|
|
Пишет Поток сознания (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} leon_orr)@ 2012-10-09 20:32:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
БЕЗ РУБРИКИ. "Вот лежу я перед вами, простая русская женщина!"
Возлежи и властвуй
Юлия Латынина
Выдающийся социолог путинской эпохи Ольга Крыштановская увековечила память о своем пребывании в пятизвездочном кипрском отеле фейсбучной записью следующего содержания:
«Вот лежала я у голубого бассейна лучшего отеля 5 зв. на Кипре и думала: «блиииин! Ну могла ли я, простая русская женщина, представить себе, что буду в такой красоте госпожой и барыней отдыхать? И что прислуживать мне станут наши эмигранты — горничные, шоферы, официанты? Мы, оставшиеся в России, приезжаем теперь в разные страны состоятельными туристами. А они — эмигрировавшие за лучшей долей — убирают за нами, возят нас, подают нам…»
После знаменитого твита Марии Антуанетты "если нет хлеба пусть едят пирожные" — это, конечно, шедевр. Маленький социологический шедевр, блистательно характеризующий мироощущение путинской элиты.
Если бы этот твит написала Света из Иванова, мы бы пожали плечами. Но его написала социолог, — и это прекрасно.
Во-первых, обратите внимание на это прекрасное «лежу у бассейна». Г-жа Крыштановская поехала на дивной красоты остров, где можно отдыхать как угодно — ходить по горам, плавать в море. Но идеал отдыха путинской элиты не таков: лежу у бассейна, и мне прислуживают.
Во-вторых, я должна сообщить социологу Крыштановской, что ее представление о том, что все наши бывшие соотечественники, бросившие благодатную путинскую Россию, вынуждены подметать в отелях, социологически неверно. Некоторые из них — например, Сергей Брин — знаете ли, обзавелись собственными компаниями. В странах, где их за это не посадили и не раздели. И знаете ли, что самое удивительное? Вот эти, сделавшие карьеру, они могут хвастаться многим. Что создали компанию, что стоят миллиард. Некоторые гордятся своими яхтами, женами и спортивными увлечениями. Но я не думаю, что хоть один из них способен гордиться тем, что он «лежит у бассейна».
Хотя бы потому, что лежать у бассейна на Западе не является никаким достижением. Я открою социологу Крыштановской маленький секрет: весь Кипр покрыт небольшими виллами, скорее домиками, в которых живут самые обычные британские пенсионеры: не миллионеры, а самые обычные люди, работавшие всю жизнь. И во дворе каждой виллы есть бассейн, у которого можно лежать.
Но самое интересное во всей этой истории вот что: действительно, на Кипре, — как и в Израиле или Америке — полно наших «бывших соотечественников» — и понтийских греков, и русских, и да, многие из них просто трудятся на самых обычных работах в небогатой западной стране: строят, шабашат, работают садовниками и золотарями. Вот чего, однако, не видно — это чтобы кто-то из этих «бывших соотечественников» хотел вернуться в благословенную путинскую Россию.
Осмелюсь предположить, что происходит это по двум причинам.
Во-первых, никто из них не хочет менять работу садовника на Кипре на пьяное животное сущестование в родном Мухосранске. Потому что — в отличие от Кипра — для обычных граждан России в России работы нет. Есть работа для гастарбайтера. Но если ты гражданин России и пытаешься устроиться в ЖЭК завинчивать трубы — ты неугоден.
Во-вторых… как бы это объяснить социологу? Если бы социолог Крыштановская соизволила поговорить с этими «горничными», то она бы обнаружила, что на Кипре эти люди чувствуют себя людьми.
Кипр — это вообще такое очень свободное место. Ты идешь там по горной дороге, а рядом киприот убирает свои авокадо. Завидев тебя, насыпает тебе полный подол. Ты идешь по другой дороге — и заметивший тебя киприот бросается к своей машине, вытаскивает оттуда соты с медом и пытается тебя угощать. И царственная пожилая гречанка, которая пригласила тебя в дом на чашку кофе по той уважительной причине, что она возилась в саду, а ты шла мимо, может рассказать, что она перенесла уже три операции по поводу рака, — и вот все жива.
А «эмигрировавшая за лучшей долей», вот как раз из тех самых горничных, которые так возбудили барственную спесь Крыштановской, может тоже рассказать, почему она уехала: потому что у нее в маленьком городке попытались изнасиловать дочь. Насильник раскроил ей лоб о ступень лестницы, мать выскочила, он убежал. И так как милиция, разумеется, насильника не искала, его нашла сама семья, благо он был всем известен: он был сын местного мента. И после этого в жизни семьи начался кошмар.
Так вот, это я к тому, что на Кипре (как и в Израиле, США, Норвегии и пр.) маленькие обычные люди, которые служат подавальщиками и подтиральщиками и возбуждают такое презрение барыни Крыштановской, чувствуют себя людьми. Они не умирают от рака в сорок лет, потому что их просто посылают на фиг врачи, и сыновья местных полицейских не бьют их дочерей головами о бетонные ступеньки.
И эти маленькие люди знают, что если они будут работать — не крышевать бизнес, не основывать компании, — а просто работать (не всем же дано быть Сергеем Брином), то они заработают домик, бассейн, медобслуживание и нормальную школу и страну для своих детей. То, чего в путинской России работяга не может получить: как об этом свидетельствует пример многодетной матери Дианы Ночивной, которая в Ростове зарабатывала 13 тыс. руб. в месяц, трудясь день и ночь, выделывая плитку, и покончила с собой, бросившись на высоковольтные провода.
Ах да. И еще маленький момент. Так уж случилось, что в то же время, пока Крыштановская описывала свой кайф, НТВ к 60-летию Путина показало удивительную 50-минутную программу Вадима Такменева, посвященную личной жизни нашего всего.
Такменев показал все. Показал Путина, который утром часами плавает в бассейне и занимается фитнесом, показал министра Сердюкова, который в 11 вечера часами дожидается аудиенции, лабрадора Кони камера показала пять раз, показал дивную фразу Путина: «Я ни в чем себе не отказываю», которая, собственно, и показывает, откуда ноги растут и откуда такое ощущение у путинской элиты, что главное в жизни — это кайф.
С той разницей, что Путин может заставлять ждать Сердюкова, а его обслуга — только «бывших соотечественников» у пятизвездочного бассейна.
ОГЛАВЛЕНИЕ. БЕЗ РУБРИКИ
Оригинальный пост находится здесь http://leon-orr.dreamwidth.org/1286087.h
Юлия Латынина
Выдающийся социолог путинской эпохи Ольга Крыштановская увековечила память о своем пребывании в пятизвездочном кипрском отеле фейсбучной записью следующего содержания:
«Вот лежала я у голубого бассейна лучшего отеля 5 зв. на Кипре и думала: «блиииин! Ну могла ли я, простая русская женщина, представить себе, что буду в такой красоте госпожой и барыней отдыхать? И что прислуживать мне станут наши эмигранты — горничные, шоферы, официанты? Мы, оставшиеся в России, приезжаем теперь в разные страны состоятельными туристами. А они — эмигрировавшие за лучшей долей — убирают за нами, возят нас, подают нам…»
После знаменитого твита Марии Антуанетты "если нет хлеба пусть едят пирожные" — это, конечно, шедевр. Маленький социологический шедевр, блистательно характеризующий мироощущение путинской элиты.
Если бы этот твит написала Света из Иванова, мы бы пожали плечами. Но его написала социолог, — и это прекрасно.
Во-первых, обратите внимание на это прекрасное «лежу у бассейна». Г-жа Крыштановская поехала на дивной красоты остров, где можно отдыхать как угодно — ходить по горам, плавать в море. Но идеал отдыха путинской элиты не таков: лежу у бассейна, и мне прислуживают.
Во-вторых, я должна сообщить социологу Крыштановской, что ее представление о том, что все наши бывшие соотечественники, бросившие благодатную путинскую Россию, вынуждены подметать в отелях, социологически неверно. Некоторые из них — например, Сергей Брин — знаете ли, обзавелись собственными компаниями. В странах, где их за это не посадили и не раздели. И знаете ли, что самое удивительное? Вот эти, сделавшие карьеру, они могут хвастаться многим. Что создали компанию, что стоят миллиард. Некоторые гордятся своими яхтами, женами и спортивными увлечениями. Но я не думаю, что хоть один из них способен гордиться тем, что он «лежит у бассейна».
Хотя бы потому, что лежать у бассейна на Западе не является никаким достижением. Я открою социологу Крыштановской маленький секрет: весь Кипр покрыт небольшими виллами, скорее домиками, в которых живут самые обычные британские пенсионеры: не миллионеры, а самые обычные люди, работавшие всю жизнь. И во дворе каждой виллы есть бассейн, у которого можно лежать.
Но самое интересное во всей этой истории вот что: действительно, на Кипре, — как и в Израиле или Америке — полно наших «бывших соотечественников» — и понтийских греков, и русских, и да, многие из них просто трудятся на самых обычных работах в небогатой западной стране: строят, шабашат, работают садовниками и золотарями. Вот чего, однако, не видно — это чтобы кто-то из этих «бывших соотечественников» хотел вернуться в благословенную путинскую Россию.
Осмелюсь предположить, что происходит это по двум причинам.
Во-первых, никто из них не хочет менять работу садовника на Кипре на пьяное животное сущестование в родном Мухосранске. Потому что — в отличие от Кипра — для обычных граждан России в России работы нет. Есть работа для гастарбайтера. Но если ты гражданин России и пытаешься устроиться в ЖЭК завинчивать трубы — ты неугоден.
Во-вторых… как бы это объяснить социологу? Если бы социолог Крыштановская соизволила поговорить с этими «горничными», то она бы обнаружила, что на Кипре эти люди чувствуют себя людьми.
Кипр — это вообще такое очень свободное место. Ты идешь там по горной дороге, а рядом киприот убирает свои авокадо. Завидев тебя, насыпает тебе полный подол. Ты идешь по другой дороге — и заметивший тебя киприот бросается к своей машине, вытаскивает оттуда соты с медом и пытается тебя угощать. И царственная пожилая гречанка, которая пригласила тебя в дом на чашку кофе по той уважительной причине, что она возилась в саду, а ты шла мимо, может рассказать, что она перенесла уже три операции по поводу рака, — и вот все жива.
А «эмигрировавшая за лучшей долей», вот как раз из тех самых горничных, которые так возбудили барственную спесь Крыштановской, может тоже рассказать, почему она уехала: потому что у нее в маленьком городке попытались изнасиловать дочь. Насильник раскроил ей лоб о ступень лестницы, мать выскочила, он убежал. И так как милиция, разумеется, насильника не искала, его нашла сама семья, благо он был всем известен: он был сын местного мента. И после этого в жизни семьи начался кошмар.
Так вот, это я к тому, что на Кипре (как и в Израиле, США, Норвегии и пр.) маленькие обычные люди, которые служат подавальщиками и подтиральщиками и возбуждают такое презрение барыни Крыштановской, чувствуют себя людьми. Они не умирают от рака в сорок лет, потому что их просто посылают на фиг врачи, и сыновья местных полицейских не бьют их дочерей головами о бетонные ступеньки.
И эти маленькие люди знают, что если они будут работать — не крышевать бизнес, не основывать компании, — а просто работать (не всем же дано быть Сергеем Брином), то они заработают домик, бассейн, медобслуживание и нормальную школу и страну для своих детей. То, чего в путинской России работяга не может получить: как об этом свидетельствует пример многодетной матери Дианы Ночивной, которая в Ростове зарабатывала 13 тыс. руб. в месяц, трудясь день и ночь, выделывая плитку, и покончила с собой, бросившись на высоковольтные провода.
Ах да. И еще маленький момент. Так уж случилось, что в то же время, пока Крыштановская описывала свой кайф, НТВ к 60-летию Путина показало удивительную 50-минутную программу Вадима Такменева, посвященную личной жизни нашего всего.
Такменев показал все. Показал Путина, который утром часами плавает в бассейне и занимается фитнесом, показал министра Сердюкова, который в 11 вечера часами дожидается аудиенции, лабрадора Кони камера показала пять раз, показал дивную фразу Путина: «Я ни в чем себе не отказываю», которая, собственно, и показывает, откуда ноги растут и откуда такое ощущение у путинской элиты, что главное в жизни — это кайф.
С той разницей, что Путин может заставлять ждать Сердюкова, а его обслуга — только «бывших соотечественников» у пятизвездочного бассейна.
ОГЛАВЛЕНИЕ. БЕЗ РУБРИКИ
Оригинальный пост находится здесь http://leon-orr.dreamwidth.org/1286087.h
