлен в пехотную школу прапорщиков в город Киев, которую окончил в марте 1917 года, и мне было присвоено звание прапорщика. После окончания упомянутой школы через 40 запасной полк в Одессе был отправлен на румынский фронт и зачислен в 55 пехотный Подольский полк 14 пехотной дивизии на должность командира взвода.
В августе 1917 года на территории Румынии был тяжело ранен и контужен — и отправлен в госпиталь, сначала в полевой, а затем в город Кишинев. Революционные события октября 1917 года застали меня в этом же госпитале. Еще и после революции я продолжал находиться на излечении до января 1918 года, то есть до момента захвата румынскими войсками Бессарабии».
В 1917 году в семье родилась дочь Валентина, в 1920 году – еще одна, Екатерина. Будущий семейный персонал знаменитого бухарестского ресторана Петра Лещенко оказался, таким образом, почти сформированным. Но до самого ресторана было еще очень далеко.
После выхода из госпиталя Лещенко жил у своих родственников.
До 1919 года работал токарем у одного частника, затем служил псаломщиком в церкви при Ольгинском приюте, подрегентом церковного хора в Чуфлинской и кладбищенской церквей. Кроме того, участвовал в вокальном квартете и пел в Кишиневской опере, директором которой была некая Белоусова.
С осени 1919 года в составе танцевальной группы «Елизаров» (Данила Зельцер, Товбис, Антонина Кангизер) четыре месяца выступал в Бухаресте в театре «Алягамбра», затем с ними же весь 1920 год — в кинотеатрах Бухареста.
До 1925 года как танцор и певец в составе различных артистических групп гастролирует по Румынии. В 1925 с Николаем Трифанидисом уезжает в Париж, где встречается с Антониной Кангизер. С ней, ее девятилетним братом, матерью и Трифанидисом Лещенко в течение трёх месяцев выступает в парижских кинотеатрах.
В феврале 1926 года в Париже Лещенко случайно встретил знакомого по Бухаресту Якова Вороновского. Тот собирался уезжать в Швецию, предложив Лещенко свое место танцора в ресторане «Норманди». До конца апреля Лещенко выступает в этом ресторане. Здесь он знакомится с Жени Закис из Риги, латышкой, по профессии артисткой.
Я так и не выяснила настоящего имени Жени Закис. Чаще её в воспоминаниях ( например, Константин Сокольский) называют Зинаидой Закит, но это может быть просто иным транскрибированием нерусского имени.
В 1926 году Жени Закис стала женой Лещенко.
В 1928году они вернулись к родным Лещенко в Кишинев. Он любил сонную и щедрую бессарабскую землю, которая стала его родиной, однако Кишинев был глухой провинцией, и ни о какой артистической карьере помышлять здесь не приходилось. А кроме того, жена мечтала о ребенке. Она хотела родить его непременно в своей родной Риге.
В 1930 году чета Лещенко переезжает в Ригу, где им уже довелось гастролировать двумя годам раньше.
В тридцатые годы Ригу называли «прибалтийским Парижем». Культурная жизнь латвийской столицы кипела, и немалая заслуга в этом была у «русскоязычной» колонии, где такую заметную роль играл знаменитый эстрадный композитор Оскар Строк.
Решающим оказалось знакомство Лещенко на одном из вечеров с Оскаром Строком.
Но до встречи с ним, так изменившей судьбу Лещенко, было еще далеко.
Сперва Петр Лещенко выступал вместе с женой в кафе и кинотеатрах, причем, скорее, как партнер Закис по танцам. Пока жена переодевается для нового номера, он поет под гитару, поет, как все танцовщики, – «на коротком дыхании». Голос несильный, помещения большие и часто с плохой акустикой, публика невнимательная, – все понимают, что это пение так просто, пока танцовщица меняет свой сценический облик.
Много позже за Лещенко утвердится репутация «пластиночного певца», который по-настоящему раскрывался именно в студии. Или для этого нужна была какая-то камерная обстановка и внимательная аудитория.
В конце концов, Лещенко повезло. Его пригласили спеть в доме известного врача Соломира. Знаменитый отоларинголог спас для сцены немало певцов, среди его благодарных пациентов были Собинов и Шаляпин. В уютной гостиной Соломира и состоялся дебют Лещенко в качестве певца перед избранной аудиторией. Среди его слушателей оказался знаменитый Оскар Борисович Строк.
Началось плодотворное сотрудничество певца и композитора.
Строк, уезжая в Лиепаю, включил его в программу концерта. Но в большом концертном зале голос Лещенко потерялся.
Успех пришел к нему после выступлений в небольшом уютном кафе под названием «А.Т.». В кафе играл маленький оркестр под управлением прекрасного скрипача Герберта Шмидта. Во время одной из пауз в игре оркестра Шмидт подошел к столику, где сидели Строк и Соломир. Они уговорили его поработать с Лещенко, а Строк взялся помочь с репертуаром. Петр, узнав об этом, разумеется, очень обрадовался.
Начались репетиции, и через две недели состоялось первое выступление певца. Это было в конце 1930 года, который и можно считать началом певческой карьеры Петра Лещенко как сольного исполнителя.
Первые две песни, спетые им, прошли с умеренным успехом, но когда объявили, что будет исполнено танго Оскара Строка, публика, видя в зале самого автора, стала аплодировать ему. Строк поднялся на сцену и сел к роялю. Это окрылило Петра, и он проникновенно исполнил новое произведение композитора «Мое последнее танго». Зал разразился бурными овациями, танго пришлось бисировать.
Жени родила сына, которого по желанию отца назвали Игорем.
В Риге пробил звездный час Лещенко. Петр стал регулярно выступать в кафе «А.Т.». На фирме «Беллакорд» Лещенко записал шестьдесят одно произведение. Среди них сочинения самых разных авторов, либо музыка, либо то и другое вместе. Но славу ему принесли в основном танго и фокстроты Оскара Строка и Марка Марьяновского.
Строк открыл дорогу Лещенко в мир грамзаписи, сделал его королем пластинок, а певец, в свою очередь, обессмертил прекрасные танго Оскара Строка.
Но самой популярной песней Лещенко стало танго Марьяновского «Татьяна». В СССР ей досталось как «шедевру пошлости», наверное, больше всех остальных подобных произведений вместе взятых. Что, вероятно, лишь способствовало народной популярности «Татьяны». Ее знали наизусть, переписывали с магнитофона на магнитофон и слушали, слушали, слушали.
Режиссёр Марк Розовский включил это танго в спектакль «Песни нашего двора». Увы, увы, я не смогла найти фрагмент спектакля именно с этой песней.
Розовский прекрасно обыграл её популярность: пока идёт какая-то жизнь двора, парень стоит, притулившись к стене дома и ноет снова и снова, по кругу:
Татьяна, помнишь дни золотые,
Кусты сирени и луну в тиши аллеи?
Татьяна, помнишь грезы былые?
Тебя любил я, не вернуть нам юных дней.
Упали косы, душистые, густые,
Свою головку ты склонила мне не грудь.
Татьяна, помнишь дни золотые?
Весны прошедшей мы не в силах вернуть.
Так пел танго «Татьяна» Пётр Лещенко:
В 1932 году Петр Константинович выступал в Майори, в летнем ресторане, каких множество на Рижском взморье. Его пение так понравилось двум англичанам, что они пригласили артиста к себе в пансион, где он своим мелодичным голосом разбередил их души. Очевидно, ему встретились деловые люди, потому что по их совету некая английская фирма организовала вояж Лещенко через Ла-Манш в туманный Альбион для участия в развлекательной программе на светском рауте. Исполнение Лещенко произвело сенсацию, последовало приглашение на английское радио. Позже певец совершил вторую поездку в Лондон и в течение месяца выступал в респектабельных ресторанах «Трокадеро», «Савой», «Палладиум».
В Англии Лещенко записал более шестидесяти пластинок.
После возвращения из Англии Лещенко переезжает на постоянное жительство в Бухарест. Основавшись на новом месте, Лещенко перевез туда всю свою кишиневскую родню, купив для этой цели небольшой домик.
Некоторое время он поет в кафе «Галерея Лафайета» с хорошо оборудованной эстрадой и новинкой - висячим микрофоном, сводящим на нет все изъяны акустики.
В 1933 году Геруцкий, Кавура ( кто это такие, выяснить не удалось. Их имена назвал, вспоминая о Петре Лещенко, Константин Сокольский, но не объяснил, кем они приходились певцу) и Лещенко открыли в Бухаресте небольшой ресторан «Наш домик». Капитал вложил представительный на вид Геруцкий, который и встречал гостей. На кухне хозяйничал опытный повар Кавура, а Лещенко с гитарой создавал настроение в зале. В гардеробе посетителей принимали отчим и мать Лещенко.
В 1935 году Лещенко дважды выезжает в Лондон: выступал по радио, записывался на студии звукозаписи и по приглашению известного импресарио Гольта Лещенко дал два концерта.
Продолжение следует
ОГЛАВЛЕНИЕ. МУЗЫКАЛЬНЫЙ МАГАЗИН.
Оригинальный пост находится здесь http://leon-orr.dreamwidth.org/1251729.h
